Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника - Ана Тихая

​— Есть, куратор Дрейк, — ровно ответила я, не выходя из «холодного режима», хотя внутри на мгновение всё же коснулась мысль: он дал мне прямой рычаг влияния на весь земной блок.

​— На сегодня занятие окончено. Все, кроме курсанта Марлоу — разойтись по жилым секторам.

​По строю прошел едва уловимый вздох. Фостер и Беккет бросили на меня быстрый, поддерживающий взгляд и вместе с остальными курсантами направлялись к выходу из сектора «Альфа-0».

Когда тяжелая гермодверь с глухим стуком встала на место, заблокировав зал, мы остались в огромной зеркальной арене вдвоем. Густая, почти осязаемая тишина мгновенно облепила стены.

​Дрейк не торопился. Он медленно пошел вокруг меня по широкому кругу, словно хищник, присматривающийся к непривычно крепкой добыче. Шаги его тяжелых ботинок не издавали ни звука на зеркальном полу.

​— Выйти из «холодного режима», Марлоу, — тихо скомандовал он.

​Я сделала глубокий вдох, слегка расслабила диафрагму и позволила пульсу подняться до привычной нормы.

​Дрейк тут же сократил дистанцию. Он шагнуть в мое личное пространство, остановившись так близко, что я ощутила исходившую от него волну сухой, опаляющей жары. Его золотисто-карие глаза, в которых сейчас вспыхнули тёмные янтарные искры, впились в мое лицо.

​— На Отборе ты показала выживаемость. У Грона — баллистический расчет, — его голос понизился до глухого, опасного бархата, заставлявшего вибрировать мелкие волоски на затылке. — Но здесь ты просто сбежала. Заперлась за ледяной стеной. Ты прячешься за иксином, за уставом, за правильными ответами.

​Я не отвела взгляда. Мое лицо оставалось абсолютно спокойным, а уголок губ тронула едва заметная, дерзкая полуулыбка.

​— А ты попробуй пробейся, Куратор, — тихо, но с вызовом произнесла я, слегка наклонив голову. — Раскрой эту маску, если сможешь. Или Жнец умеет работать только с теми, кто сам сдается при первом же нажатии?

​Дрейк замер. На долю секунды в зале повисла звенящая, опасная пауза. В его золотистых глазах вспыхнул настоящий хищный азарт — ледяной офицер Флота мгновенно уступил место животному инстинкту Отборщика.

​— Напрасно ты подливаешь масла в огонь, Майя, — прошептал он.

​В следующую секунду Дрейк включил режим хищника на полную мощность.

​Воздух на арене сгустился так, словно нас накрыло тяжелым прессом. Его био-эмпатические рецепторы выбросили контурированную, оглушающую волну не просто ментального давления, а чистой, доминирующей силы. Это была волна, которая вскрывала древние инстинкты: принуждение склонить голову, отступить, задрожать.

​Он сделал стремительный шаг вперед, окончательно срезав дистанцию. Его пальцы — сухие, горячие и сильные — жестко зафиксировали мой подбородок, не давая отвернуться. От него веяло чужой, дикой магией Жнеца.

​— Думаешь, твой лед удержит меня? — его голос прозвучал над самым моим ухом, опаляя горячим дыханием чувствительную кожу на шее. — Думаешь, я не знаю, что горит у тебя внутри? Ты до скрежета зубов боишься за свою семью на Земле. Ты хочешь доказать каждому аэранскому аристократу, что ты лучше их. Ты захлебываешься этой злостью, Марлоу!

​Эмпатический импульс ударил прямо в нервные узлы, намеренно вытаскивая на поверхность весь мой скрытый гнев, всю накопившуюся усталость и страх.

​Мой пульс откликнулся сокрушительным ударом:семьдесят... восемьдесят пять... сто!

​В груди вспыхнул такой горячий, обжигающий пожар, что на лбу выступили капельки пота. Воздух между нами буквально раскалился. Мне закололо кончики пальцев от дикого желания перехватить его руку за запястье, сбить этот хват и ударить в ответ — не баллистикой, а чистой яростью.

​Дрейк ощутил этот срыв мгновенно. На его губах расплылась хищная, торжествующая ухмылка. Его зрачки расширились, жадно впитывая вкус моих живых, настоящих эмоций.

​— Вот она, — пробормотал он, а его большой палец медленно скользнул ниже, к пульсирующей, бешено колотящейся жилке на моей шее. — Ты живая, Майя. Злая, упрямая и чертовски опасная.

​Я заставила себя встретить его взгляд. Мои щеки горели, дыхание стало сбивчивым, но я не отвела глаз. Приняв эту вспышку гнева, я не стала ее подавлять — я сжала ее в кулаке, превратив ярость в острую, как бритва, концентрированную волю.

​Мой пульс замер на высокой, но теперь уже жестко контролируемой отметке.

​— Ты пробился к эмоциям, Дрейк, — выдохнула я ему прямо в губы, выдерживая его хват. — Поздравляю. Но не путай мою ярость со слабостью. Если кайранец попытается влезть ко мне в голову так же, как ты... я не буду прятаться за лед. Я сожгу его разум к чертовой матери.

​Дрейк замер. На секунду в его глазах промелькнуло нечто гораздо большее, чем просто азарт хищника — вспыхнуло чистое, мужское восхищение.

​Он медленно разжал пальцы, освобождая мой подбородок. Его ладонь на мгновение задержалась у моего лица, задев горячую кожу щеки едва ощутимым, почти ласковым касанием, прежде чем он опустил руку.

​— Вызов принят, курсант Марлоу, — тихо, но глубоко проговорил Дрейк, отступая на шаг. Его голос снова обрел сухую уставную четкость, но взгляд остался темным, тяжелым и горячим. — Завтра в ноль шестьсотен. И поверь — я лично проверю, хватит ли у тебя огня.

​Он развернулся и чеканным шагом пошел к выходу. Гермодверь перед ним бесшушно распахнулась, и Дрейк скрылся в полумраке коридора, оставив меня одну на зеркальной арене с пылающим лицом и сердцебиением, отдающимся в самых кончиках пальцев.

5

Шок от прямых манипуляций Дрейка всё ещё горьким осадком горчил на языке. В жилом секторе было тихо, но внутри меня всё кипело — гнев и вспыхнувший азарт смешались в опасный коктейль. Он хотел эмоций? Он их получил. Но быть чьей-то легкой добычей или наглядным пособием я не собиралась.

​Вернувшись в свою каюту, я с силой прижала ладонь к биометрическому сканеру. Гермодверь с шипением задвинулась, отрезав меня от мира.

​Я опустилась в кресло и глубоко вдохнула, упираясь локтями в стол. Щека до сих пор хранила фантомное тепло его ладони, а на шее, казалось, всё ещё пульсировала точка, которой касался его палец.

​— Иксин, — отрывисто скомандовала я. — Выведи полный академический курс Межгалактического стандартного языка. Высшая категория сложности. Письменная и устная формы.

​«Запрос принят, курсант Марлоу»,— мгновенно раздался в динамике мягкий голографический голос.«Напоминаю, что действие нейронного адаптера обеспечивает полный устный перевод. Экстренное изучение грамматики и графической письменности не является обязательным на первой неделе.»

​— Мне плевать на адаптер, — отрезала я, настраивая проектор. — Адаптер — это костыль. Через тридцать дней он отключится, а я не собираюсь зависеть от временных инъекций. Разверни графику.

​На Земле в засекреченных архивах базы подготовки нам показывали отдельные файлы с Межгалактическим стандартом. Но тогда его не преподавали — руководство считало это бессмысленной тратой времени для «сырых» рекрутов, из