Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

И в следующую секунду все приходят в движение, словно в замедленной съемке. Я подтягиваю Анну-Кэтрин к стене, а Даллас выскакивает из кабинета и в два широких шага оказывается рядом с отцом. Он резко вскидывает руку вверх, выбивая пистолет из пальцев Гарретта, и они сцепляются в драке: Даллас хватает его за горло и одновременно бьет второй рукой.

Грейди бросается вперед, пытаясь откинуть упавший ствол подальше, но как только Даллас вгоняет колено в живот моего отца, Гарретт с размаху бьет его ладонью прямо под дых.

Даллас судорожно втягивает воздух, и этой минутной заминки отцу хватает, чтобы с размаху впечатать его в стену.

У Далласа выбивает весь дух, он пытается отдышаться, пока отец тянется за упавшим оружием. Но тут подлетает Грейди, и отец в отместку впечатывает его голову в цементные перила второго этажа.

Грейди падает на пол без сознания, а отец снова тянется к пистолету.

Я срываюсь с места. Он же застрелит Далласа.

— Нет! — кричу я.

Прежде чем я успеваю добежать, Анна-Кэтрин бросается на него всем телом и толкает со спины. Я замираю на месте, с ужасом наблюдая, как он летит через перила.

— А-а! — орет он, а пистолет со стуком падает на пол.

Он отчаянно машет руками в воздухе, и…

Исчезает.

О господи.

Мы слышим глухой удар о землю. Я подбегаю к перилам рядом с сестрой и смотрю вниз. Отец лежит на траве, не долетев всего каких-то пару дюймов до огромного валуна. Его ноги неестественно вывернуты вбок, глаза закрыты. Он не шевелится.

Крови пока не видно. Высота здесь футов пятнадцать, а то и двадцать. Он вполне может быть жив.

Я резко разворачиваюсь, бегу к Далласу и падаю на колени рядом с ним.

— Ты в порядке? — я быстро осматриваю его, ощупываю руки и заглядываю в лицо. — Не ранен?

— Я в порядке, — тяжело дышит он. — Что произошло?

Наклонившись, я целую его, прижимая к себе и просто упиваясь его запахом. Этот его дешевый гель для душа чертовски к нему липнет.

Даллас поднимает глаза:

— Он… живой?

Я прослеживаю за его взглядом: Грейди все еще лежит на полу. Из виска сочится кровь, но грудная клетка вздымается.

Я шарю по карманам в поисках телефона. Нам нужна скорая.

Но когда я поворачиваюсь, Анны-Кэтрин рядом нет.

— Анна-Кэтрин? — кричу я.

Даллас поднимается на ноги, и мы бросаемся к перилам, видя, как она направляется прямо к отцу.

В ее руке блестит обнаженное лезвие ножа, и я наконец замечаю, что грудь отца вздымается от каждого вдоха. Он все еще жив.

На секунду я замираю. Она заслужила свою месть, и всем нам станет только лучше, если он подохнет. Я хочу, чтобы она посмотрела ему в глаза и победила.

Мне даже на мгновение кажется, что я могу понять Далласа в тот день с его матерью. Что, возможно, просто позволить событиям идти своим чередом после стольких попыток их контролировать — и есть ответ на все вопросы.

Но рисковать Анной-Кэтрин я не намерен.

Я не хочу, чтобы ее сердце разбилось окончательно.

Однако, когда я уже срываюсь с места, Даллас оказывается быстрее — он уже мчится вниз по лестнице.

Бросившись за ними, я на ходу смотрю вниз: она подходит к отцу вплотную и наклоняется. У меня сердце замирает в горле, когда она заносит нож для удара.

Я вижу, как Даллас подлетает к ней, перехватывает ее руку и останавливает:

— Нет, — выдыхает он.

— Да! — она отчаянно извивается в его хватке, а я подбегаю ближе, позволяя ему помочь ей. — Я хочу, чтобы с этим было покончено! — плачет она.

Он бережно обвивает рукой ее шею, прижимая ее голову к своей груди:

— Я знаю, — шепчет он ей на ухо. — Но не так.

Он аккуратно вынимает лезвие из ее ослабших пальцев, разворачивает к себе и крепко обнимает.

— Спасибо, что спасла меня, — говорит он ей. — Дальше мы сами.

Подойдя ближе, я одной рукой глажу ее по волосам, а другую кладу ему на затылок. Наши взгляды встречаются, и я лишь качаю головой, едва сдерживая улыбку от переполняющей меня благодарности за то, что все мы целы. У меня даже проносится в мыслях отчитать ее за то, что приперлась сюда одна, но это не ее вина. Она имеет право ходить куда угодно и быть в безопасности.

Бросив взгляд на отца, я слежу за движениями его грудной клетки. Я знаю, что нужно вызвать скорую, и если бы не Грейди, которому срочно требуется медицинская помощь наверху, я бы, пожалуй, подождал еще пару минут, прежде чем звонить 911.

С тяжелым сердцем я достаю телефон.

** ** **

Перешагнув порог дома Йегеров несколько часов спустя, я застал всех на ногах. Даллас, Айрон и Арми окружили меня мгновенно; Анна-Кэтрин, Мейкон и Крисджен вовсю мастерили мороженое с топпингом.

— Выживет, — бросил я парням. — Сломана нога, ребра, сотрясение, спина тоже здорово пострадала...

Отец пробудет в больнице какое-то время, но он уже под арестом. Офицер Грейди отделался легкой черепно-мозговой травмой, память при нем. Нападение на полицейского — не говоря уже о видеозаписи, где отец угрожает ему оружием, — было более чем достаточно.

Это знатно подорвет его ценность в глазах акционеров.

Арми сунул мне в руку флешку.

— Держи, здесь всё, что нужно.

Я зажал ее между пальцами: мне совсем не хочется смотреть на то, что на нее записано, но раз уж это последний гвоздь в крышку гроба — отлично. А если нет, может, удастся шантажировать отца, чтобы он не сопротивлялся обвинениям и залег на дно на какое-то время. Хотя адвокатов он, надо полагать, уже нанял.

— И, эм, — Даллас покосился на кухню. — В канале нашли тело.

Тело?

— Майло Прайс, — добавил Айрон.

Какого черта? Майло мертв?

Последний раз я видел его вчера — он сам, на своих двоих, улепетывал с места аварии.