Сердце стаи - Мариана Запата

Лидером и защитником – вот кем он был.

И, крепко обнимая его в последний раз, ведь я поклялась себе, что он будет последним, правда-правда – я больше не собиралась думать об этом, – я пожелала, чтобы он был моим.

Пожелала, чтобы все было иначе.

Пожелала…

Раздался знакомый звонок, и я первой отстранилась. Глаза Генри на миг встретились с моими, а потом он целых пять секунд смотрел на свой экран, после чего произнес:

– Погоди. – Его брови сошлись на переносице. – Мне нужно ответить.

– Да, конечно.

Он провел пальцем по экрану и, приложив телефон к щеке, ответил:

– Генри.

Я развернулась и уставилась в окно над мойкой, притворившись, будто не слушала, что он говорил, фразы вроде «да», «кто-нибудь подойдет» и «вы хотите, чтобы это сделал я?». Так что, когда он положил трубку, я уже представляла, что к чему.

Только я не ожидала, что он скажет:

– Мне нужно кое с чем разобраться. Хочешь со мной?

«Да» вертелось на кончике моего языка, в моем сердце. Это была его оливковая ветвь. Его способ сообщить мне, что все было в порядке.

Но я не знаю, кто из нас больше удивился, когда я ответила:

– Ступай один.

Судя по выражению его лица, я с таким же успехом могла врезать ему в живот.

– Может, в другой раз. Но спасибо, – поспешила добавить я, выжав из себя улыбку, которая не была искренней, и он наверняка понял это.

Правда была в том, что я не стыдилась своих чувств к нему, но это значило, что я должна быть окончательно и бесповоротно реалистичной в том, что происходило между нами.

Я напомнила себе, что уже пыталась добиться своего. Достаточно говорила об этом. Достаточно желала этого.

Но только оттого, что ты очень сильно желаешь чего-то, это не значит, что ты получишь это.

Что означало, что теперь мне нужно было придерживаться плана Б.

Не то чтобы я знала, в чем он заключался… кроме того, что в нем не было Генри.

Глава 20

Я складывала вещи в прачечной клуба в окружении пяти стиральных машин и стольких же сушилок, когда услышала, как кто-то спешно шагал по коридору.

Не так быстро, как оборотень, но достаточно быстро.

Я не могла учуять его магию, а здесь был только один человек, с которым я успела познакомиться и который походил на меня в этом плане, – скрытный подозрительный старейшина, который жил этажом ниже.

Я как раз положила темно-синие шорты, сложенные пополам, на кучу других штанов, когда в дверях появился Франклин. Мне хватило полсекунды, чтобы испугаться выражения его лица. Это была смесь неловкой гримасы и обеспокоенности, которая стала еще мрачнее, когда мы встретились глазами.

– С вами все в порядке? – спросила я мужчину, который по возвращении из своей поездки вел себя со мной исключительно вежливо, хотя я все равно не могла отделаться от мысли, что с ним что-то не так. Было что-то в том, как он смотрел на меня, как оценивал меня взглядом, но не с дурными намерениями. Данкан предупредил бы меня, если бы действительно имелся повод волноваться.

К тому же несколько вечеров назад я наблюдала за тем, как он нарезал жареное мясо на тонкие кусочки, и определенно точно видела, как мелькнуло желтое золото на застежке, равно как и на самой цепочке, на которую были нанизаны бусины.

Мне до сих пор не выпал шанс спросить Генри, знал ли он что-нибудь об этом, в основном потому, что с инцидента с Домом неделю назад я почти не видела его. Судя по комментариям Рэндалла и Франклина, я была уверена, что у него на работе случились какие-то проблемы с кадрами, поэтому Генри часто задерживался там и работал не в свою смену, но меня это не должно было волновать.

На моем радаре было – и неспроста – выражение на лице старейшины, который стоял в дверях прачечной.

В тот же день, когда я заметила его золотое украшение, я подметила и еще кое-что. Я всегда полагала, что Франклину за семьдесят, но чем больше времени мы проводили вместе, тем больше я понимала, что это не так. Его волосы были с проседью, это точно. У рта и глаз виднелись морщины, но не так много, как обычно у мужчин его возраста.

Он оставался худым, но не тощим, на мой взгляд, – не как мой папа, которому было под восемьдесят и который был поджарым столько, сколько я его помнила.

Это заставило меня поменять свое мнение насчет возраста Франклина. И разве Мэтти не говорил, что старейшина почти не состарился с тех времен, когда он жил здесь? Возможно, дело было в хорошем уходе за кожей и удачных генах, но…

– Ах да, – ответил Франклин, все еще всем своим видом излучая неловкость. Он попытался улыбнуться, но от этого я лишь еще больше напряглась. Как когда тебе говорят, что есть хорошая и плохая новости, но хорошая лишь чуточку лучше плохой. – У нас тут небольшая чрезвычайная ситуация, Нина.

– У нас?

– Да. – Он потеребил рукава своей застегнутой на все пуговицы полосатой рубашки, и я увидела, насколько уверенно твердыми были его руки, хотя лицо выражало иное. – Я должен извиниться за то, что не предупредил тебя заранее, но лидер общины с Аляски связался со мной пять минут назад и сообщил, что будет у наших ворот через пять минут.

Я больше не чувствовала своих ног. Я не была уверена, что чувствовала и свои веки, но каким-то образом моргнула. В моем горле словно застрял камень, поскольку, когда я попыталась сглотнуть, сперва ничего не вышло. Я была вынуждена попробовать снова.

– Он будет здесь через пять минут? – наконец проскрипела я. Он разве не обещал нам с Генри, что предупредит нас заранее?

Причин впадать в истерику нет.

Никто не мог забрать Данкана против его воли, только через мой труп.

От этой мысли я почувствовала себя чуть лучше.

– Да, – подтвердил старейшина, все еще теребя рукав, – тот же, который скрывал его тайный браслет. – Они не предупредили меня. При обычных обстоятельствах мы могли бы прогнать их, но, я боюсь, мы нанесем оскорбление нашему гостю…

Он замолчал, и не без основания.