Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

— Я…

— Лекс! Ты обещал! Если мы найдем что-то подозрительное, то мы обо всем расскажем!

— Если найдем доказательства, что кто-то использует метаморфные стены! — поправил Мэй Лекс. — Но то, что кто-то здесь был, это не значит, что он ими пользовался! Может… Может, кто-то из учителей здесь отдыхал.

— Отдыхал? Что за бред ты несешь?

— Да уж бред! — фыркнул Лекс. — Не заметила? Профессор Реджес который день в Академии не появляется.

Я внутренне напряглась и собралась обернуться, но тут мне на глаза попался обугленный обрывок ткани и я застыла.

— Вдруг это он исследует Скрытый лес и здесь отдыхал! Смотри! Вся пещера покрыта льдом, а этот угол весь оттаял. Такое под силу только магу огня!

Чувствуя, как внутри все скручивается от волнения, я потянулась к куску ткани, но не успели мои пальцы на нем сомкнуться, как…

— Котя!

Ни с того ни с сего кот рыкнул, сорвался с моих плеч и рванул в глубь пещеры.

Глава 55

У меня в душе все перевернулось. Ни о чём не задумываясь, я мгновенно вскочила на ноги и бросилась следом за котом в подземный лабиринт. Только и услышала вслед, как ребята кричат моё имя, а потом голос Хоста: «Ник!»

Но возле расселины моих ушей коснулся вопль кота, а с ним ещё один голос, который напрочь заглушили все звуки и мысли, заодно придали мне скорости.

— Котя! — отчаянно позвала я, сворачивая в темноту коридора, где заметила красный проблеск.

Не останавливаясь, я щёлкнула пальцами, зажигая слабый огонёк, который хоть немного осветил путь, и тоже повернула.

Вновь появилась красная вспышка. Она промелькнула справа на распутье, в противоположной стороне от той, что была частью пути к метаморфной стене, через которую мы сюда пришли.

Стиснув зубы и осознавая, что мне придётся отправиться в неизведанную часть лабиринта, я полностью положилась на свою память, которая, надеялась, потом выведет меня к ребятам, и продолжила бежать.

Я отчаянно надеялась не потерять кота из виду. Поэтому старалась не отрывать взора от красного пятна, в котором узнала шерсть кота. А ведь раньше я даже не догадывалась, что он так умеет: светить в темноте. Наверное, сам Котя хочет, чтобы я следовала за ним, поэтому и показал мне эту способность, иначе со своим хиленьким огоньком я бы отстала еще в начале погони.

— Котя… — тяжело выдохнула я, когда красный огонек перестал отдаляться.

Вместо этого послышалась странная возня, и чем ближе я становилась, тем отчетливее начинала разбирать звуки:

— А-а-а! Слюни… Слюни! Кругом слюни! Держи свою помойку подальше от моих перьев. Реджи-и-и-и… Помоги-и-и!

После чего последовали странные шипящие слова похожие на асхарскую брань.

— Краус? — ухнуло в моей груди сердце.

Шипящая брань прекратилась, и вместо нее начались тихие жалобные стоны:

— Ы-а-а… А ща помру! Помру! А-а-а!

В ужасе от мысли, что мой кот сейчас сожрет фамильяра декана, я, позабыв об усталости, рванула к дерущимся еще быстрее. Однако, как только увидела, что там происходит, резко замерла.

— Ы-а-а… Он меня убива-а-ает!

Мой глаз дернулся.

— Я сейчас умру-у-у…

— Мр-мяу! — перестал облизывать ворона пожелтевший Котя и довольно на меня посмотрел.

А вот подмятый под него Краус, напротив, закатил глаза, будто и правда сейчас помрет.

— Реджи-и-и… Что же ты оставил Крауса… Краусу так плохо… Так плохо! — стонал раскинувший крылья ворон.

«Оставил? Это он о чем?» — нахмурилась я. Если бы с Реджесом что-то случилось, то его фамильяр бы тоже… не был в порядке. А Краус выглядел вполне себе здоровым. Немного помятым и послюнявленным Котей, но здоровым.

— Я отравлен… Отравлен микробами из пасти страшного чудовища…

Мой глаз снова дернулся, а ворон окончательно притих. С виду даже не дышал.

— Коть, ну-ка слезай с Крауса. Это фамильяр моего декана. Его нельзя обижать.

Недовольно фыркнув, кот на удивление без вопросов выпустил ворона и отошел в сторону, но будучи свободным Краус так и не пошевелился, поэтому, немного подумав, я к нему потянулась, чтобы потрогать — вдруг все-таки ошиблась, и ему действительно плохо?

— Не трожь!

— Ыть! — испугалась я и отдернула руку, когда ворон резко вскочил и с воплями ринулся к коту.

— Она моя! Моя!

Кот, заметив несущегося на него обезумевшего ворона, тоже предпочел отступить, а Краус накрыл собой на полу что-то непонятное и, раскинув крылья, грозно прошипел:

— Держись подальше свою помойку от моей прелести! О-о-о моя прелесть, — тут же потерял интерес к Коте и, посмотрев себе под лапы, зацокал… клювом: — Тупые коты, совсем не следят за гигиеной! Грязное… Грязное, какое же все грязное! — оглядел он свои перья и схватился крыльями за голову.

А я наконец-то увидела, что у него было под лапами — та самая поджаристая мышка, которую Ник выбросил в другом метаморфном ходе.

— Краус! — выдохнула я. — Как ты… Как ты здесь оказался? И где Реджес?

— Где-где… Как-как, — передразнил меня раздраженный ворон, попутно пытаясь отряхнуть лапами грязь с мышки. — Твой дурацкий кот испортил мой ужин. Он и так был не ахти, а теперь… Между прочим, твой дружок тоже не лучше! Спалил все напрочь! Не то, что Реджес. Реджес всегда вкусно поджаривал мышек для Крауса. О-о-о, Реджи…

Вновь схватился он за голову.

— На что же ты оставил Крауса одного! Я тебе это потом припомню. Да-да, припомню… — жалостливый тон ворона сменился на едкий. — Заставил меня присматривать за этой никчемной девчонкой и Академией…

«Никчемной девчонкой?» — в который раз дернулся мой глаз.

— Краус — фамильяр, а не чья-то нянька! Фамиль…

— Лав! — вдруг донесся до нас голос Ника. — Лав! Лав! Отзовись!

Я схватила ворчащего ворона и зажала ему клюв, чтобы он заткнулся. Но даже так он умудрялся говорить!

— Отпусти… Отпусти! — забился в моих руках. — Твои руки грязные… Грязные. Грязные!

— Заткнись! — шикнула я. — Иначе отдам тебя Коте.

В этот раз сработало, стоило коту возле меня радостно мурлыкнуть, как ворон мгновенно притих, а я прислушалась к шагам Ника, который уже был близко. Вот-вот найдет.

— Мне нужно узнать, что с Реджесом, — прошептала я.

Стоило мне произнести имя декана, как Краус вновь взвыл:

— О-о-о, Реджес!..

— Тише! — вновь шикнула я, и стоны ворона заметно поубавили громкость. — Что с ним случилось?

— Лав! — голос Ника стал еще ближе. — Лав, не молчи!

— Да ничего с ним не случилось, — едко произнес Краус. — Наверное… — и добавил: — В отличие от бедного Крауса. Краус так страдает. Так страдает! Сырых мышек кушает… В холоде летает…

— Что значит «наверное»? — тряхнула я вороном. Да так, что даже одно перо