Путеводная душа - Опал Рейн

Решение на этот счет он уже принял. Мерих отведет ее домой, оставит там и вернется сюда.

Но не на сторону Джабеза; он не думал, что захочет когда-либо снова смотреть на эльфов после того, как она вырвет его израненное и кровоточащее сердце из груди. Вместо этого он силой соберет всех Сумеречных Странников, а затем будет охранять их, пока не появится что-то, что убьет его — вероятнее всего, сам Король Демонов.

Если Рэйвин не захочет быть с ним, он не будет счастлив, куда бы, черт возьми, он ни пошел.

Он искал свет в своем темном, мрачном мире. Теперь, когда он у него был, он знал, что ничто больше не осветит его, если она исчезнет.

Но если она умрет… Если он попытается отвести ее домой и не сможет защитить, он не думал, что простит себя. Он не знал, во что превратится. Откажется ли он от всей своей человечности и будет бродить по миру как ненавидящий себя шар с шипами?

Вероятно, он попытался бы уничтожить все на своем пути.

Погруженный в свои мысли, не зная, как ей ответить, он наблюдал, как она встает. Она попыталась взять одеяло, чтобы прикрыть свою наготу, но в данный момент он на нем сидел. Вместо этого она подошла к своей части полки и взяла полотенце, которое он раздобыл в соседнем человеческом городе.

— Отвечай мне, — рявкнула она, прикрываясь и ища свою трость.

Мерих встал, обвив хвостом трость, прислоненную к стене. Он осторожно протянул ее ей, и она взяла ее, чтобы увеличить расстояние между ними.

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, — солгал он, жалея, что чувствует себя так паршиво. — Не знаю, почему ты расстроена. Все было прекрасно, когда мы ложились.

Все было более чем прекрасно, если быть точным: они были удовлетворены, покрыты семенем, им было тепло.

— Потому что я хочу, чтобы ты сказал мне правду! Что-то не так, и я хочу знать, что именно.

Я не могу этого сделать, — подумал он, схватившись за рог, чтобы потереть его от раздражения на самого себя. Может быть, это было трусостью с его стороны, но он не хотел рассказывать ей ничего сгоряча только потому, что она вытягивала это из него. Если бы она просто подождала, была бы чуть более терпеливой, все бы раскрылось.

Он скажет что-нибудь не то, если просто выпалит это. Он постоянно ляпал глупости в ее присутствии.

— Может, нам стоит поговорить, когда ты успокоишься, — заявил он, отвернувшись.

Я больше не могу ждать. Она только еще больше расстроится и поймет, что я делаю. Мериху нужно было рассказать ей все сегодня; иначе для него все закончится плохо.

Ему нужно было, чтобы она была спокойна. Ему нужно было время подумать о том, как сформулировать самый важный вопрос, который он когда-либо задаст за всю свою жизнь.

Вопрос, на который он хотел надеяться, но не мог не бояться до ужаса.

— Ты… ты только что сказал мне успокоиться?

Ему не понравился ее тон, то, каким высоким он был и полным недоверия. Он резко повернул к ней голову и увидел, что ее рот приоткрыт, и у него сложилось впечатление, что он только что сказал абсолютно не ту вещь.

— Знаешь что? Отлично, — она пошарила по полке и схватила платье. — Я пойду успокоюсь ради вас, Ваше Высочество.

— Рэйвин, — начал он, поморщившись и потянувшись к ней. — Я не это имел в виду. Мне просто нужно подумать.

Она попятилась, когда он приблизился к ней, и он остановился только потому, что ее выражение лица было смесью обиды и гнева. Он никогда раньше не видел такого у нее, по крайней мере, направленного на него.

— В кои-то веки, Мерих, я буду той, кто в ярости уйдет прочь, — она повернулась и в буквальном смысле затопала ногами, направляясь к выходу. — Я пойду приму ванну, и если ты не дашь мне хоть какое-то объяснение, когда я вернусь, я… я… — она фыркнула. — Ну, я не знаю, но ты пожалеешь об этом. Я попытаюсь оторвать тебе хвост или типа того.

В тот момент, когда она ушла, он закрыл костлявое лицо ладонью и скрестил вторую руку на груди.

Я идиот. Как? Что? Почему? Как я должен теперь все исправить и спросить ее?

Ему следовало рассказать ей все прошлой ночью, но он был… трусливым цыпленком. Он что, съел одного в прошлом или что-то в этом роде? Может, ему начать кудахтать и хлопать крыльями?

Глава 38

Вымытая, вытертая, одетая и сидящая у озера Рэйвин закрыла лицо руками от стыда и смущения. Поверить не могу, что я так на него сорвалась.

У нее не было никаких доказательств того, лжет он или что-то скрывает, но она сама себя накрутила. Если ее прошлые поступки еще не доказали этого, обычно она так не делала. Ей нравилось подходить к проблемам хотя бы с каким-то обоснованием, но она была переполнена смесью эмоций, и они просто… бум.

Да, ладно, не самый ее гордый момент, но она также считала, что была не совсем неправа.

Я только что накричала на Сумеречного Странника. Он казался сбитым с толку ее поведением. Учитывая то, как они уснули, и что делали прямо перед этим, он определенно не ожидал, что она так себя поведет.

Честно говоря, она и сама не ожидала.

Он явно хочет мне что-то сказать. Он попросил ее успокоиться, а потом они поговорят. По крайней мере, я надеюсь, что он хочет мне что-то сказать.

Прямо сейчас она бы приняла любое объяснение.

Ванна ее успокоила. Она думала, что именно пространство заставило ее почувствовать себя лучше. У нее прояснилось в голове, и она лучше себя контролировала.

Она надула губы, болтая ногой в воде. Я испортила день, который мог бы быть хорошим. Теперь она об этом жалела.

Она не привыкла к тому, чтобы ее захлестывало такое количество эмоций. Она должна тонуть в бумажной работе, а не в противоречивых чувствах к большому Сумеречному Страннику, который был таким же сбивающим с толку, как и крепким. Ей хотелось опереться на него, и в то же время хотелось сбежать.

Больше всего… она не хотела быть в этом одинокой. Она не хотела, чтобы ее растущая привязанность осталась безответной, особенно учитывая, что она никогда раньше не позволяла себе испытывать подобное к кому-либо.

Как элизийский мужчина не смог завоевать ее сердце, а Сумеречный Странник смог? В этом не