Во власти чувств - Эмилия Вон

Пьер что-то пробормотал. Слегка ослабив хватку, я дал ему возможность глотнуть воздуха.

– Ты меня понял? – прорычал я ему в лицо.

– Иди к черту.

Этот ублюдок действительно хотел сегодня умереть. Я схватил Пьера за лацканы пиджака и притянул к себе. В ответ на мои действия он ухмыльнулся. Его мерзкая усмешка взбесила еще больше, поэтому я отвел кулак назад и врезал ему, стирая с лица эту гребаную улыбку. Пьер отшатнулся, запрокинув голову, но я не дал ему упасть, придерживая одной рукой. Когда этот ублюдок поднял голову и посмотрел на меня, я увидел струйку крови, что текла из носа.

– Ты сломал мне нос!

Надеюсь, что так.

Свободной рукой он зажал нос, пытаясь остановить кровотечение.

– Это было последнее предупреждение. Больше никогда, никогда не смотри на Адриану. Не разговаривай с ней. Не думай про нее и не прикасайся к ней. Потому что, если я увижу еще один неподобающий взгляд в ее сторону или услышу, как ты говоришь о ней или с ней, я вырву твой чертов язык и скормлю тебе же. А после по одному переломаю пальцы, которые посмели прикоснуться к ее коже, и выколю глаза, что весь вечер раздевали ее. Если ты сделаешь что-то из этого, твое тело даже на дне Мичигана никто не найдет. Я ясно выразился?

Ухмылку на лице сменил страх. Глаза метались из стороны в сторону в надежде найти кого-то, кто спасет его. Не найдя помощи, он сдался:

– Я понял.

Я оттолкнул его. Пьер чуть не рухнул на задницу, но вовремя удержался, тем самым не опозорившись окончательно. Прикрывая разбитый и кровоточащий нос, он вышел из дома.

Я не был монстром и старался держать свою тьму внутри, но иногда был не против выпустить ее на свободу, если тем самым мог обезопасить Адриану. Я провел рукой по волосам, приводя себя и свои мысли в порядок. Нужно было успокоиться и вернуться к Адриане, но Маттео, который, как оказалось, стоял сзади, имел на меня другие планы.

– Зайди в мой кабинет, – скомандовал он, будто обращаясь к одному из своих солдат.

Его тон вернул меня на несколько месяцев назад, когда я и был одним из его солдат. Я промолчал, понимая, что разговора с Маттео не избежать.

«Алессио – мой мужчина». Да, черт возьми. Пришло время назвать Адриану своей женщиной перед ее отцом и перед всем миром.

Глубоко вздохнув и сделав пометку в голове – быть сдержанным с отцом девушки, которую люблю, – я направился следом за ним. Дорогу в кабинет преградила Адриана, которая так спешила, что врезалась в мою грудь. Я успел схватить ее за плечи, не дав упасть.

– Ох.

Ее испуганные глаза были широко распахнуты, ресницы трепетали, рот приоткрылся. Этот чертовски невинный взгляд напомнил о нашей первой встрече и вызвал грязные картинки в голове, на которых Адриана стояла на коленях, обхватив…

«Приди в себя, Алессио. Ее отец и так ждет возможности содрать с тебя кожу. Не давай ему еще больше поводов, представляя подобное с его дочерью», – твердил внутренний голос.

– Ага, ох, – передразнил я Адриану, держа ее хрупкое тело в своих руках. – Куда ты так спешишь?

– Я услышала голоса и подумала, что…

Она замолчала и закусила нижнюю губу.

– О чем ты подумала, принцесса?

– Что с тобой что-то случилось, – тихо произнесла Адриана, опустив голову.

– Со мной все в порядке.

Пока. Мне еще предстоял разговор с Маттео, о чем я умолчал. Я приподнял ее подбородок пальцем, чтобы она посмотрела на меня.

– Тебе не стоит переживать об этом.

– Я рада. – Она одарила меня легкой улыбкой. – С Пьером все в порядке?

– Он жив.

– Боже, Алессио, он ничего не сделал, всего лишь…

– Он уже мысленно трахал тебя передо мной и твоим отцом, Адриана. – Я не хотел показаться грубым, но, судя по ее лицу, облажался. – Теперь он знает, что в следующий раз так легко не отделается, потому что я придушу его голыми руками, если он еще хоть раз взглянет на тебя, – сказал я мягче, поглаживая ее по щеке.

Она вновь опустила голову и закрыла глаза.

– В чем дело?

– Ни в чем.

– Эй, принцесса, посмотри на меня.

Адриана продолжала смотреть в пол.

– Ну же, взгляни на меня и не смей опускать глаза.

Щеки и шея Адрианы покрылись легким румянцем. Она подняла голову. Интересно, что вызвало такую реакцию? Черт, надеюсь, я не напугал ее.

– Это неправильно, но…

Она огляделась по сторонам и, убедившись, что никто не подслушивает, приблизилась ко мне и прошептала:

– Меня заводит, когда ты становишься диким пещерным собственником.

Трахните меня. Эта девушка когда-нибудь сведет меня в могилу.

Я был не в силах сдержать усмешку, отчего незамедлительно получил тычок в грудь. Ее невинность и смущение сводили с ума. Я видел ее голой, во всевозможных ракурсах, знал ее вкус, мы занимались сексом не раз, но она все еще робела передо мной, когда говорила, что ей нравится мое собственничество. Мило.

– Я рад, что могу так легко тебя завести, детка. Но если я прямо сейчас не пойду в кабинет твоего отца, то у тебя никогда больше не будет возможности возбудиться от одной мысли о том, что я сделаю с любым ублюдком, который посмеет к тебе прикоснуться. Потому что твой отец сам меня прикончит. – Я притянул к себе Адриану и зарылся в изгиб ее шеи, вдыхая аромат карамели. – Ты же не хочешь этого, верно?

– Ни в коем случае, – кокетливо ответила она.

Я прижался к ее мягким и чертовски сладким губам со вкусом апельсинового сока. Одного поцелуя было мало, хотелось больше. Намного больше.

До нее я никогда не любил целоваться или прикасаться к кому-то. Секс был лишь половым актом, никаких эмоций и привязанностей. Но сейчас я не мог не думать о сладком вкусе ее губ и искал любую возможность почувствовать мягкость ее кожи. Эта девушка изменила меня, и я наслаждался каждым моментом, проведенным рядом с ней.

Но как бы мне ни хотелось продлить это удовольствие, я уже потерял много времени, заставляя Маттео ждать. Я отстранился от Адрианы, и из нее вырвался стон разочарования.

– Мне нужно идти. Твой отец уже заждался. – Я убрал волосы с ее лица.

– Может, я пойду с тобой? – Адриана заглянула мне в глаза, склонив голову.

– Нет. Нам есть о чем поговорить наедине, – ответил я, целуя ее в кончик носа. – Будь хорошей девочкой.

Она кивнула и улыбнулась, провожая меня взглядом.

Дверь в комнату в дальнем углу коридора была приоткрыта.