Антагонизм - Натали Ният

Но план братика провалился в самом начале. Да, он взял машину, они поехали в город, приехали, начали праздновать заранее и потом решили, что надо проветриться, с ветерком покататься по городу, а заодно и забрать двоих девочек, их знакомых. Потом вернуться к имениннику в квартиру и продолжать веселиться всем вместе.

Только они не учли того, что были уже изрядно навеселе, поэтому первый же гаишник, встретившийся им на пути, понял, что ребята не в адеквате. Он попросил их остановиться, они проигнорировали. Машина сразу же была объявлена в розыск.

— Линда Викторовна, — обращался ко мне милиционер по телефону, — настоятельно вас прошу, если вам известно местоположение машины, сказать мне сейчас.

— Мне не известно.

Спустя некоторое время брат сам позвонил папе и рассказал, что они заехали в какую-то лесистую местность, видимо, прячась от милиции, и застряли там в грязи. Сначала они даже обрадовались, что им удалось скрыться, притом с таким весельем и адреналином. Значит, можно расслабиться и… поспать. Что они и сделали, а потом, когда проспались, поняли, что самим им не выбраться и надо звать кого-то на помощь. И этот кто-то оказался папой.

Узнав обо всем, папа озверел. Нам пришлось ехать в город, давать объяснения, хорошо, что все удалось уладить. Затем папин знакомый, с которым мы приехали, помог отбуксировать машину Егора. Она была в ужасном состоянии, вся в грязи, притом не только снаружи, но и внутри.

Всю обратную дорогу папа ругал Игоря на чём свет стоит. Но по мере приближения к Светлому его злость порядком поутихла. А затем и вовсе исчезла.

— Молодой, не понимает пока, что творит, — папа улыбнулся, — Вот же чертёнок!

Сказал так, будто восхищался.

Егор отмыл машину, привел в порядок, сменил замок в гараже и сделал вид, что ничего не произошло.

— Линда, не переживай.

— Но это так подло с его стороны.

— Подло, — согласился муж, — но есть такие ситуации, на которые ты не можешь повлиять. И такие люди.

— Знаю, я это знаю. Очень хорошо знаю.

— А я не могу на них повлиять, потому что не хочу, чтобы ты расстраивалась ещё больше.

— Спасибо.

Недавно мы приняли решение, что было бы неплохо переехать в город. Думали об Олежке, хотелось, чтобы к тому моменту, когда тот пойдет в школу, он уже ориентировался в городе. Отдать его на какие-то секции, кружки. Посмотреть, к чему он тяготеет больше. И нам будет удобнее заниматься бизнесом на месте. Мы с мужем сразу решили, если и покупать квартиру, брать трехкомнатную. Чтобы всем хватило места и в ближайшие годы не думать о расширении жилплощади. Не хотели влезать в долги и брать ипотеку. И вот сейчас настал момент, когда наши финансы позволили бы нам осуществить этот план.

Некоторое время мы потратили на изучение рынка недвижимости, просмотр квартир. Выбирали мы недолго, на самом деле: вторая квартира, которую нам показал риэлтор, покорила наши с Егором сердца. Большая, светлая, рядом всё необходимое для спокойной семейной жизни. Не в самом центре, но и не на окраине. Мы решили, это то, что нам нужно. Вот она! Сразу же занялись оформлением.

Квартиру оформили на меня, прописали в неё сына. А Егор остался прописанным в Светлом. Мы решили, что так будет лучше, потому что ещё не знали, как поступим с ней дальше. Если решимся продавать, будет лучше, если все будут выписаны, и он как хозяин квартиры быстро подготовит необходимые документы.

Родственники Егора очень сокрушались по этому поводу, каким-то образом они узнавали некоторые наши планы раньше нас. Они же уговаривали и умоляли моего мужа оформить квартиру в городе на его маму или на тётю, в крайнем случае.

— Надо думать о будущем, Егорка, — настаивала на своём Елизавета Николаевна. — Мало ли что случится в жизни, мы тебе родная кровь, а она — всё может быть в жизни.

Некоторое время мы потратили на изучение рынка недвижимости, просмотр квартир. Выбирали мы недолго, на самом деле: вторая квартира, которую нам показал риэлтор, покорила наши с Егором сердца. Большая, светлая, рядом все необходимое для спокойной семейной жизни. Не в самом центре, но и не на окраине. Мы решили, это то, что нам нужно. Вот она! Сразу же занялись оформлением.

Квартиру оформили на меня, прописали в нее сына. А Егор остался прописанным в Светлом. Мы решили, что так будет лучше, потому что еще не знали, как поступим с ней дальше. Если решимся продавать, будет лучше, если все будут выписаны, и он как хозяин квартиры быстро подготовит необходимые документы.

Родственники Егора очень сокрушались по этому поводу, каким-то образом они узнавали некоторые наши планы раньше нас. Они же уговаривали и умоляли моего мужа оформить квартиру в городе на его маму или на тетю, в крайнем случае.

— Надо думать о будущем, Егорка, — настаивала на своем Елизавета Николаевна. — Мало ли что случится в жизни, мы тебе родная кровь, а она — все может быть в жизни.

Но после того как Егор настоятельно попросил ее не совать свой нос не в свое дело, она немного поумерила свой пыл, но только с Егором. Между собой они активно и плодотворно разглагольствовали на эту тему. Ну и пусть.

Как бы ни хотел человек огородиться от внешнего мира, от некоторой его части, от некоторых людей в нем проживающих, он не может этого себе позволить. Разве только если он не житель необитаемого острова. Тетушки, дядюшки, братья и сестры — они составляют жизнь большинства из нас. Кого-то из них мы любим, кого-то терпим, к кому-то относимся снисходительно, а кого-то просто не перевариваем. А кто-то из них не переваривает тебя.

Дни рождения, Новый год, семейные застолья, праздники, на которых нужно было присутствовать, уделять внимание родным, знакомым, выслушивать их и пытаться не сойти с ума.

Разумеется, и мы, нашей маленькой семьей, тоже устраивали праздники, отмечали знаменательные даты и принимали гостей. Не скажу, что я не гостеприимная, но все всегда происходило по одному, более-менее одному сценарию. И заканчивалось тем, что многие напивались и начинали высказывать друг другу прошлые обиды. Я, со своей стороны, как могла, пыталась брать ситуацию в свои руки, сглаживать острые углы, отвлекать внимание на себя. А это очень энергозатратно, потом чувствуешь себя совершенно разбитой и опустошенной. А ради чего? Ради какой светлой и большой цели? Ради того, что так