Безумие - Шанталь Тессье

Её плечи опускаются, и он отпускает её, прежде чем она опускает руки.

— Прости меня, Хайдин, за всё. Просто знай, что я действительно тебя люблю. — Эштин встаёт на цыпочки и целует его в щёку, прежде чем он успевает отстраниться, затем разворачивается и уходит. Звук закрывающейся двери даёт мне понять, что она вернулась в их с Сентом комнату.

Хайдин поворачивается, чтобы войти в свою комнату, и останавливается, когда видит меня, стоящую у его кровати, завёрнутую в полотенце, с мокрыми волосами. Я устала ждать его возвращения и приняла душ.

Он захлопывает дверь и молча проходит мимо меня, заходит в ванную и тоже закрывает дверь.

Стою, уставившись на закрытую дверь его комнаты. Я слышу, как кровь стучит в ушах, чувствую, как сердце колотится в груди. Моя кожа горит. Я решаю, что ненавижу её до глубины души. Даже больше, чем тогда, когда смотрела видео, где он трахает её в задницу.

Мне плевать, какое у них прошлое или какого будущего нам не хватает. Эштин знает, что я здесь с ним. Она знает, что я его жена! Зачем признаваться в любви сейчас? Хайдин столько сделал для неё в прошлом. Эштин должна была знать, что он к ней чувствует, верно? Она была глупа или просто не заботилась тогда? Четыре года её не было, а теперь, когда она вернулась и у Хайдина есть жена, ей вдруг стало не всё равно? Я в это не верю.

Развернувшись, я распахиваю дверь ванной. Пар уже начал заполнять большое помещение после душа. Я резко открываю дверь и скрещиваю руки на груди.

— Что это было?

Хайдин стоит ко мне спиной. Повернувшись, он открывает глаза и смотрит на меня сверху вниз.

— Ничего.

— Ничего? — горько усмехаюсь я. — Она говорит тебе, что любит тебя... тоже, и ты называешь это ничем.

Понимаю, что мы оказались в такой ситуации из-за Лордов. Но то, что я только что увидела, вызывает у меня желание разделаться с этой сучкой. Моя мать и Энн говорили, что Хайдин любил её и поэтому убил их отцов. Но я никогда всерьёз не задумывалась об этом до сих пор. Видеть это и слышать — две совершенно разные вещи. Я привязываюсь к своему мужу и сделаю всё, чтобы любой, кто попытается его забрать, знал, что я пойду на что угодно, чтобы его удержать.

— Это не то, что ты думаешь, — отмахивается Хайдин.

Я фыркаю.

— Значит, ты хочешь сказать, что никогда не говорил ей, что любишь её?

Он молчит.

— Дай-ка угадаю, ты ещё скажешь, что никогда с ней не трахался?

Когда Хайдин не отвечает, я рычу.

— Я так и думала. — Я знаю правду, просто не хотела об этом думать.

Может, то видео значило больше, чем я думала. Знаю, что у Хайдина были другие женщины. Чёрт, он, наверное, даже не смог бы назвать их число, если бы я спросила. А я — глупая, хранила себя для него.

Я собираюсь захлопнуть стеклянную дверь, но он хватает меня за руку и втягивает под душ, мгновенно промочив меня и моё полотенце насквозь.

— Хайдин! — шиплю я, стирая воду с лица, чтобы открыть глаза.

Хайдин прижимает меня спиной к холодной стене, и я дрожу, когда он прижимается ко мне. Сердито смотрю на него.

— Так она с Сентом, потому что не хотела тебя? — Я не могу остановиться, продолжаю говорить. Может, хочу вывести его из себя. Может, хочу, чтобы он сжал мою шею и придушил меня. А может, хочу, чтобы он трахнул меня так жёстко, чтобы я выкрикивала его имя, чтобы она услышала через весь коридор. Разве не так мужчина должен поступать — заставить других женщин завидовать тебе?

— Нет, — спокойно отвечает Хайдин. — Она с Сентом, потому что я не хотел её. — Он поднимает правую руку, убирает мокрые пряди волос с моей щеки. — Тебя я выбрал в жёны…

— Потому что должен был, — перебиваю его. Мы не будем притворяться, что поженились по любви. — Ты всё ещё трахаешься с ней?

Я даже не уверена, что хочу знать ответ на этот вопрос. Часть меня хочет, чтобы он сказал «да», чтобы у меня был повод его ненавидеть. Как будто у меня их мало. Другая часть меня умоляет его солгать и сказать «нет». Конечно, Сент вряд ли это позволяет. Я почти смеюсь над собой. Конечно, Лорды делят своих жён. Кольцо на пальце и слова «я люблю тебя» для них ничего не значат.

СЕМЬДЕСЯТ

ХАЙДИН

Шарлотта упирается ладонями в мою обнажённую грудь, пытаясь оттолкнуть. Я не сдвигаюсь с места.

— Отойди, — рычит она, глядя на меня с вызовом.

— Нет.

— Свали с дороги, Хайдин! — кричит Шарлотта.

— Я сказал нет.

— ХАЙДИН! — Шарлотта бьёт меня в грудь кулаками.

Я хватаю её за запястья, чтобы она перестала колотить меня.

— Я сказал «нет», Шарлотта. Я больше не сплю с Эштин.

Шарлотта тяжело дышит, её жёсткий взгляд не отрывается от моего лица. Мне нравится эта её сторона. Хотя я предпочёл бы избежать разговора с Эштин, мне по душе реакция Шарлотты. Это доказывает, что я не схожу с ума в одиночку. Она с головой окунулась в наш вынужденный брак, и не только я к ней привязался.

Я сделал то, что нельзя исправить, когда дело касается моей жены. И если бы у меня был шанс, то поступил бы так же снова.

Именно так она отреагировала, когда Лорды прислали ей видео, где я с Эштин в Доме Лордов. Я не говорил Шарлотте, что знаю об этом, и она не говорила мне. Так и останется. Я могу играть в их глупую игру и притворяться, что никогда не видел этого. Но я намерен доказать жене, что Эштин для меня ничего не значит, не в том смысле, в каком думает Шарлотта.

Я даже не знал, что Шарлотта слушает, когда Эштин остановила меня в коридоре. Иначе прекратил бы этот разговор, прежде чем он начался. Я оттолкнул Эштин, потому что должен установить границы. Всё изменилось. Я изменился. И моим приоритетом является моя жена и её чувства.

Отпустив запястья Шарлотты, я