Третья жена генерала – дракона - Кристина Юрьевна Юраш

Настроение почему-то поднялось. Я даже и предположить не могла, что все так получится.

С улыбкой я отправилась к Ниалу. Он сидел в операционной и сматывал бинты. В операционной царила идеальная чистота.

— Я попросил у медсестер отдельный столик. Просто мне так удобней, — произнес Ниал извиняющимся голосом, а я увидела разложенные инструменты и бинты. — Надеюсь, вы не против. Я привык, как у меня все лежит, поэтому мне так проще.

— А вам не нужен ассистент? — удивленно спросила я.

— Нет. Я делаю все сам. Поэтому все должно лежать под рукой, — произнес Ниал. — Надеюсь, вы не против?

— Нет, я не против. Вы делаете так, как вам удобно. А пока поздравляю с первой удачной операцией, — улыбнулась я. — Отличная работа. Рана чистая, швы аккуратные.

— Спасибо, — усмехнулся Ниал. — Я хотел спросить кое-что.

— Конечно, — выдохнула я, не веря в то, что мне наконец-то улыбнулось счастье.

— Кто придумал кристаллы разместить именно в таком порядке? — спросил Ниал.

— Я. Случайно, — заметила я.

— Это — гениальное изобретение. Никто до такого не додумался, — заметил Ниал, складывая бинт в коробку. Теперь коробка была заполнена. — За такое изобретение можно было бы получить магический патент. И быть может, огромные деньги.

— Мне просто некогда этим заниматься, — отмахнулась я.

Я уже собралась уходить, как вдруг услышала негромкий голос Ниала.

— Я бы хотел извиниться перед вами. Я видел вашу работу. И, простите, что усомнился в вас. Меня просто смутило, как такая молодая женщина оперирует так, словно делает это уже лет десять. Я ошибался на счет вас. Мне очень стыдно.

— Да ладно, — махнула я рукой.

За окном было темно, а я чувствовала, что хочу спать.

— Я пока вздремну, а вы если что меня будите, — зевнула я, понимая, что усталость решила меня доконать. — Вы тоже можете поспать. Пока вызовов нет.

— Я обязательно воспользуюсь вашим предложением, — заметил Ниал.

Я вышла, понимая, что от усталости вокруг все такое ватное. Мне сложно было сконцентрироваться хоть на чем-нибудь.

— Если что — будите, — кивнула я, видя что сменилась дежурная.

Больница уже засыпала. Свет был приглушенным. Из некоторых палат доносился храп.

Я поднялась на второй этаж, добралась до своей комнаты, положила руку на ручку двери, как вдруг краем глаза увидела что-то белое, мелькнувшее справа.

Глава 19

Я резко повернула голову, не видя ничего подозрительного. Если в этом доме и есть привидения, которые мечтают пугать людей, то пусть летают за мной и пугают счетами за лекарства.

Помотав головой и списав все на усталость, я открыла дверь комнаты, как вдруг что-то меня дернуло.

«Мало ли!», — пронеслось в голове.

«Ой, да что может случиться!», — поморщилась я, понимая, что меня от кровати разделяет только дверь.

«Мало ли!», — снова настороженно повторил внутренний голос.

«Ой, да хватит!», — раздраженно произнесло что-то внутри.

«Нет, ну мало ли!», — настойчиво требовал внутренний голос.

— Ладно, — вздохнула я.

Неприятное чувство заставило меня выйти из комнаты и пройти по коридору. Я смотрела на двери, как вдруг увидела, что дверь на чердак приоткрыта. Открыв ее, я увидела деревянную винтовую чердачную лестницу, которая располагалась в каморке. Лестница уходила наверх к маленькой дверце, которую использовали рабочие, чтобы латать крышу. Я пожала плечами, собираясь уходить, как вдруг услышала, что дверца легонько хлопнула на ветру.

Она должна быть закрыта!

Я поднялась с гулким топотом по лестнице, толкнула незапертую дверь, как вдруг увидела белый силуэт, похожий на привидение, застывший на краю крыши. Ветер раздувал, словно парус белую рубашку и трепал длинные волосы.

— Эй! — окрикнула я, видя, как силуэт обернулся.

Секунды мне хватило понять, что это — наша сегодняшняя пациентка. Она стояла, сложив руки на груди на самом краю конька.

— Ты что тут делаешь? — спросила я, но в голове уже щелкнуло, что она собралась делать!

— Не подходите! — послышался голос, похожий на всхлип. — Я прошу вас. Стойте там!

— Стою, стою, — миролюбиво произнесла я, выставив вперед руку. — И ты иди сюда… Там ведь можно упасть. Нога соскользнет и…

— Может, я хочу упасть! — произнесла девушка, а ее слова прорывались сквозь всхлипы. — Я же сказала, что не хочу жить такой! Не хочу!

— Я же тебе уже сказала, что шрамы можно подлатать магией! — произнесла я.

— Но доктор Ниал сказал, что это очень дорого! У меня нет таких денег! И я столько никогда не заработаю! — взвизгнула девушка. — Я на всю жизнь останусь уродиной…

Ее лицо скривилось, а я она посмотрела вниз. Пусть здание и было двухэтажным, но высота потолков достигало почти трех с половиной метров! А еще крыша, которая была не плоской и вмещала огромный чердак с высокими потолками. Да тут метров десять высоты. Конечно, этаж не двадцатый, но смотря как падать!

Глава 20

— Послушай, — заметила я, стараясь ее отговорить от этого глупого и отчаянного шага. — Тут не так высоко, чтобы умереть, но вполне достаточно, чтобы на всю жизнь остаться калекой. Парализованной со сломанным позвоночником и шеей. И вот тогда точно никто не возьмет тебя замуж! Никому не охота выносить из под тебя горшок, кормить тебя с ложечки и всю жизнь смотреть, как ты лежишь в кровати без движения. Поверь мне. Это страшнее, чем шрамы на лице. Так что давай, иди сюда, я налью чай, и мы все обсудим.

— Я не хочу жить уродкой, — ревела девушка, а я понимала, что сейчас она пребывает в состоянии отчаяния. И не слышит ничего, кроме голоса внутренней боли. — Меня все считали красавицей… Я работала в магазине! Меня взяли только потому, что я милая… А сейчас я останусь без работы… Или мне придется идти прачкой, а я не хочу-у-у…. Моя мать была прачкой… И это ужасно!

— Никто не говорит тебе, что обязательно нужно быть прачкой, — убеждала я, подбираясь к ней шаг за шагом. Вот, блин! Поспала, называется! — Ты можешь работать у нас медсестрой… Можешь освоить какую-нибудь профессию. Например, печь пироги!

Я так злилась на нее, чувствуя, что из-за того, что старалась зашить раны как можно аккуратней, опоздала на вызов. И из-за этого моей помощи не дождался ребенок. Но в то же время я понимала ее трагедию. И осознавала, что злится на нее нельзя.

Осторожно, чтобы не спугнуть, ведь каждое мое резкое и неверное движение может спровоцировать девушку на глупость, я продвигалась по