Моя «сверхъестественная» жизнь - Джейн Шнайдер

И вот на горизонте возник отель. Рядом были припаркованы дорогие автомобили. Мне стало не по себе. Но ноги сами вели меня внутрь. А очутившись на пороге, я застыла в нерешительности. Я еще никогда в жизни не была в подобных заведениях класса люкс. До блеска начищенный паркет, фонтан в центре зала, зеркальные стены и потолок. А с правой стороны от входа лестница, ведущая на второй этаж с огромными ступенями, совсем как во дворце. Чуть поодаль от нее стояла стойка администратора, и симпатичная брюнетка с серьезным выражением на лице приподнялась и одарила меня холодной полуулыбкой.

— Здравствуйте! — сказала она. — Могу ли я вам чем-нибудь помочь?

Я почувствовала себя нищим, просящим милостыню. Что я вообще тут забыла в своей легкомысленной шапочке и пуховике? Брюнетка была хмурой, хотя улыбалась. Она продолжала разглядывать меня, ожидая ответ. Девушка, как я потом разглядела, и не была такой уж красивой. Весьма обычная, но очень ухоженная. В белой блузке, узких брюках, небесно-синего цвета и черных туфлях на шпильке, она приподнялась и подошла ко мне. Следом за ней, возник из ниоткуда молодой человек, в черном фраке. Видимо, он что-то хотел ей сообщить, но видел, что та занята.

А я тем временем набрала побольше воздуха в легкие и пробормотала:

— Здравствуйте! У меня здесь встреча в пять часов вечера. Я…

Тут молодой человек что-то быстро прошептал на ухо девушки и моментально испарился. Та будто позеленела и, как мне показалось, ее улыбка стала дружелюбнее:

— О, вы, должно быть, Виктория? — воскликнула она.

— Да, как вы…

— Мистер Василевский уже ждет вас. Второй этаж, комната номер 222. Вас проводить?

— Нет! — воскликнула я. — Спасибо.

И это последнее, на что у меня остались силы. Брюнетка показала мне лестницу, и отправилась к ресепшену.

А я медленно стала подниматься по ступенькам. Может, сбежать? И упустить такой шанс? Но я понимаю, что у меня нет сил. Я ведь ничего не ела за последние сутки. Голова шла кругом. И я никак не могла согреться, хотя понимала, что в гостинице очень жарко, даже слишком. Мне не хватало кислорода. Джаред совсем близко. И сейчас я увижу его. Если конечно не умру в последнюю секунду на пороге его номера. Что-то кольнуло в правом боку. Только не сейчас.

Вот он, номер 222. Кто же там? Это на самом деле Он, любовь всей моей жизни, мое вдохновение, мой бог? Или шутник, решивший поиздеваться? Сейчас я все узнаю.

Заношу руку, чтобы постучать в дверь, и… она распахивается сама, буду кто-то почувствовал мое приближение…

Глава шестая. Лучшая ночь в моей жизни

Дверь распахнулась, и на пороге стоял Он, улыбаясь такой теплой и милой улыбкой. А я даже не смогла толком поприветствовать его, потому что весь мой словарный запас английского мигом иссяк. Я так часто прокручивала эту сцену в голове, а теперь растерялась. Да еще ноги подкашивались от усталости. Но вовремя Джаред заметил неладное. Он мигом очутился рядом со мной и подхватил на руки. Потом я словно провалилась в черную бездну. Я выпала из реальности на какое-то время…

Очнувшись, я решила, что лежу в своей постели, а откуда-то доносится приятная мелодичная речь на моем любимом инглише. Забыла выключить комп, не досмотрела «Мистику» и заснула. Боже! Потом я подпрыгнула на огромной постели, которая никак не могла быть моей. Шелковые белоснежные простыни, а я лежу в обуви… и рядом он, смотрит испуганным взглядом, в руках телефон. Я без верхней одежды. Он что, меня принялся раздевать? Господи, как стыдно. Что еще он собирался делать? Искусственное дыхание? И долго я пробыла в коматозе? Я подпрыгнула и вскочила с постели.

— Ну, привет, — он облегченно вздохнул. — Как же ты меня напугала. Блэйк (персонаж Джексона в сериале «Мистика») бы сейчас сказал: «Очешуеть! Какой эффект я произвожу на девушек!»

Сначала я с серьезным видом смотрела на него пару секунд. Какой же он высокий. И какой красивый. Он еще лучше в жизни, чем на экране. И у меня просто нет слов, чтобы передать все мое восхищение и счастье от того, что он рядом, что это не сон. На нем были темные джинсы и серая рубашка, верхние пуговицы расстегнуты. Великолепная каштановая шевелюра слегка растрепана — должно быть, не успел причесаться. Я ведь пришла чуть раньше положенного. Заметно подкачался по сравнению с той формой, в которой он был в начале десятого сезона. Тогда помнится все распереживались, уж не заболел ли чем «бедняга Джа», «нет ли у него депрессии или проблем с женой». Ох уж эти фанаты, им только повод дай.

Не знаю, сколько длилось молчание. Мы разглядывали друг друга, и это было очень странное чувство. Я увидела удивление, смешанное с любопытством во взгляде этих огромных каре-зеленых глаз. Какие же у него длинные и пушистые ресницы.

Потом вдруг я поняла всю комичность ситуации и не смогла удержать истеричный смешок. Джаред приподнял бровь, а потом… принялся смеяться со мной. И на его лице я увидела милые ямочки. Такие, уже ставшие давно родными, ямочки.

— Прости, прости, — хихикала я, — не думала, что наше знакомство начнется с такого. Ну привет, Джаред. Я Викки.

— Да, я уж понял, — продолжал он веселиться. А я знала, что нужно теперь дать ему время угомониться. Если он начинал хохотать, его уже трудно было остановить. Он действительно такой. Но вдруг, как-то случайно, Джаред схватил меня за руку и посерьезнел.

— Какая ты холодная! Ты замерзла, да? Иди сюда! — и он вдруг прижал меня к своей груди.

— Джаред, я…

Я, которая уже готова была начать милую беседу, снова потеряла дар речи. Я поняла, что хочу его. Немедленно. От него так приятно пахло. И он был таким горячим. Таким огромным и сильным. Я почувствовала себя совсем малышкой по сравнению с ним, хотя никогда не считала себя мелкой.

— Ты именно такая, как я себе и представлял, — прошептал он.

— Какая? — еле слышно пробормотала я.

— Добрая, нежная, веселая и очень красивая.

О, нет… как давно я не слышала ничего подобного от мужчины. А сейчас эти слова вылетели из уст самого сексуального представителя мужского пола. И они адресованы в мой адрес. Я сейчас растаю. Я поняла, что плачу. Джаред почувствовал это, так как слегка отстранился и заглянул в мои глаза, слегка дотронувшись до моего подбородка.

— Эй, — улыбнулся он, — ты чего это?

Что ему сказать? Что я ему не верю? Что я