Злодейка (не) его романа - Юки

Он жив, и это главное. И я наконец поняла, как сильно боялась, что он умрет. Как много он теперь значил для меня.

Даже если не прощал. Даже если все еще не верил мне. Зато я верила в него. И теперь просто так не дам ему погибнуть. Ни от врагов. Ни от его собственного упрямства.

Глава 20

В комнате было тихо. Слишком.

Тишина была словно отмеренной. Как будто боялась нарушить то хрупкое равновесие между жизнью и смертью, которое я только что едва восстановила.

Целитель, осмотрев Эдгара, накрыл его легким покрывалом и повернулся ко мне:

— Он вне опасности. Но его тело будет восстанавливаться медленно. Сейчас для него главное покой.

Я кивнула, не в силах пока говорить. Пустота внутри ощущалась выжженным полем, и я не знала, как скоро силы восстановятся. Если я вообще смогу снова колдовать.

— Попросите слуг присмотреть за ним. Или… — он взглянул на меня с легкой улыбкой, — сами останьтесь. Думаю, он не станет возражать.

Ройс ушел, тихо затворив за собой дверь, оставив меня в мягком полумраке, среди аромата трав и еще не исчезнувшего запах крови.

Я осталась. Не потому, что так нужно. Просто… не смогла уйти.

Села в кресло рядом с кроватью, обхватив себя руками — будто хотела удержать остатки тепло в груди, и посмотрела на Эдгара.

Лицо мужчины стало почти безмятежным. Немного бледным и слегка напряженным даже в покое — будто и находясь без сознания, он не позволял себе расслабиться.

Я сидела, смотрела на него — и не заметила, как закрылись глаза, и меня сморил сон. Мир вокруг померк, и мягкая дрема накрыла, как покрывало.

— Зельда?

Вырвавший меня из сна голос был хриплым, тихим. Я вздрогнула и проснулась, резко выпрямив спину.

Эдгар смотрел на меня в упор. Глаза полуприкрыты, взгляд мутный, но живой.

— Эдгар… — выдохнула я. — Ты пришел в себя.

Он моргнул, затем морщась, попытался приподняться.

— Не стоит, — я мягко положила руку ему на грудь. — Ты был… очень тяжело ранен. На тебя напали. В лесу.

Мужчина прикрыл глаза.

— Я помню… удар… потом боль… Напали исподтишка, мерзавцы. Застали врасплох. Если бы не магия, я бы не выжил.

Я вздрогнула, холодея еще больше.

— Ты и так чуть не помер, — дрожащим голосом призналась я. — Целитель сделал все, что мог, но не справился бы один. Я помогла ему — вовремя у меня появился этот дар.

Эдгар медленно повернул голову ко мне.

— Ты… что?

— Да, я исцелила тебя. — Я чуть улыбнулась, сдержанно. — Надеюсь, ты не против? Я… не могла просто сидеть сложа руки. Не хотела… чтобы ты умер.

Он замолчал, не спеша отвечать, но я заметила промелькнувшее в его глазах смущение.

— Я был к тебе несправедлив, — глухо сказал он. — Тогда. Когда ты попросила уехать.

— Ты подумал, что я хотела выторговать свободу.

Герцог медленно кивнул.

— Я не привык… доверять. А тем более тебе.

— Понимаю, — тихо ответила я.

Молчание сгустилось между нами. Такое, в котором можно было утонуть.

И вдруг — он протянул руку. Осторожно коснулся моей ладони своей теплой рукой. И его пальцы сомкнулись на моих.

— Прости.

Одно короткое слово вызвало такую бурю эмоций в груди, что я чуть не задохнулась. Схватив ртом воздух, я растерянно посмотрела на Эдгара, не зная, что ответить. Но губы сами дрогнули в несмелой, чуть неловкой улыбке.

Я склонилась над мужчиной и осторожно поправила одеяло, прикрывая его плечи.

— Главное, что ты пришел в себя. Отдыхай…

Я не успела договорить, как Эдгар вдруг подался ко мне, приподнявшись на локтях. Приблизил свое лицо к моему так близко, что я ощутила его слабое дыхание. Меня будто парализовало, и я не смогла даже пошевелиться, чем герцог тут же воспользовался.

Его легкий, осторожный поцелуй был похож на дуновение ветра. Всего лишь неуверенное касание губ, как перышком. Словно кто-то позволил себе поверить в невозможное.

А спустя долгий миг мужчина отстранился. Резко. Будто испугался. И тут же отвел взгляд.

— Прости, — сказал он снова, но теперь в голосе слышалось нечто другое.

Он боялся. Боялся того, что чувствует. Боялся поверить, что это — правда.

Я не стала ничего говорить, ни отталкивать, ни требовать. А просто осталась рядом. Села обратно в кресло. И с улыбкой глянула на него, радуясь тому, что он дышит, что живой. И тому, как мое сердце отзывается на каждый его вдох.

Глава 21

Этой ночью, несмотря на усталость, я долго не могла уснуть. А когда все же выключилась, мне приснился странный сон, содержание которого я не запомнила. Но, возможно, именно он помог мне кое-что вспомнить.

Я не сразу поняла, что именно всплыло в памяти. Это было как внезапная вспышка света в темноте — вырванный из сна обрывок страницы. Не лицо, не диалог. Событие.

Смерть Зельды. И то, что было после.

Эдгар убил ее и изменился. Закрылся. Стал еще жестче, еще молчаливее. До тех пор, пока в его жизни не появилась она.

Аланья Дарлингтон. Простая девушка из лавки на центральной улице. Сирота, торгующая лечебными мазями и настойками, от которых, по слухам, даже зубная боль отступала.

В книге она появилась не сразу, и главной героиней стала не с первых строк. Но покорила сердце Эдгара с первой же их встречи: своей красотой, невинностью, добротой. Он начал регулярно захаживать к ней в лавку. Потом — приглашал ее в замок. И в какой-то момент она осталась.

И именно она, по сюжету, услышала случайный разговор в переулке. Разговор, который раскрыл настоящий заговор. Против Эдгара, против короны.

Она спасла его, потому что оказалась в нужном месте и в нужное время.

Но теперь… Я все еще жива. Зельда не погибла, и Аланья так и не появилась в жизни Эдгара. Мир изменился. А значит, то событие, которое однажды спасло Эдгара, может просто не случиться.

Я встала, подошла к окну и сжала подоконник так сильно, что побелели пальцы. Я уже знала, что не хочу, чтобы он умер.

Не потому, что желала исправить прошлое, которого я даже не прожила. Нет, все из-за него.

Из-за того, как он смотрел, когда думал, что я сплю. Как он молчал, но все равно приходил. Как его рука сжимала мою с такой осторожностью, будто боялся сломать.

И мне было просто невыносимо думать, что я должна привести в его жизнь другую. Пусть и ради его спасения.