(Не) Случайное расследование для мага - Ната Тихая

уже ответить за Себастьяна, но тот дал знак, что справится сам. И он в самом деле справился. Сказал, что был очень занят важной работой по поручению короля и не мог оставить незаконченное дело. А сейчас, выполнив все поручения, наконец-то смог приехать, чтобы познакомиться с родным сыном и остаться с нами. Себастьян волновался, говоря это, и ждал реакции сына, внимательно вглядываясь в его лицо. Стоило мальчику улыбнуться, как мужчина облегченно выдохнул.

Удовлетворив свое любопытство, Ксандер побежал на улицу. Мы с Себастьяном молча пили остывший чай, обдумывая утренний разговор. Ксандер, казалось, с легкостью воспринял появление Себастьяна в нашей жизни. Но мне хотелось еще раз все как следует обсудить с сыном.

— Ксандер очень похож на тебя, — прервал мои раздумья Себастьян. — У него такое же доброе сердце.

— Мне он больше напоминает тебя, — пожала я плечами.

— Ему от меня досталась только внешность.

— Поверь, иногда он такой же упертый, как и ты. Умеет настоять на своем.

— Мне кажется, он думает, что я плохой человек.

Себастьян с грустью посмотрел на меня и усмехнулся. Я взяла его за руку, пытаясь приободрить.

— Это не так. Просто нужно время, чтобы он впустил тебя в свое сердце.

— Я буду ждать.

В этот момент входная дверь резко распахнулась, и на пороге возник мрачный Эверетт, который ураганом залетел в дом. Его волосы были в беспорядке, темные круги залегли под глазами. Одним словом, Эверетт был уставшим и явно не спал сегодня ночью.

— Что ты узнал? — спросил Себастьян.

— Много чего интересного, друг. — Эверетт помедлил. — И самое паршивое, что мэр мертв.

— Как?! — воскликнула я.

Я не могла поверить словам Эверетта. Мистер Тернер был веселым и доброжелательным человеком. Знал всех жителей городка, и жители любили его. Сначала было сложно поверить, что такой человек, которому все верили, оказался втянут в столь грязные дела, а теперь он и вовсе убит.

Эверетт вымученно улыбнулся и поведал о прошедшей ночи. Расставшись с Себастьяном, он пошел к себе в номер, чтобы отдохнуть и написать письмо в столицу, в котором собирался потребовать приезда верных ему людей для тщательного расследования и ожидаемых арестов. А после того как принял душ, обнаружил на кровати записку с предупреждением о расправе над ним и Себастьяном, если они не прекратят расследование. Записку он выбросил и не придал ей никакого значения — подобных угроз в жизни он получал достаточно. Это как раз говорило о том, что он подобрался близко к правде.

Едва стемнело, как Эверетт направился к дому мистера Тернера, где застал того в довольно подвыпившем состоянии. Зато, когда Эверетт стал задавать ему прямые вопросы, замешан ли тот в деле о контрабанде, мэр охотно рассказал обо всем, что знал.

Два года назад к нему обратился глава полиции вместе со смотрителем шахт с предложением быстрых и легких денег. Нужно было всего-то пару раз придержать немного минералов, а затем вывезти породу к границе и продать соседнему государству. Только, к большому сожалению, всем понравился такой способ отмывания денег, и схема превратилась в рутину. Смотритель нашел пару людей в шахте, кто помогал припрятывать минералы в укромных местах и ночью выносить их. Также смотритель подделывал отчеты и всю официальную документацию, чтобы никто не заметил махинаций. Никто и не замечал — до момента приезда первого пропавшего мага. Без мага ящики с минералом опечатывали мэр и глава полиции, а с приездом мага все поменялось.

На свой страх и риск было принято решение не прекращать контрабанду. Вот только маг прознал про их делишки и пригрозил, что расскажет все королю, как ему велит долг. Через пару дней он пропал. Мэр догадывался, что маг не сам пропал, и лишь недавно узнал, что замолчать ему помог Максимилиан Вейланд. От осознания, как далеко все зашло, он испугался и просил подельников прекратить, на что получил четкий приказ молчать, иначе он отправится вслед за магом.

Та же участь постигла и второго присланного в их город мага. Хотя Вейланд клялся в своей непричастности.

А когда в Кхер нагрянул сам главный маг, смотритель со страху решил заранее расправиться с угрозой и свалить все на несчастный случай. Попытка не удалась, и Максимилиану пришлось решить этот вопрос, надеясь, что Себастьян, потеряв нить расследования, сдастся или признает виноватым одного смотрителя и, удовлетворившись этим, уедет. Только они просчитались: следом за главным магом приехал детектив из столицы, и теперь уже оба мужчины стали задавать неудобные вопросы.

Мэр назвал фамилии тех, кто был замешан в этом деле. Ими оказались сам мэр, глава полиции, смотритель и несколько простых рабочих. Еще мужчина оговорился, что иногда на их встречи вместе с мистером Вейландом приходила женщина в черном плаще с капюшоном, скрывающим ее лицо, и просто молча наблюдала. Он не знал, кто она, и никогда об этом не спрашивал.

Через некоторое время Эверетт отправился в столовую за стаканом воды для себя и мэра. Вернувшись, он обнаружил Тернера на полу с синюшным цветом лица и пеной в уголках губ. Вены на его шее побагровели и набухли. Очевидно, мэра отравили, и яд, скорее всего, был в вине. Вот так Максимилиан решил избавиться от еще одного свидетеля.

Эверетт оставил умершего в его доме и поспешил в полицию, чтобы сообщить о произошедшем, конечно, умолчав о том, что узнал от мэра. Началась обычная рутина: выяснение обстоятельств того, что случилось, и поиски улик. Эверетту же было очевидно: ему требовалось найти весомые улики против главы полиции и установить личность незнакомки. Он был уверен — отравила господина Тернера именно она, по указке Максимилиана.

Закончив свой рассказ, Эверетт многозначительно посмотрел на меня и кашлянул:

— Госпожа ведьма, вы должны нам помочь.

Мы с Себастьяном удивленно переглянулись: чем же я могла быть полезной?

— Что ты хочешь от Моры?

— Одно запрещенное зелье. — Эверетт снова посмотрел на меня, прищурившись. — Я думаю, оно вам под силу.

Конечно, я поняла, о каком зелье идет речь, и его в самом деле было запрещено изготавливать. Зелье правды. Его варили единицы, те ведьмы, кому выдали специальную лицензию, и только при наличии запроса из определенных ведомств — полиции и тайной канцелярии. У меня не было такого разрешения, хоть от моей мамы мне и был известен его рецепт. Эверетт просил меня нарушить закон.

— Я смогу, — вдохнула я. — Вот только у меня нет на это лицензии.

— Считайте, есть. — Эверетт улыбнулся.

— Когда он нужен?

— Еще утром.

Я посмотрела на уставшего Эверетта, затем — на задумчивого Себастьяна, который мне