Больше не жена дракона - Кристина Юрьевна Юраш

— Время позднее, — послышался его голос. Он не повышал тона, но в комнате сразу стало темнее от его голоса. — Пора ложиться спать…

Я молча встала. Колени затекли, в теле гудела усталость, смешанная с адреналином. Я смотрела на него с тревогой и напряжением, ожидая следующего удара судьбы.

Он поднялся. Высокий, широкий, он заполнил собой пространство у камина.

— Ты куда? — вопрос прозвучал мягко, но в нем звякнуло стальное лезвие.

— В свою комнату, — ответила я, и голос предательски дрогнул.

— Нет, — он сделал шаг ко мне. — Ты будешь спать со мной. В супружеской спальне.

Воздух в легких закончился. Я замерла, чувствуя, как по спине ползут ледяные мурашки.

— Зачем? — выдохнула я.

— Понимаешь, дорогая… Я тебе не доверяю. И поэтому хочу иметь полный контроль над тобой, — он сказал это просто, как констатацию факта. Как будто сообщал, что завтра маги-синоптики обещали дождь.

Он усмехнулся, и в этой усмешке было что-то хищное.

Глава 21

— Или ты думаешь, не странно будет выглядеть, что после войны, после стольких месяцев разлуки, мы вдруг решили спать раздельно? Что скажут слуги? — он повторил, словно пробуя мои страхи на вкус.

Паника вспыхнула в груди горячим комом. Спальня. Большая кровать. Темнота. И он.

Вдруг эта тварь потребует от меня супружеский долг?

Вдруг он решит воспользоваться телом, которое теперь принадлежит ему по праву захвата? Я представила его руки на своей коже, и желудок свело спазмом.

Но я кивнула. Библиотека находится рядом. Через коридор. Если он уснет… Я смогу дождаться тишины. Смогу выскользнуть. Найти книгу. Узнать, как изгнать паразита из тела мужа.

— Хорошо, — прошептала я.

Он повёл меня в спальню генерала. Коридор казался бесконечным. Каждый шаг отдавался гулом в висках. Я чувствовала его присутствие за спиной — тяжёлое, давящее. Он не касался меня, но я ощущала его дыхание на затылке.

В спальне пахло им. Его одеждой, его кожей, тем новым запахом полыни и дыма, который вытеснил привычный аромат мужа. Кровать стояла в центре комнаты, огромная, как алтарь для жертвоприношения.

Я начала нервничать. Руки холодели. Я обхватила себя обеими руками, словно пытаясь унять нервную дрожь.

— А что это мы так напряглись? — он усмехнулся, подходя вплотную.

Я отступила, но упёрлась поясницей в край туалетного столика. Бежать некуда.

— Или думаешь, что я решу воспользоваться тобой? — его голос опустился до бархатного шёпота.

Эти слова заставили меня замереть. Я даже вдохнуть забыла, чувствуя, как в ушах нарастает гул.

Он протянул руку и коснулся моей шеи. Пальцы были горячими. Они скользнули вниз, по ключице, задержались на вырезе платья.

— Нет. Конечно, предложение очень лестное… Ты красивая женщина, Дессалина. Даже слишком.

Он наклонился.

Его губы оказались в миллиметре от моего уха. Я чувствовала тепло его дыхания. Искуситель. Хищник, играющий с добычей перед тем, как перегрызть горло.

— Но я не люблю брать силой то, что можно получить иначе, — он отстранился, и в его глазах вспыхнула насмешка. — К тому же у меня довольно своеобразные вкусы в постели… Знаешь ли, тьма шепчет мне отнюдь не о милых поцелуях… Так что… спи спокойно. Я тебя не трону.

Облегчение было кратким, сменяемым новым витком страха. Если не это, то что?

— Давай позовем служанок, чтобы меня раздели, — прошептала я, цепляясь за последнюю возможность контакта с внешним миром. Если войдёт горничная… Может, я успею шепнуть слово? Подать знак…

— Зачем? — он склонил голову. — Если я могу это сделать сам.

Глава 22

Что? Я не позволю прикасаться к себе!

Он взмахнул рукой. Движение было небрежным, ленивым.

Я ахнула. Шнуровка корсета дёрнулась.

Невидимые пальцы магии коснулись моей спины. Узлы развязались сами собой, ленты поползли вниз, словно живые змеи. Я почувствовала, как давление на рёбра исчезло, как воздух хлынул в лёгкие.

Но вместо свободы пришло чувство обнажённости.

Движением его пальцев, усмешкой на лице, и из моих волос вылетели шпильки. Они со звоном упали на пол, а потом собрались в кучку и метнулись на туалетный столик.

Тяжёлая волна волос рассыпалась по плечам. Платье потеряло опору. Ткань заскользила вниз, обнажая кожу, которая мгновенно покрылась пупырышками от холода и стыда.

Магия стягивала одежду, не касаясь меня, но я чувствовала каждое движение этой невидимой силы. Это было интимнее, чем если бы он раздел меня своими руками. Это было вторжение в само пространство вокруг меня. Демонстрация власти.

Я осталась в одной сорочке и панталонах, нервно прижимая руки к груди.

— Мне нужна рубашка, — произнесла я, стараясь, чтобы голос не звучал как мольба.

Он кивнул. Подошёл к двери, приоткрыл её и позвал служанку.

В щели мелькнуло испуганное лицо горничной. Девушка ушла, а потом вернулась и протянула белую сорочку-рубашку. Но он так и не пустил её в комнату. Забрал сам.

А потом мягкими шагами хищника вернулся ко мне. Вручил рубашку с усмешкой.

— Переоденься.

Я вышла в ванную, чувствуя, как чувства прорываются сквозь маску спокойствия. Как дрожат мои пальцы, когда я разворачиваю сорочку. Как срываются движения, когда я снимаю с себя одежду.

Ткань была холодной. Я натянула её на себя. Она пахла стиркой и лавандовой заботой. Скользнув по мне, она скрыла моё тело, но не давала ощущения защиты.

Я вернулась в комнату и забралась на кровать.

Матрас прогнулся под его весом, когда он лёг рядом. Я прижалась к самому краю, насколько это было возможно, боясь даже случайного соприкосновения. Простыни были холодными, а всё вокруг вдруг показалось чужим.

— Не дрожи так. Я не люблю, когда постель ходуном ходит. От страха, разумеется. Мне куда интереснее, когда женщина тянется сама. Но это требует времени. А у нас его… полно. — послышался голос.

Я лежала неподвижно, сложив руки на груди. Сердце колотилось, отбивая ритм где-то в горле. Мне было нервно. Каждое его движение, каждый вздох заставляли меня вздрагивать внутри. Я боялась уснуть. Боялась не уснуть. Я ждала, когда его дыхание станет ровным и тяжелым. Ждала, когда тьма в комнате сгустится настолько, чтобы можно было скользнуть к двери.

Библиотека. Книги. Ответы.

В сердце замирала надежда.

Я должна попасть в библиотеку.

Я закрыла глаза, но под веками плясали красные круги. Все внутри