Клаудио - Джинджер Талбот

Она боится, вся как на иголках, в страхе ожидает моего следующего шага. Мне это так нравится, что я оттягиваю момент. Она — роскошный десерт, который я буду поглощать кусочек за кусочком, откусывая до тех пор, пока не поглощу ее волю, ее непокорность, ее душу, пока она не станет лишь пустым сосудом для удовлетворения моих потребностей.

Наконец-то заканчиваю переписку с подчиненными. Диего хочет, чтобы сегодня вечером я встретился с ним в одном из его ночных клубов. Один из вышибал пристает к официанткам, лапает их, говорит, что если они хотят сохранить работу, то должны быть с ним полюбезнее, и это совсем не прикольно. Диего попросил меня зайти и немного поболтать с ним. О, и он хочет, чтобы я захватил молоток.

Нахожу Хизер в гостиной, читающей книгу на диване. Когда вхожу, она откладывает книгу, и я киваю в ее сторону.

— Мне нужно идти на встречу. Вернусь поздно. Больше не выходи из дома.

Она шокировано смотрит на меня.

— Ты... уходишь в нашу брачную ночь?

— Я что, заикаюсь?

Она смотрит в пол, прикусив губу.

— Это ведь ненастоящий брак, правда?

Это меня злит.

— Не дави на меня, женщина. Он такой же реальный, как гребаный воздух, которым ты дышишь.

— Но ты уходишь, — она говорит так тихо, что я едва слышу.

Придвигаюсь к ней ближе.

— Вряд ли ты ведешь себя как новобрачная, которая хочет, чтобы ее муж остался.

— Ты едва меня терпишь, — в ее голосе звучит скрытое обвинение.

На самом деле это заставляет меня рассмеяться.

— Детка, если бы я тебя терпеть не мог, обещаю, ты бы об этом знала. Я ни к кому не отношусь так хорошо, как к тебе. Даже лучше.

— Тебе виднее, — похоже, она не особо впечатлена. Мне должно быть все равно, но это меня злит.

— Если хочешь, чтобы я остался здесь и был с тобой в твою брачную ночь, убеди меня.

Она упрямая малышка. Смотрит на меня с возмущением, кипящим в ее васильковых глазах.

— Если бы это был настоящий брак, мне бы не пришлось умолять. Если ты не хочешь быть со мной сегодня вечером, тебе и не придется.

Хватаю ее руку и кладу на свой твердый член. Она испуганно вдыхает. Отпускаю ее, и она отдергивает руку, как будто обожглась.

— Думаешь, я не хочу быть с тобой? А я считал тебя умной девушкой.

За это зарабатываю сердитый взгляд.

— Тебе не обязательно все время быть таким ублюдком.

Притягиваю ее к себе, обвиваю рукой тонкую талию.

— Вот тут ты ошибаешься. Это я. Твой муж. И это также причина, по который ты и твой брат живы. Пока что, — чувствую, как она напрягается от гнева, но не отпускаю ее.

— Хочешь узнать больше о своем муже? Вот кое-что. У меня есть потребности. И я хочу тебя так чертовски сильно, что у меня болит все тело. Но я никогда не принуждал женщин, это не мой конек. Так что если моя жена не хочет видеть меня в своей постели, я найду кого-нибудь другого.

— Какой же ты мудак! — она пытается вырваться, и я лишь крепче сжимаю, что она оказывается в ловушке. Мысль о том, что ко мне прикасается любая другая женщина, так же привлекательна, как французский поцелуй с дохлым скунсом. Но я не скажу ей об этом, потому что тогда она может не согласиться на то, что я хочу с ней сделать.

— Спасибо, детка, — ухмыляюсь я. — Я просто предупреждаю тебя, чтобы ты знала, на что соглашаешься. Мне нравится только один вариант. Когда все контролирую я. Мне нравится грубо, но обещаю, ты тоже получишь удовольствие.

Она прикусывает губу, и мой член готов взорваться в штанах.

— Останься со мной, — шепчет она тихим пристыженным голосом, — пожалуйста.

Упиваюсь триумфом. Я и не подозревал, как сильно мне необходимо было это услышать, как необходимо было, чтобы моя жена хотела меня так сильно, что умоляла об этом.

— Подожди здесь. Мне нужно позвонить.

Звоню Диего и сообщаю, что кое-что произошло.

Он удивлен. За все время, что мы знакомы, я ни разу не отменял встречу с ним. Я приходил на работу даже после того, как меня пырнули ножом, подстрелили, сбила машина.

Я должен сказать, что сделал то, о чем он просил: выбрал жену. Должен сказать, что женился на Хизер.

Но я этого не делаю. Пока что она — мой маленький грязный секрет. Я хочу держать ее при себе, и все то, что связано с ней. Даже не хочу, чтобы кто-то еще знал о ее существовании.

— Ладно, наслаждайся свободным вечером, — говорит он с легким недоумением, — может, это пойдет тебе на пользу.

Ты даже не представляешь.

— Спасибо, босс.

Иду в спальню, предвкушение распаляет моя кровь. Она сидит на краю кровати и с испуганным выражением лица смотрит на свисающие с рамы цепи.

— Мне нравится только один вариант, — холодно говорю, — и он подразумевает, что ты связана.

Она напрягается.

— Я могу справиться с болью. Но потеря контроля... я просто..., — она прикусывает губу и смотрит в пол.

— Это единственное, что меня возбуждает, — отвечаю я. — Выбор за тобой.

Вижу, что в ее голове идет борьба. Она хочет меня. Она боится. Но, в конце концов, кивает.

— Если это то, чего ты хочешь, я попробую, — ее голос дрожит, но она снимает блузку и бросает ее на пол. Указываю на гардеробную.

— Брось одежду в корзину для белья.

— Прости, — бормочет она, спеша повиноваться.

Еще нет. Но через несколько минут ты будешь прощена.

Мне нравится, что я так сильно ей нужен, что она преодолела свой страх. Я бы хотел сказать, что не заставлю ее пожалеть об этом, но это было бы ложью. Вот такой я. Единственное, что меня заводит, — это полный контроль над партнершей и доведение ее до предела. Если бы у меня было сердце, я бы пожалел Хизер, что она замужем за мной.

Укладываю ее лицом вниз на кровать и надеваю наручники на руки и ноги. Ее глаза расширены от страха, когда она поворачивает голову в сторону, пытаясь вернуть себе хотя бы немного контроля, видя, что я собираюсь с ней сделать.

О, нет, этого не будет. Достаю из ящика комода повязку и паддл (Прим: — инструмент, представляющий собой вытянутую ударную пластину с рукояткой).

— Я должна видеть! — кричит она, дергаясь в своих путах. Я замираю и жду.

— Хорошо, — она смотрит на паддл и застывает от страха, но она скорее позволит мне сделать все, что я