Сказки для взрослых девочек. Мандариновые истории - Александра Черчень

– Вот и умница, – довольно усмехнулся этот тиран и деспот. Мы сели, и Дан притянул меня к себе, все еще не отпуская ладонь. – Итак… на чем мы остановились?

– На “давно”.

Я присмирела. Сидеть рядом с большим, теплым и властным мужчиной мне нравилось – в этом было что-то новое и очень… волнительное.

– С младших классов, собственно, – немного подумав, ответил Дан. – Меня же перевели в вашу школу в середине года. И вот иду я такой по коридору, погруженный в себя, ведь боязно и все такое, и не замечаю, как сбиваю кого-то. Это оказывается маленькая, смуглая и черноволосая девчонка. Наверное, сразу и влюбился. Стою, смотрю на тебя и ничего сказать не могу. Ты вскочила, треснула меня портфелем и, обозвав, скрылась в толпе. А я все еще обмирал. Вот и не верь после этого, что можно влюбиться с первого взгляда.

– Что? – я потрясенно выдохнула, тоже вспоминая первую встречу. – А мне ты тогда показался очень высокомерным. Сбил с ног, да еще и стоит, пялится с такой противной рожей, словно это я еще и виновата!

– Ну вот теперь ты знаешь, почему так было, – тихо рассмеялся гад и нежно поцеловал меня в висок. – А дальше… дальше ты на меня уже обиделась, и никакой возможности подружиться с настолько понравившейся девочкой уже не было. И как-то само собой получилось стать врагом.

– Угу… с толком, смаком, расстановкой и удовольствием от процесса.

– Не без того, – согласился Данил. – Ты оказалась девочкой с выдумкой и фантазией – это было весело.

– Кстати… влюбленный. Если такой уж влюбленный, то почему… девочки все эти и пантерки?

– Потому что я не знал, с какой стороны к тебе подойти? – вопросом на вопрос ответил Дан. – Мне кажется, в курсе истинного моего к тебе отношения были совершенно все, кроме тебя. У меня даже беседа с твоим отцом случилась еще в старших классах! Когда мне пообещали, если обижу в определенном смысле, оторвать все, что делает меня мужчиной.

– ЧТО?! – окончательно опешила я. – И родители знали?

– Да.

Краткость – сестра таланта.

– И Виталик с Димкой?

– Да.

Определенно сестра.

– А на вопрос ты так и не ответил! Пантерки! Которые терпеть меня не могли.

Он посмотрел на меня, как на полную дурочку, а после подвел к большому настенному зеркалу и сказал:

– Ассоциаций не навевает?

Я стояла и смотрела. На свою смуглую кожу, длинные и тяжелые черные волосы, кошачий разрез глаз и стройную, спортивную фигуру.

– Блин…

– Блин, – согласился он. – Представь себе мою радость, когда я осознал, что лишь тебя заменяю? А ведь сначала я и правда всерьез считал, что избавился от наваждения, и ты уже не занимаешь все мои мысли и фантазии. А потом… а потом бурный секс с очередной пантеркой и не менее бурный скандал после за чужое имя в постели. И угадай какое?

– Зара… – шепнула я, все еще глядя в зеркало, но уже на него.

– Да, – медленно ответил Дан и, наклонившись к моему уху, протянул возбуждающе хриплым голосом: – За-а-а-ар-р-р-ра…

У меня мурашки прошлись по коже, а дыхание перехватило. Он понимающе усмехнулся и снова меня обнял, продолжая рассказывать.

– А дальше был институт. И мне некоторое время пришлось смотреть, как к тебе липнут всякие подозрительные личности. И я даже некоторое время пытался с этим мириться. Правда пытался! Аж дня три…

– А потом? – поинтересовалась я, уже начиная догадываться, что услышу.

– А потом я пьяный иду к себе в общагу, а там стоит твой новый мудила и хвастается, что еще чуть-чуть, и он трахнет главную недотрогу курса.

– Можешь не продолжать, – я прекрасно помнила, как один из моих кратковременных парней попал в больницу с переломом руки.

– Ну, раз уж начал… – Данил провел ладонью по моим волосам. – Знаешь, наверное, мне должно быть стыдно. Ладно, если тебе будет от этого легче, – мне стыдно! Но как же мне охеренно хорошо, что я так никого к тебе и не подпустил.

– Сам трусил со мной говорить, а вот бить всех, так мы мастера, – недовольно буркнула я.

– Я не всех бил, – возразил Дан. – Тот просто выбесил. Он известный козлина был, много девчонок обидел, так что, поверь, свое наказание заслужил. В основном я с мужиками говорил. Спустя пару бесед даже самые наглые и стойкие убеждались в том, что тебя лучше оставить в покое и ни в коем случае не рассказывать о причинах.

– Слушай, получается, тот мой парень с “Я не люблю людей” – это тоже твоих рук дело?

– Ну-у-у-у…

Ага, все понятно.

– Ну ты и сволочь!!!

– Гад, – послушно согласился Данил. – Не спорю, соглашаюсь.

А-а-а-а-а, ну как с ним скандалить с таким-то подходом?!

– А сейчас что случилось? С чего вдруг решился?

– Подумал и осознал, что хочу, чтобы ты была со мной. Я много думал, Зарка. Я хочу не просто встречаться… я больше хочу. Дольше. Серьезнее. А потому осознал, что пора заканчивать это дело и начинать тебя добиваться. Вот и… вот.

Он развел руками.

– Что “вот”? Родителей тоже ты подговорил?

– Ага.

– Ну, мама… – пробормотала я, вспоминая тот самый многозначительный перекос смайла.

– Хотя я, конечно, не так все хотел. Красиво объясниться, цветы подарить, осторожно поцеловать… а потом ты упала в мои руки, и все. Голову отключило с ходу и надолго.

– Да я заметила! – я невольно коснулась все еще припухших и чуть ноющих губ.

– Ну что, Зара…? – он снова приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Ты дашь мне шанс?

– А если нет? – любопытства ради осведомилась я.

– А так может быть? – тихо рассмеялся Данил, хотя я видела тлеющую на дне глаз тревогу. – Если не дашь, то, боюсь, я буду очень наглым и настырным. Ты не представляешь, что я могу творить на пути к цели. Особенно, если эта цель сама хочет ко мне.

– Ладно, я подумаю, – капризно заявила я в ответ, стараясь приглушить прорастающий в душе росток искристой радости и осознания, что я тоже давно и безнадежно люблю этого мерзавца.

– Думай, – выдохнул он мне в губы и поцеловал.

Спустя минуту, когда мы оторвались друг от друга, и я чуть-чуть отдышалась, то спросила:

– Ты же сказал, что не будешь меня целовать!

– А я обманул, – дьявольски усмехнулся Данил и снова потянулся к моим губам. – Я люблю тебя, Зараза моя. Помни про это. Всегда помни, хорошо?

– Хорошо, – совершенно глупо и счастливо улыбаясь, проговорила я и полюбопытствовала: – А