Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада - Алиса Князева

— Может тогда не поэтому?

Малкин пожимает плечами и тоже припадает к двери ухом. С его появлением тут вообще не развернуться.

Мы стоим в тесной кладовке, два беглеца, прячущиеся от дракона. Когда выберусь отсюда, надо будет сочинить анекдот с таким началом. Ситуация настолько абсурдна, что я почти готова рассмеяться, если бы не было так страшно.

— Что ж, — говорю я, стараясь собраться с мыслями, — раз уж мы здесь встретились, может, обсудим наше дело?

— В кладовке? — возмущённо шепчет Малкин. — Я не привык решать важные финансовые вопросы со швабрами и вёдрами.

Среди швабр? Да тебе за такое можно ведро на голову надеть. И постучать как следует!

Ладно, это я от нервов и усталости. Вряд ли Малкин что-то такое имел в виду. Может уже я придираюсь.

— У вас есть выбор? — спрашиваю я, доставая из кармана долговую расписку. — Потому что у меня есть кое-что, что может заинтересовать вас больше, чем комфортные условия для переговоров.

Его взгляд фокусируется на бумаге в моей руке.

— Что это?

— Ваша расписка барону Велмонту, — я позволяю ему мельком увидеть подпись и печать. — Двести золотых под залог западного крыла вашего поместья.

Малкин бледнеет даже в полумраке кладовки.

— Откуда у вас…

— Неважно, — перебиваю его. — Важно то, что я готова считать ваш долг погашенным.

Малкин нервно облизывает губы, его глаза бегают по тесной кладовке, словно ищут выход из ситуации.

— Но как… как мы оформим документы здесь? — шепчет он, указывая на швабры. — Нотариус на третьем этаже, а Тарос, вероятно, патрулирует весь холл.

— Нам не нужен нотариус прямо сейчас, — говорю я, стараясь звучать увереннее, чем чувствую себя. — Достаточно вашей подписи на предварительном соглашении. Остальное можно уладить позже, когда ситуация успокоится.

— А если Тарос узнает…

— Он, возможно, уже знает о наших планах, — прерываю я его. — Вопрос лишь в том, успеем ли мы их реализовать, прежде чем он доберётся до нас!

Малкин пристально смотрит мне в глаза.

— Соглашайтесь. Обстоятельства требуют решительности, — добиваю я, не отводя взгляд. — Мы можем подписать бумаги и разойтись, пока Тарос не обнаружил нас.

Я достаю из кармана сложенный лист бумаги — предварительный договор, который я успела составить ещё в доме барона под его руководством. Не идеальный, но достаточный для начала.

Малкин колеблется. Тоже понимает, что сделка на эмоциях — почти наверняка с подвохом. На то и расчёт. Вопрос в том, клюнет ли он.

Глава 15

Честно говоря, я до последнего не верила, что это правда может сработать. Но оно сработало. Возможно, причина в страхе перед Таросом, а может дело в чём-то ещё. Какая бы причина ни стояла за его решением, она оказалась сильнее сомнений.

— У вас есть чем писать? — спрашивает он наконец.

Я с облегчением выдыхаю и достаю небольшое перо и крошечную чернильницу, которые отец предусмотрительно заставил меня взять с собой.

— Мне нужно прочитать, — бормочет он, беря документ.

— Конечно, только быстрее, — шепчу я, прислушиваясь к звукам за дверью. — В любой момент кто-то может войти.

Малкин быстро пробегает глазами текст, хмурится на некоторых пунктах, но, кажется, не находит ничего слишком подозрительного.

— Имя подставного лица? — спрашивает он, указывая на пустую строку.

— Впишем позже, — отвечаю. — Сейчас важно ваше согласие на передачу права собственности.

Он кивает и тянется за пером, но в этот момент мы слышим шаги, приближающиеся к двери кладовки. Я замираю, Малкин тоже. Его рука с пером застывает над бумагой.

Шаги прямо у двери. Мы оба задерживаем дыхание, потому что безошибочно узнаём приглушённый дверным полотном голос Тароса. Моё сердце готово выпрыгнуть из груди. Сейчас дверь откроется, и нас обнаружат. Всё будет кончено.

Но шаги внезапно удаляются.

— Подписывайте, — шиплю я, как только звуки стихают. — Немедленно!

Малкин больше не колеблется. Он быстро макает перо в чернила и ставит свою подпись в нужном месте, затем отдаёт мне документ и перо.

— Что теперь? — спрашивает он, нервно вытирая руки о штаны.

Я складываю бумагу и прячу во внутренний карман.

— Теперь нам нужно выбраться отсюда по одному, — говорю. — Вы выйдете первым. Если путь свободен, оставьте дверь приоткрытой. Если Тарос рядом, закройте её полностью.

Малкин кивает, явно довольный перспективой покинуть эту кладовку.

— А что насчёт долговой расписки от вашего отца? — спрашивает он, уже взявшись за ручку двери.

— Получите её, когда документы будут официально оформлены у нотариуса, — отвечаю твёрдо. — Считайте это моей страховкой.

Он недоволен, но не спорит. Осторожно приоткрывает дверь, выглядывает и, видимо, не заметив опасности, выскальзывает наружу, оставляя дверь слегка приоткрытой, как мы договорились.

Я считаю до тридцати, прислушиваясь к звукам снаружи, затем медленно выглядываю сама. Холл по-прежнему полон людей, но золотой макушки Тароса среди них не видно. Возможно, он поднялся на верхние этажи?

Не теряя времени, я выскальзываю из кладовки и быстро направляюсь к выходу, стараясь не привлекать к себе внимания. Сердце бешено колотится, спина напряжена в ожидании окрика или тяжёлой руки на плече.

Но я добираюсь до дверей беспрепятственно, спускаюсь по ступеням и практически бегом направляюсь к переулку, где должен ждать отец Элианы.

Экипаж действительно там, и барон выглядит удивлённым, когда я забираюсь внутрь.

— Уже? — спрашивает он. — Так быстро?

— Тарос там, — выдыхаю я. — Ищет меня. Но я успела получить подпись Малкина.

Я показываю ему документ, и его брови удивлённо поднимаются.

— В таких обстоятельствах? Впечатляет, — он стучит по крыше экипажа, давая сигнал кучеру трогаться. — Куда теперь?

— К нотариусу, — говорю уверенно. — Но не к тому, что в мэрии. К другому, частному. У вас должны есть такие знакомые?

Барон изучает меня с новым интересом.

— Есть один, в южной части города. Он не задаёт лишних вопросов, если цена правильная.

— Отлично, — я прижимаю руку к груди, чувствуя, как под пальцами шуршит бумага с подписью Малкина. Моя страховка. Шанс на свободу.

Экипаж трогается, увозя нас прочь от мэрии, и я позволяю себе короткий момент торжества. Это ещё не победа, но первый серьёзный шаг к ней.