Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада - Алиса Князева

Сия молча стоит рядом, и когда её взгляд смещается на цель нашего путешествия, её лицо выражает такое же потрясение, как и моё.

— Так это… то самое поместье? — тихо спрашивает она.

Я лишь киваю, не в силах отвести взгляд от гнетущей картины разрушения. Получить эти руину даже бесплатно — и то дорого. Здесь нужен капитальный ремонт, огромные вложения и месяцы, если не годы, работы, чтобы сделать это место пригодным для жизни.

— Что будем делать, миледи? — Сия смотрит на меня, и в её глазах читается ожидание решения, какой-то надежды.

Я глубоко вздыхаю, собираясь с мыслями. Воздух пахнет сыростью, гниением и забвением. Разочарование велико и горько, как полынь на языке. Но альтернатив у меня нет. Вернуться в город, где Тарос может найти меня в любой момент? Искать другое убежище без денег и связей?

— Будем обустраиваться, — отвечаю я твёрдо, и в голосе слышны стальные нотки. — Для начала осмотрим дом и найдём хотя бы одну комнату, где можно переночевать, не боясь, что крыша рухнет на голову.

Сия молча кивает, и мы вместе, сбивая подолы о колючий бурьян, направляемся к дому по едва заметной заросшей тропинке. Кучер уже развернул экипаж и поспешил слинять, явно не горя желанием сопровождать нас в этих мрачных руинах.

Тоже мне, джентльмен.

Но и без этого уже понимаю — меня обманули. Поместье в таком состоянии, что я не могла представить в самых страшных своих фантазиях. Но выбора нет, теперь это — моя реальность. И единственный шанс на независимость в этом странном мире. И я должна сделать всё, чтобы превратить руины в дом.

И, стараясь не обращать внимания на угрожающий скрип гнилых досок под ногами, я решительно шагаю в зияющую темноту входного проёма.

Глава 17

Входная дверь поместья с душераздирающим скрипом отворяется, заставляя меня вздрогнуть. Мы с Сией молча переглядываемся и, словно по команде, делаем робкий шаг вперёд, за грань привычного мира.

Нас окутывает тяжёлый, густой воздух, пахнущий плесенью, сыростью и годами забвения. Холл, когда-то, должно быть, роскошный, являет собой печальное зрелище: потрескавшийся мраморный пол под толстым ковром пыли, облупившаяся позолота на лепнине, паутина, свисающая с углов потолка словно траурный тюль.

— Осторожнее, — бросаю я Сие, когда та чуть не ступает на прогнившую доску, краешек которой обваливается. — Пол может быть ненадёжным.

Мы медленно продвигаемся вглубь, и картина становится всё более удручающей. В гостиной сохраняется часть мебели, но её первоначальный цвет угадывается с трудом под многовековым слоем пыли. Окна затянуты паутиной, сквозь разбитые стёкла проникают лучи солнца, в которых кружатся мириады пылинок.

— Хотя бы камин цел, — замечаю я, тщетно пытаясь найти что-то положительное.

Мы поднимаемся на второй этаж по лестнице, которая угрожающе скрипит и прогибается под нашим весом. Здесь ситуация ещё хуже. В западном крыле — том самом, что принадлежало «отцу», — крыша частично обвалилась, обнажив балки и оставив комнаты на милость стихий. Стены покрывают разводы плесени, а в некоторых местах зияют провалы, источающие запах гнили и тлена.

— Это… ужасно, — Сия замирает на пороге одной из комнат, прижимая ладонь ко рту. — Здесь невозможно жить.

Я киваю, соглашаясь, но странным образом не чувствую ни отчаяния, ни разочарования. Вместо этого во мне растёт азарт, словно вид руин пробуждает во мне дремавшую жажду превратить их во что-то прекрасное.

— Да, дом требует серьёзного ремонта, — говорю я, аккуратно обходя очередную дыру в полу. — Но не всё так плохо. Структура здания ещё крепка, а главное — это теперь наше. Наш дом, Сия.

Она смотрит на меня с недоумением, явно не разделяя моего оптимизма.

— Миледи, здесь нельзя оставаться. Даже на одну ночь. Крыша может обрушиться в любой момент.

— Согласна, в этом крыле точно оставаться нельзя, — указываю я на восточную часть дома. — Давай проверим те комнаты.

Крыло сохранилось лучше, но всё равно требует серьёзного ремонта. По крайней мере, крыша здесь цела, а окна, хоть и грязные, но без трещин. Мы находим спальню, где мебель покрыта толстым слоем пыли, но кажется относительно целой.

— Если хорошенько вычистить и проветрить, можно было бы здесь переночевать, — рассуждаю я вслух.

— Миледи, вы не можете спать в таких условиях! — возмущается Сия.

— Я спала и в худших, — отвечаю я, на мгновение вспоминая свои студенческие походы.

Мы заканчиваем осмотр дома, и я понимаю, что, несмотря на ужасное состояние, здесь есть потенциал. Просторно, архитектура красива, и, главное, это далеко от Тароса и его ищеек.

— Давай проверим территорию, — предлагаю я, и мы выходим наружу.

Яркое солнце после полумрака дома на мгновение ослепляет. Я с удовольствием вдыхаю свежий воздух, наполненный ароматами травы и цветов.

— Куда сначала? — спрашивает Сия, всё ещё выглядящая подавленной.

— Пройдёмся вокруг, — предлагаю я, ощущая странный прилив энергии. — Посмотрим, что ещё здесь есть.

Мы обходим дом, отмечая разрушенные хозяйственные постройки, заросший пруд, полуразвалившуюся беседку. Но когда мы заходим за угол я неожиданно обнаруживаю старый яблоневый сад. В отличие от остального поместья, деревья выглядят ухоженными и здоровыми, их ветви гнутся под тяжестью созревающих плодов.

— Смотри! — показываю я Сие на деревья. — Яблоки! И их много!

Сия удивлённо рассматривает сад.

— Странно… Похоже, кто-то ухаживал за ними.

Я подхожу ближе. Действительно, земля вокруг них взрыхлена, трава скошена, а сами деревья аккуратно подрезаны.

— Может, местные жители заботились о саде? — предполагаю я. — Яблоки скоро созреют. Это ресурс.

Я продолжаю исследовать посадки, чувствуя, как с каждым шагом моё настроение улучшается. Сия идёт за мной, и её лицо постепенно смягчается, когда она видит мой энтузиазм.

— Интересно, есть ли здесь ещё что-нибудь полезное, — продвигаюсь я дальше.

И как будто в ответ на мои слова, за последним рядом яблонь открывается то, на что я втайне надеялась: небольшой домик, вероятно, когда-то служивший жилищем для садовника.

В отличие от основного здания, этот домик выглядит гораздо целее. Его кирпичные стены крепки, крыша кажется целой, а окна, хоть и грязные, но не разбитые.

— Вот это да! — я не скрываю радости. — Идём, посмотрим, что внутри.

Мы приближаемся к домику, и я с нетерпением открываю дверь. Внутри нас ждёт