Говорящая с драконом - Екатерина Антонова

На балу в Академии я знал, что она будет со мной. А сейчас я не уверен… и это безумно злит меня.

Выскочка осторожно потянула свою руку…

Но тут…

— ЛИНА! ЭЛИНА! — раздался громкий визг, мы все поморщились и резко развернулись.

К нам приближалась принцесса Кацияма, окруженная толпой охраняющих её мечников.

— Принцесса, — поклонился Рейн.

— Кацияма! — Лина было рванула к своей подружке, но оступилась и полетела своим очаровательным носиком в пол.

Вот мой шанс! Подхватил и закружил свою леди. Взгляд упал на архимага Ньяра, который в этот момент мне подмигнул.

— Отпусти, — зарделась Лина, — Рино!

— Не хочу, — шепнул ей на ушко, — ты лёгкая, выскочка.

— Высочество! — процедила она, но я вдруг ощутил навязчивый порыв сотворить что-то безумное.

И сделал…

Впился в губы самой желанной девушки.

— Ммм! — она попыталась меня оттолкнуть, но не смогла.

Лина нравится мне любой: покорной, строптивой. Такой вот смущенной.

— Что ты творишь?! — прорычала моя выскочка, отталкивая меня.

Я отпустил её и тут же словил сочную пощечину. Но эти её эмоции… боги, они прекрасны!

— Это было феерично, — ухмыльнулся Рейн Кроу, — принц предъявил права на наследницу Клариссы Боумен?

— Уйди с дороги, — довольно ухмыльнулся я, наслаждаясь остаточным вкусом губ моей выскочки, — не позорься.

— Битву я, может, и проиграл, — усмехнулся Кроу, — но в ведении войны мне нет равных.

Пока Элина со слезами на глазах обнимала Кацияму, ко мне подошел Гальви Кросс. Признаться, я изрядно по нему соскучился.

— Как ты выбрался? — спросил безо всяких сантиментов и лишних эмоций.

— Кацияма помогла. Майнд не могла больше держать принцессу Ункай в плену. Пришлось отпустить, как только её отец наведался в Валамейн.

— Ясно. Насколько всё плохо?

— Не так, как может быть. Основной удар големов пришелся на южные рудники.

Сердце сильно забилось. Южные рудники — это ряд деревень, где добывается черная руда и обсидиан. И там живут родители Лины.

— Демоны, — процедил я, — остались целые деревни?

Кросс пожал плечами.

— Говорят, да.

— Где Бейри?

— Он остался с Корк. Лу не хотели выпускать, хотя его родители настаивали. Любовь, что поделаешь.

Мой взгляд постоянно лип к Элине. Она так звонко смеялась, радовалась прибытию друзей!

А я могу лишь смотреть на неё издалека. Потому что сам всё испортил.

— А ты как? Твой отец…

— Знаю. Он под влиянием пси-магии, — вздохнул я, — но пока мы не можем наступать.

— Да. Здесь, у Ньяра, пока безопасно. Говорят, генерал вызвал своих военачальников. Преданные Кроу армии уже на подлете. По дороге уничтожают этих мерзких големов.

— Мы тоже должны сражаться, — произнес я, затем взял с пролетающего мимо подноса бокал с чем-то пузырящимся и желтым.

— И будем! За тебя, Рино! И за Алриаду! — заявил мой друг.

А я снова взглянул на прекрасную девушку в красном платье. И понял лишь одно: я буду сражаться за неё.

Глава 18

Элина

Наглый, высокомерный принц! Как он посмел лезть целоваться после всего, что случилось?

После всего, что наговорил и как себя вёл?

Но губы до сих пор покалывает от настойчивого поцелуя.

Увидев принцессу Кацияму, я чуть не упала в обморок от волнения. Запуталась в юбках и рухнула прямо в руки Рино. Что поделаешь, не привыкла простая крестьянка к этим платьям и туфлям.

Мне гораздо ближе кожаный доспех и стоптанные сапоги.

— Вы ладите? — спросила принцесса, когда мы мирно прогуливались по бальному залу, — с Рино?

— Он сказал, что я мешаю ему думать о королевстве, а потом начал ревновать к генералу, — фыркнула я, — его вообще сложно понять.

— Рино такой. Всю жизнь его воспитывали наследником. А тут чувства вскружили голову. Я понимаю его отчасти. Он впервые влюбился и не может это контролировать. А его учили быть собранным в любой ситуации, — вздохнула она, — но почему он тебе это сказал?

Кацияма великолепно смотрелась в розовом кимоно, с изящным, украшенным золотом, веером в длинных пальцах. Её прямые чёрные волосы струились по спине, словно водопад.

— Это у него нужно спросить, — вздохнула, — ты лучше расскажи, как выбралась! И как остальные? Где они?

Лицо принцессы вдруг омрачила грусть. Я почувствовала острый укол в районе сердца. Значит, мои друзья всё еще там? В плену?

— Отец выразил недоверие письмом, — произнесла девушка, — и его Величество приказал Майнд отступить. Мы все были очень подавлены, Лина.

— Как Лу? А Сирна, Крона?

— Сирну вызволила мать. Но я слышала, что дракона взять ей запретили.

— Боги! Это так жестоко… — от воспоминаний, как моя соседка обожала своего ящера, сердце сжалось, — а остальные?

— Многие влиятельные семьи договорились с Верховным магом, — вздохнула принцесса, — лишь бы быть на стороне силы. Как я поняла, леди Сирна теперь в плену в собственном доме. Лу Корк осталась, родители ей даже не написали, а Бэйри наотрез отказался покидать её.

После слов принцессы я вдруг зауважала Рэка Бейри. Остался с моей кудряшкой.

Я не успела спросить про Крону и Малдреда, как грянула громкая музыка. Сейчас она казалась мне неуместной. После того, что я узнала. И вообще весь этот бал! Кусая губы, жалась к стене, чтобы как следует обдумать слова Кациямы.

Душа тянулась в Академию. А сердце разрывалось от любви к Рино. Что мне делать?

— Потанцуем, прекрасная леди? — передо мной возник Рейн Кроу.

Генерал надел камзол из чёрного бархата со стоячим воротником и золотыми пуговицами. Волосы мужчины были аккуратно зачесаны и собраны в хвост чёрной бархатной лентой.

На ногах тёмно-синие брюки и чёрные высокие сапоги.

Он смотрелся сдержанно, но при этом богато. Я потупилась.

— Не уверена, что считаю это уместным, генерал, — заглянула ему в глаза и увидела там усмешку.

— Порадуешь меня, Лина? — его бархатный голос проникал прямо под кожу, не позволяя мне отказаться от танца.

Что там по этикету? А, плевать! Вложила руку в его ладонь, и мы вышли в середину зала к танцующим.

Ладонь Рейна уверенно легла на мою талию, мужчина приобнял меня. Достаточно крепко, чтобы показать серьезность намерений.

Но при том, что я достаточно плотно прижималась к телу Рейна, он ни жестом, ни словом не смущал меня.

Музыка закружила нас в танце. Генерал вёл уверенно, словно до меня делал это уже с сотней другой партнерш. И эта мысль вызвала неприятное чувство в животе. Или это сдавленный корсетом желудок?

— Что тебя беспокоит? — он сразу перешел к сути, безо всяких лживых предисловий.

Сразу видно, что наездник. Этим Рейн располагает меня к себе.

— Всё то же, генерал, — мы следовали в ритме других пар, Кроу вёл безупречно.