Мой бывший. Mi Ex - Яна Ланская

— Километров четыреста, — слышу, как приговор.

Я думала, там всё в пределах часа езды. Четыреста…

Глеб зовёт после работы в ресторан. Я уже поняла, что в поездке, скорее всего, с Родриго я не пересекусь. Морок с меня снова сошёл, и я окрылённая иду пешком с работы до ресторана. Обожаю начало июня. Москва уже изрядно опустела, дети разъехались, у людей начался сезон отпусков, траффика почти нет, и начинается какая-то совсем другая пора. Из открытых веранд доносится музыка и смех, город утопает в цветах и цветении, все красивые, счастливые. Закаты потрясающие. Что может быть лучше?

К моему разочарованию весь ужин мы проводим в телефонах, изредка переговариваясь, обсуждая блюда, а дома его обещания так и остаются невыполненными. И это накануне моего отъезда. Я ждала особенный вечер, а получила абсолютно типичный. Сегодня я уже не требую и не прошу, это слишком унизительно. Слишком бьёт по самооценке.

Я ухожу спать и, успокоившись, скролю ссылки сквозь слёзы обиды в поисках вина. Любимого вина нашего президента, чтобы выполнить уже своё обещание, данное Родриго восемь лет назад.

Я что-нибудь придумаю, но сделаю презент и проведу с ним выходные. Иначе никогда себе не прощу и до конца жизни буду задавать себе вопрос: «А что если?»

14-Ma chérie

Ma chérie Naïka

Я была настолько загружена своими мыслями и самокопанием, что забыла, что надо собрать чемодан. И поставила будильник только с запасом на душ и заезд в энотеку за вином.

А когда проснулась и начала думать, в чём полететь, поняла свою оплошность. Не постирала, не погладила, не отнесла нужные вещи в химчистку, ничего. Катастрофа.

Благо во всех городах, где мы остановимся, уже стоит жара, а летние вещи я не носила, некоторые так вообще висят с бирками. Собираю себе пять рабочих образов, пять вечерних и кидаю на всякий случай несколько запасных вещей.

— Бусь, у меня проблема, бусь, — бужу Глеба, хотя собиралась доехать на такси, — бусь, я не собрала чемодан и уже дико опаздываю. Довези меня, пожалуйста.

Глеб просто обожает такие ситуации и сразу же вскакивает. Он, в отличие от меня, не забыл, что мне надо собраться в дорогу, и помыл мне ночью кеды и сумки. Натёр всё бальзамом, чем приятно меня удивил.

— Документы взяла? Очки? Наушники? Зарядки? Возьми мою карту Сосьете Женераль, вдруг захочешь что-то купить. И наличные я тебе ночью снял и обменял.

— Что бы без тебя делала? — Проверяю всё в последний раз и тянусь к Глебу, чтобы обнять.

Обычно я всё помню и контролирую его, чтобы ничего не забыть, но последнее время я сама не своя.

Прошу заехать его в винный бутик, говорю, что папа попросил. По счастливому стечению обстоятельств, в год нашего романа с Родриго был очень хороший урожай, и он считается винтажом. Найти его было трудно, но я нашла.

Забота Глеба утром опять меня вразумила, и я уже считаю не лучшей идеей встречаться с Родриго, но я в любом случае могу просто передать посылку.

Всю дорогу до Домодедово навигатор показывает бордовую пробку на подъезде к аэропорту, и я нервничаю. Папа постоянно звонит, потому что стоит в ней с водителем, и заверяет меня, что я точно опоздаю.

Но, видимо, кто-то очень хочет, чтобы я оказалась во Франции, и пробка рассасывается аккурат к нашему прибытию.

Там была страшная авария, и когда мы проезжаем мимо, я вижу два чёрных мешка. Настроение сразу ухудшается.

Эти люди тоже сегодня, ни о чем не подозревая, ехали по своим делам, но им было не суждено доехать.

— Всё, пиши папе, что будем через пять минут. Успеваем же? — Глеб поворачивает голову, потому что не получает ответа, — ты что плачешь? Что опять?

— Из-за аварии, — всхлипываю, — жаль их родных.

— Тонь, сколько в день гибнет на дорогах и вообще? По каждому слёзы лить будешь?

— Но я видела мешки…

— Мда…

В этом мы с Глебом совершенно не сходимся. Ему как будто вообще нет дела до других. Конечно, это не так критично, но в такие моменты хочется поддержки. И от досады маятник снова покачивается.

Глеб паркуется и идёт меня провожать. Передаёт в руки папе и только потом прощается.

— Давай, моя хорошая, пиши, как приземлитесь. Я буду очень скучать по тебе!

— Хорошо, напишу и из Стамбула, и из Нанта. Вечером позвоню.

Глеб прижимает меня крепко и целует в висок.

— Не скучай! Скоро уже вернёшься, — выпускает меня из объятий Глеб и опять целует на прощание.

Я как-то спешно его выпроваживаю и подбегаю к папе. Скучать я не собиралась…

— Пап, подожди, мне надо бутылку вина в чемодан запихнуть. У тебя нет этого кейса случайно?

— Есть. Но он забит под отказ. Таможить надо. А что у тебя за вино?

— Усадьба Дивноморское. Магнум миллезима.

— Достойный экземпляр, а зачем оно тебе?

— Другу подарю. Обещала ему любимое вино ВВП ещё восемь лет назад, — смеюсь.

— Какому такому другу? — Папа с подозрением на меня смотрит на подходе к окну регистрации.

— Из Венесуэлы, — говорю тише, — наш друг с Элешей живёт в Сансере.

— Тонь, — папа останавливается и поворачивает на меня голову, — только не говори, что этот тот друг, который меня на таможне разорил своими подарками, — папа кивает мне на запястье.

Я лишь виновато улыбаюсь, подхватываю чемодан и подхожу к улыбающейся девушке.

— Ох, — обречённо вздыхает папа, — и что мне с вами делать? — произносит в пустоту.

*********

Когда я наконец захожу в номер, я не верю сама себе. День был просто сумасшедшим. Чуть не опоздала на рейс. На пересадке в Стамбуле я опять чуть не опоздала, потому что зависла в турецком дьюти-фри.

У меня было два часа, и я думала, что времени вагон, пока не услышала собственное имя в громкоговоритель. А с турецким акцентом оно так странно звучит, что я врубилась только со второго раза.

Да и девять часов в небе дают о себе знать. От отёков тянет всё тело. Единственное, что сейчас хочется, это принять душ и спать, но у нас программа.

Поэтому придётся принять душ, привести себя в порядок и отрабатывать.

К концу вечера становится понятно, что никаких поездок по замкам Луары у нас с папой не будет. Пришлось отменить экскурсию в Шато Бретань завтра. И в Шенонсо мы тоже не заедем, потому что у папы вдруг оказалось огромное количество встреч и переговоров.

Все выходные проходят очень продуктивно и одновременно очень выматывающе. Завтраки, обеды, ужины обязательно с