Хранитель талисманов - Юлия Викторовна Давыдова

Таркор рванул Никиту на себя, закрываясь им, словно щитом. По шерсти волков пробежал синий огонь, они оторвались передними лапами от земли и… встали! Плечи распрямились. Уже человеческие фигуры осторожно двинулись вкруговую, заходя с двух сторон. Свет фар, бьющий в спины, мешал разглядеть их лица. Один из них зарычал:

— Таркор!

Черноглазый оскалил клыки в улыбке. Одной рукой он крепко прижимал к себе Велехова, а пальцы второй руки упирал ему в шею, проткнув кожу и мышцы длинными когтями.

— Щенки, вы оба, — улыбнулся Таркор. — Рилевичу следовало прислать кого-нибудь постарше.

Один оборотень отступил на шаг:

— Можешь идти. Отпускаем.

— Да что ты? — засмеялся Таркор. — Ты, щенок, меня отпускаешь. Хотя…

Никита понял по последнему слову, что повода отпустить его черноглазый не даст. И оборотни тоже догадались!

Они ринулись одновременно, в воздухе превращаясь в пятна синего пламени, а Таркор, как игрушку отшвырнул от себя человека весом девяносто килограммов и встретил первого волка ударом в грудь, отбрасывая в сторону. От второго увернулся и обрушил ребро ладони на его спину.

Удар затылком о дерево и резкая боль подавили сознание Никиты. Шум схватки ещё слышался, и три фигуры двигались в тёмной дымке, но на какое-то мгновение всё исчезло совсем…

Когда Велехов наконец открыл глаза, то увидел только знакомые черты наклонившегося над ним человека, а вокруг было тихо.

— Иван… — еле выговорил Никита.

Рилевский выдохнул с облегчением:

— Потом скажешь, молчи пока.

Иван приподнял племянника и помог ему сесть. Рир был рядом на корточках, и Велехов удивлённо оглядел его. Лицо парня облепили длинные чёрные волосы, в глазах коричневую радужную оболочку обрамлял золотой контур. На теле рельефно прорисовались мышцы, когти на пальцах рук и ног прямо на глазах уменьшались, теряя звериную остроту и цвет. Похоже, человеческий облик ещё возвращался.

Одежда на теле была. Та самая, едва заметная. Будто тонкая сетка плотно прилегла полосами по телу. На голых плечах и груди виднелись цепочки чуть посвечивающих серебром символов.

С другой стороны так же присел на корточки Димка. Несмотря на длинные волосы и крепкое тело, черты его лица остались изящными, как и были, и глаза выразительными. Только выражение в них стало другим. Серьёзным, тяжёлым, совсем не таким, какое помнил Никита.

Велехов так и смотрел на всех молча, пока Иван не поднял его на ноги.

— Глянь на меня, — требовательно сказал Рилевский. — Что-нибудь необычное чувствуешь?

Никита усмехнулся онемевшими губами:

— Необычное? Да. Так били, а я стою.

Но Иван не обратил внимания на насмешливый тон, взял племянника за локоть, прощупал руку в том месте, где расположилось лезвие, и, убедившись, что оно действительно лежит под кожей, выдохнул:

— Надо же…

— Ты-то как раз удивляться не должен, — нахмурился Велехов, — это мне положено спросить, как такое возможно.

— Спросишь, — кивнул Иван. — Поехали, всё по дороге.

По его лицу было заметно, что он удивлён и… обрадован. Как и братья, кстати. Оба не сводили с Никиты глаз, будто искали в нём что-то новое, чего ещё о нём не знали.

— По дороге? Не так быстро… — возразил было Велехов, но резкая боль во рту заставила его замолчать.

Казалось, нижнюю челюсть прорезало лезвие, наискосок до самой шеи, и прошлось прямо по корням всех зубов по левой стороне. Иван сразу взял парня за подбородок и развернул к себе, глядя на место укуса. Там, где остались две глубокие, наполненные кровью дырочки, раздувались уплотнения.

— Не может быть, — удивлено произнёс Рир. — Всего пятнадцать минут прошло. Даже лимфоузлы ещё не опухли.

— Погоди-ка… — Рилевский взял Никиту за челюсть и сильно сжал.

У того в глазах потемнело от боли, а изо рта брызнула кровь и чёрные сгустки.

— Что за дрянь⁈ — ошарашенно спросил он, отплёвываясь.

Все, похоже, знали ответ, только говорить не хотели.

— Началось, — с полной уверенностью сказал Иван. — У нас всего часа три в запасе, может три с половиной.

— Ты о чём? — удивился Никита.

Рилевский, не обратив внимания на вопрос, потащил племянника к машине. «Тигр» ждал у ворот с включёнными фарами.

— Может, объяснишь? — возмутился Велехов, когда Иван втолкнул его на переднее сидение и пристегнул ремнём.

— Тебя отравили, — ответил Рилевский. — Здесь противоядия нет. Нужно доставить тебя ко мне домой. Парни, поехали!

Рир и Димка быстро сели в машину, а Никита внимательно посмотрел на Ивана. Тот повернул ключ в замке зажигания и тоже взглянул на племянника.

— Что за яд? — спросил Велехов.

— Не смертельный, не бойся, — заверил Рилевский. — Возможно, что иммунная система его подавит. Вообще, должна. Но на тебя почему-то действует слишком быстро. Так что рисковать не будем.

Спустя минуту они уже мчались по просёлочной дороге на трассу. Иван сразу сказал, что с Еленой всё в порядке. Она уехала в больницу раньше, чем явилась команда оборотней. И перестав волноваться за маму, Никита потребовал:

— Рассказывайте. Начните с того, что у меня в руке и кто за этим приезжал?

Рилевский гнал свой «тигр» на полной скорости, явно торопясь.

— Я был уверен, что тебе угрозы никакой не будет, когда отправлял шкатулку, — ответил он племяннику. — Ведь о тебе в нашем мире никто не знает.

— В вашем мире, — повторил Никита. — То есть не в этом. То есть?..

Иван усмехнулся:

— Всё ты правильно понял. Другая параллель.

Велехов сделал глубокий вдох, помолчал и, наконец, выдал:

— Ладно, давайте всю информацию. Но по порядку, сначала черноглазый.

— А он тебя сильно задел, — заметил Рилевский. — Его зовут Таркор, он возглавляет специальную группу, вроде отдела тайных операций. Если надо что-то тихо украсть или кого-то тихо убить, это его забота. Так что я не удивляюсь, что среди всех, кто мог тебя найти, нашёл именно он.

— И где он сейчас?

Ответил на это Димка:

— После того, как чуть не разрубил меня надвое, а потом запрыгнул в машину и укатил, пока мы не очухались? Наверное, вернулся домой.

— А как вы оказались рядом? — спросил Никита.

— Мы следили за ним, — объяснил Иван. — Вчера вечером его группа вошла отсюда — из внешней параллели, в Рилеву.