Дьявол в сердце - Катерина Пелевина

Мало мне боли! Отвесь ещё! Прости меня, Господи…

Одурманенная происходящим я даже не сразу замечаю машину Гордея, которая останавливается прямо перед крыльцом магазина... Он выходит, и я пытаюсь привести себя в чувства… Взять себя в руки, но мне кажется, выгляжу как сумасшедшая, сбежавшая из клиники…

— Привет... Ты чего такая напряженная? — целует меня в щеку. — С доставкой что-то не так?

— Нет... Нет... Привет... Спасибо... Полки доставили... Но я не смотрела еще... Убрали в подсобку, — обнимаю в ответ и трусь щекой о его лицо. Чтобы почувствовать что-то... Мне нужно что-то, что переплюнет этот фонтан эмоций внутри... Что-то, что заставит реагировать... Каждое нервное окончание... Иначе я просто умру прямо здесь.

Уже не могу их сравнивать… Уже не могу всё это терпеть!

— Посмотрим тогда? — предлагает Гордей, вынимая меня из моих мыслей.

— Да, давай... Конечно... Давай.

Пока мы с Гордеем занимаемся рабочими моментами... Смотрим всё, что привезли, обсуждает дизайн... Мне становится немного легче... Но это всё ерунда... Потому что меня по-сумасшедшему тянет на разговор с бывшим. И это жестоко по отношению ко всем нам...

А он, как всегда молодец, ничего не сказать... Появился... Покрутил своим павлиньим хвостом... И я тотчас же поплыла... Сразу... Какая же я убогая... И, главное, он даже не заикнулся про свою личную жизнь. Хотя я почему-то уверена, что она насыщеннее моей в сто крат. Но писать ему первой или звонить я больше не собираюсь... Слишком унизительно... Я на это не подписывалась... Оно мне не надо.

Достаточно и того, что он думает, будто я выхожу замуж. Пусть так и остаётся, хоть и не знаю, зачем мне это… Ведь на самом деле всё совсем не так… И вряд ли это вообще хоть когда-нибудь случится…

— Ну всё тогда... Едем домой, малышка? Ко мне? — спрашивает Гордей, протягивая мне руку.

— Угу... Хорошо... Да... Только... Я... Давай заедем ко мне, ладно? Я кое-что хочу взять... — беру его ладонь в ответ… Ожидая каких-то ощущений… И чувствую, да… Тепло, заботу, доверие… А самого сильного нет… Того, от чего нутро скручивает… Стоит Камилю меня коснуться… Электричество повсюду… Будто вся тысяча ампер по сердцу и сразу насмерть… Не знаю, что творят со мной эти дурацкие гормоны… Но явно что-то ненормальное. Ведь я не могу думать ни о чём другом. Снова…

— Эм... Ну ладно... Конечно, не вопрос...

Пока едем немного разговариваем о том, как прошёл день... Он работал, я училась... Ничего интересного, но порой важно поделиться друг с другом. И мне действительно хочется его слушать, потому что он — моя отдушина… Если бы не он, не знаю, что бы со мной тогда было… Он помог вылезти из депрессии. Он помог строить отношения... Помог доверять… Иначе я бы могла вообще никого никогда к себе больше не подпустить. И это не честно, что нет зарядов… Не честно, что между нами нет такого, как у меня с ним!

Он останавливается возле наших ворот и выжидательно на меня смотрит… Приглашу или нет, видимо… В воздухе витает недопонимание…

— Посиди, ладно? Я сбегаю...

— Окей...

Естественно, я бегу прямиком к коробке... Любопытство зашкаливает... Мне интересно, писала ли она что-то о Камиле... Если да, то что именно??? Почему именно сейчас, Господи... Почему он вернулся? Настя, ты зависимая... Нереально помешенная на нем.

— Да где же ты?! — ругаюсь, обшаривая отцовский кабинет... Он её разобрал по всей видимости, но ничего нового я не вижу... Быть может в сейфе? Кодом всегда был мамин День Рождения... Пробую. Подходит... Вижу деньги... Какие-то документы... Акции... И письмо... Аккуратно сложенное... Сканирую адрес. Он мне не знаком... Но это другой город... И имя... Её имя. Выдыхаю... И открываю его.

«Дорогой Дима... Сейчас кто-то пишет бумажные письма? Не знаю... Но я пишу. Собрала вещи. Те, которые в прошлый раз не отдала. Мне очень жаль, что у нас всё так получилось. Но судьба неумолимо жестока. И мне так же жаль Настину маму... Знай, что она ни в чем не виновата. И ты не виноват. Так сложились обстоятельства. Желаю тебе счастья. Ирина...».

Господи. У меня ком подкрадывается к горлу... Почему не виноваты... В чём? Что это, чёрт возьми, значит? Раз он хранит его... Значит, ему это важно... Значит...

Мой телефон неожиданно начинает звонить... Гордей... Блин.

— Да?

— У тебя всё в порядке, точно? Свет в твоей комнате не горит...

— Да я так забежала... Всё нормально, уже спускаюсь... Не волнуйся...

Скидываю и убираю всё обратно. Закрываю сейф и бегу вниз к своему парню, но чувствую, что земля уходит у меня из-под ног... Вот зачем мне ехать к нему? Если я в итоге даже лечь в кровать с ним не смогу... Если я чувствую себя отвратительно… Гаже просто некуда.

Всю дорогу, пока едем до него держусь за лоб и смотрю в окно. А он нервничает.

— Насть... Извини, что я утром так отреагировал... Я не должен был... Ты просто честна и...

— Нет, Гордей... Я не... Не злюсь... И не обижаюсь. Наоборот, мне стыдно... — отвечаю я, прервав его извинения. — Прости, я не из-за этого такая... Из-за отца... Он страдает от неразделенной любви... — лгу я, а на деле чувствую, как у самой внутри всё горит.

— С той женщиной, с которой они были...

— Да... Ему плохо... И я не знаю, чем помочь...

— А чем тут поможешь? Время... Только оно поможет...

Он говорит так уверенно... Но сколько нужно времени??? Сколько??? Ведь мне оно не помогло... Что же я навечно обречена страдать?

Пока мы доезжаем я уже вся извожусь на нет...

Постоянно проверяю телефон, но никаких весточек от Камиля... Я и не думала, что он будет писать, но всё же... Чувство, будто меня снова посадили на поводок...

Гордей, как всегда, ухаживает... Помогает мне раздеться... Пытается поцеловать с языком, и я отдаюсь ему... Но, Господи, Боже... Каких трудов мне это стоит... Я не готова... У меня не получается нормально отвечать... В итоге наш секс больше похож на принуждение... Не знаю, каково ему при этом... Но я после этого прижимаюсь к нему и начинаю плакать.

— Насть... Я что тебя обидел??? Насть...

— Гордей, нет... Я просто... Просто ты мне сейчас нужен... Твоё тепло... Не уходи, ладно?

— Я не ухожу. Я здесь... Успокойся... Надеюсь, я не сделал больно...

Хочется сказать — нет, не