Богиня палящего солнца - Натали Гартманн

взяла руки – мою и Арая – и принялась шептать. Внутри меня что-то стало постепенно сжиматься, появилось ощущение нехватки воздуха, из меня его словно выкачивали. Я схватилась за грудь, Нану говорила громче и громче, затем резко затихла. Я дышала коротко, но часто. Понемногу пришла в себя.

– Все, твоя работа закончилась. У него по-прежнему жар, он будет бредить. Надо, чтобы с ним рядом кто-то был.

– Я останусь тут.

Нану ушла, я налила воды в миску, чтобы протирать Араю лоб. Он заворочался.

– Тише, тише!

Раненый во сне откинул покрывало, и на его груди я увидела похожие на шрамы отметины, которые соединялись и образовывали спираль. Интересно, что это может быть?

– Не надо, не надо! – закричал Арай. Он бредил. – Кто я, скажите, кто я?

От этого крика у меня сжималось сердце. Бедняга то затихал, то вновь причитал:

– Не бейте его, не бейте!..

– Успокойся, Арай, все хорошо! Ты в безопасности.

Я обтирала ему лоб и рассматривала отметины и рисунки на коже. Затем аккуратно провела пальцами по его груди, и у меня чаще забилось сердце.

* * *

Рассвет был уже близок, я то проваливалась в короткий сон, то просыпалась. Нану подошла ко мне.

– Иди отдохни.

– Арай постоянно бредит. Спрашивает, кто он.

– Он борется, освобождается. Его прошлое возвращается к нему. – Женщина прикоснулась ко лбу раненого. – Жар прошел, он просто спит, и ты иди поспи.

Я кивнула и, валясь с ног, направилась в свою комнату.

Желая привести в порядок волосы, полезла в рюкзак за расческой, но вместо нее в руки попалась золотая маска, о которой так и не рассказала Араю. Как только он придет в себя, обязательно это сделаю. Рассматривая маску, провела по ней рукой. Вдруг какая-то неведомая сила откинула меня назад, я больно ударилась затылком о кровать. Голова загудела, перед глазами, сменяя друг друга, замелькали картинки: родительский дом, египетские пирамиды, неведомые города и эпохи… Я видела могущественных правителей и царей, узнала, как образовалась самая большая пустыня на свете, как происходили войны, смерть и рождение, как боги сражались с людьми, как появлялись и исчезали целые цивилизации.

Видения наконец пропали, и передо мной вновь появилась комната в шатре.

Я отдышалась, спрятала маску и снова легла. От увиденного еще долго не могла уснуть. Но сил у меня не осталось, и я отключилась.

* * *

Сквозь сон я почувствовала, что на меня кто-то смотрит, и от неожиданности вздрогнула. Я приоткрыла глаза: Арай! Вполне здоровый на вид, он стоял рядом с моей постелью.

– Извини, я не хотел тебя напугать.

– Да нет, все нормально. Как ты себя чувствуешь?

– Я в порядке. Раз ты проснулась, нам пора отправляться в путь. – Арай направился к выходу.

– Конечно проснулась. Вообще-то, это ты меня разбудил! – крикнула я ему вслед и рухнула лицом в подушку.

Встала, собрала рюкзак, еще раз посмотрела на золотую маску, и что-то подсказало мне спрятать ее поглубже под одежду.

Когда я вышла, Арай уже ждал меня на улице, Исар и Нану стояли рядом. Я посмотрела по сторонам – и тут порыв ветра отбросил с моего лица вуаль, а вернуть ее на место получилось не сразу. Исар сделал шаг ко мне, пристально глядя в глаза. Он был ошарашен.

– Моя луна… – прошептал мужчина, но тут же осекся и закрыл меня собой от посторонних глаз. Я быстро поправила вуаль и чуть склонила голову в знак благодарности. Все смотрели на нас. Арай махнул рукой, и я направилась к нему. Исар печальным взглядом проводил меня.

– Мы поедем на лошадях? – спросила я.

– Да. Ты ни разу не ездила верхом?

– Нет. – Он повел меня за руку к моему животному. – Я не смогу.

Арай положил мою ладонь на шею лошади, и я почувствовала, что та сама меня боится. Не удержавшись, я погладила ее шелковистую гриву, затем еще и еще. Лошадь успокоилась. Арай сложил руки в замок и помог мне забраться в седло.

– Я вам в путь собрала еды. – Нану протянула тканевый сверток, и мне пришлось наклониться, чтобы взять его. – Остерегайся той силы, которая в тебе. Твои защитники могут оказаться самыми страшными злодеями, родные – совершенно чужими людьми, а спасая врага, ты можешь лишиться всего, – прошептала она.

– О чем вы говорите?

В ответ женщина лишь опустила голову и похлопала лошадь по шее. Арай кивнул в ту сторону, куда нам надо было направляться.

– Спасибо, – поблагодарила я местных, и мы двинулись в путь.

Долгое время мы молчали. Я пребывала в своих мыслях и думала над словами Нану. Арай ехал чуть впереди. Вдруг он резко остановился и повернул лошадь ко мне. Я тоже встала.

– Мира! Думаю, тебе надо вернуться домой.

– С чего бы это?

– Впереди может быть опасно.

– Ты серьезно? А до этого мы, выходит, просто прогуливались в саду?

– Сейчас будет еще опаснее!

– О чем ты вообще?

– Я не могу тебе всего рассказать, но лучше уезжай домой!

– Но мы столько уже прошли! Нашли затерянный город, теперь не можем остановиться. Что с тобой? Ты так изменился…

Он был явно не в себе:

– Отдай мне медальон.

– Ах, вот в чем дело! В медальоне? Так я тебе нужна была, чтобы найти его? Ты бредишь. У тебя, наверное, жар? Без медальона ведь моя божественная сила не проявится.

– Отдай мне его! Ты не знаешь, что тебя ждет! – закричал он, и я вздрогнула. Таким я Арая еще не видела: это был словно другой человек.

– А как же город? Как ваш народ, который вымирает?

– Это все сказки, которые придумали наши старейшины, чтобы оправдать свою слабость; то, что они не смогли защитить своих женщин и детей. Отдай медальон!

Я торопливо нашла вещицу в рюкзаке и швырнула ею в Арая. Хотела еще раз посмотреть в его глаза, чтобы снова утонуть в них, хотела, чтобы он сказал, что это просто розыгрыш, но ничего не произошло. Слезы покатились по моим щекам.

– Поверь, я это делаю ради тебя и твоей безопасности. Прости. – Арай подъехал ко мне поближе, раскрыл ладонь и сдул с нее на меня какую-то блестящую пыль.

– Что это? – Я мгновенно почувствовала усталость, меня стало клонить в сон.

– Поспи, так будет лучше, – услышала я уже издалека.

* * *

Я открыла глаза и огляделась вокруг. Со всех сторон меня окружали стены какого-то шатра, собранного из старых тканей и протертых ковров. Закричать, позвать кого-то на помощь невозможно – меня никто не услышит: повязка на моем лице закрывала рот, не давая возможности просочиться звуку. Мои руки и ноги связаны. Попыталась освободиться, но ничего не вышло. Как я здесь очутилась?..

В шатер вошел мужчина в черной одежде, похожей