Должница Генерала. Служебный роман - Стелла Юсупова

Хорошая же баба, живая, неглупая, видно, что хозяйственная и исполнительная. Она незримо за пару месяцев у меня так работу наладила протокольную, что никогда так не было. Как в армии прям. Чин чинарем. Я б ее вообще повысил до менеджера по продажам, только жаль. Её уберу- придется новую искать. А мне нравится с ней. И кофе вкусный, и работает ненавязчиво, не раздражает. В моем возрасте, как бы это смешно ни звучало, вот это самое «не раздражает» в отношении близко находящейся женщины очень даже важно…

Не ожидал, что она такая… Честно говоря, чисто по-мужски чувствовал к ней притяжение и раньше. Когда женщина рядом, все равно ее энергетику ощущаешь. Катина нравилась. Мягкая, успокаивающая. Идеальная энергетика для помощницы. Может быть, потому что женщины давно рядом не было. Не те, что для потрахушек, куклы пластиковые, а именно женщины настоящей. Но вот о большем с ней даже не думал. Она помощница моя. Мы на работе. Точка.

И так хватило с сукой-Алиной. Да и не моего она формата. Как с усмешкой говорил всегда Кирилл, мы на службе слишком долго без баб были, чтобы в мирняке ограничивать себя серыми и скромными. Я любил роковых, ярких, высокомерных… Раскрепощенных. Любил смелый секс, любил разврат.

А Катя была просто хорошая скромная девочка. Еще и затравленная жизненными обстоятельствами. Не было в ней ни женского коварства, ни желания соблазнять, которое так важно при поиске партнера. Я не чувствовала от нее флюидов. Я бы вообще сказал, что вне рабочих отношений, когда хотя бы чуточку выводишь ее из зоны политкорректности, она топорной становится, деревянной. Зажатая капец. А я не в том возрасте, чтобы работать над пластикой и растяжкой… Мой статус, бабки, просаженные непростой работой в горячих точках нервы- это не про тренерство и наставничество. Такие, как я, берут готовое… А Катька не была готова. И потому сразу обозначил для себя, что табу, даже если по дурости моего «напарника в штанах» и поведет по кривой дорожке.

Всё. Убедил. Выдохнул… Специально уехал к Дашке, манкировав этот дурацкий корпоратив, на котором без меня им точно всем будет спокойнее и веселее, а тут… Мало того, что два идиота решили павлиньими хвостами перед ней померяться… Ценители женских форм, мать его… Так еще и эта дерзость ее сегодня на работе… Маленькая дерзкая коза… М ведь не боится меня… Смелая стала. Поверила, что не пропадет без моей помощи… Бесила…

И опять мысли не о том… Увидел ее грудь с проступившими сосками от холодного воздуха в кабинете от проветривания даже через белье и хлопок ткани и понял, что хочу… Хочу разорвать эту идиотскую рубашку. Хочу ее в красивом белье. Кружевном. Невульгарном, но и нескромном. Белье дорогой женщины. Хочу сначала ласкать обманчиво нежно по кромке лифчика, а потом резко сдернуть его к херам. Сжать, покатать соски в руках. Хочу…

Подумал об этом и рот наполнился слюной. А еще эти глаза…

Нельзя прятать такие красивые глаза. Оленьи. Очень искренние… Глаза невинной куколки… Такие глазки мужиков заставляют на стенку лезть. Потому что инстинкт охотника побеждает. Хочется в них увидеть другое… Хочется сделать из хорошей девочки плохую… Для себя… Прёт от этой мысли… А она опять в очках. Опять прячется за толстыми блестящими радужно-масляной пленкой линзами.

И губы у нее правда порочные. Увидел же Кирилл, кобелина опытный. А главное, все натуральное, естественное. Не такое, как у Алины… С такими, как Алина, это про имитацию… Пластмассовые банки. Порно-фильм. Возбуждает, торкает, но… не уносит… С такой нельзя сорвать башку. Ради такой не пойдешь на глупости… А ради Катьки пойдешь?

Глава 15

В девять часов утра у здания офиса меня ждет машина от Беркута. Не с Андреями. Это другой водитель, Демид, кажется. Корпоративный. Мда, а угрозы Беркута отнюдь не шуточные.

Поправляю неизменную рубашку, натягивая ее на зад сильнее. Сегодня я в джинсах- по инструкции одеться нужно было во что-то удобное и в стиле кэжуал.

Интересно, куда эта собралась меня тащить, если мне нужно «нечто удобное».

Демид немногословен. Наверное, потому, что наслышан про мою «роковушность». Рука-лицо. Хочется и смеяться, и плакать.

Мы едем не более двадцати минут- подъезжаем к шикарной высотке на закрытой территории. Меня инструктируют, чтобы я поднялась на семнадцатый этаж. О моем «визите» комендант предупрежден.

Зачем мне подниматься? Может меня решили принести в жертву на каком-то сакральном обряде? Ладно, делать нечего. Беркут обещал хорошую премию. Не думаю, что он пойдет на такие радикальные меры. Намного легче просто уволить меня, чем избавляться столь радикальным путем.

Дверь открывают не сразу. Чувствую себя униженной, пока стою и битый час тычу на звонок видеофона.

— Да слышу, слышу, — раздаетя за дверью чрезмерно моложавый голос.

Дверь распахивается, а я хлопаю от шока глазами несколько раз. Передо мной совсем не женщина, как мне представил Беркут, а совсем юная очаровательная нимфа с белоснежными локонами. Ну, он дает? На малолеток потянуло?

— Проходите, — оглядывает она меня оценивающе-надменным взглядом, не здороваясь.

На негнущихся ногах захожу внутрь.

В холле вижу красивую вазу с до боли знакомым букетом. Надо же, столько дней- а как новенький. Сразу видно, подарен от чистого сердца…

Внутри опять что-то болезненно дергается.

— Вы Катя, да? — спрашивает меня нимфетка, уносясь вглубь шикарной квартиры, — не стесняйтесь. Пойдемте со мной. Времени совсем мало…

Недоуменно следую за девицей. Что за дела за такие странные?

Прохожу в спальню за ней, которая завалена до отказа барахлом. Оно везде- на кровати, стуле, этажерке, даже висит на дверном косяке. Какой-то тряпочный взрыв…

— Папа сказал, Вы поможете, — говорит она, продолжая копошиться на скарбом, — у нас серьезная оперативная задача. Нужно собрать все то, что с размером 44 и запихать в эти мешки… Я просто схуднула на размер, пока стажировалась. Немодно сейчас быть жирной… Нужно оперативно освободить место под новые вещи…

Только сейчас замечаю два огромные тюка возле банкетки.

От обилия ее слов торопею. Папа? Это она про Беркута?

По венам вдруг прокатывается такое дикое облегчение, что меня аж подбрасывает на адреналине…

Так она его дочь? Вот же засранец… Моя женщина… А что, и правда. Его женщина… Кто, если не дочь, не мать и не жена… Кстати, а что там с женой? Была ли она вообще?

За обилием мыслей не о том я пропускаю мимо ушей ее непроизвольное оскорбление в мой адрес.

Да, по