Развод с прошлым - Марина Безрукова

лезла. У самой еще неизвестно, как сложится с Наташей. Долго в нейтралитете она не продержится. Наташка всегда умела лавировать между нами. И поворачивалась, как флюгер, тонко чувствуя настроение. То папина дочка, то мамина. И из каждого извлечет выгоду. Вылитая свекровь.

Глава 14

Анна

Зоя Венедиктовна была дамой восьмидесяти лет. Белоснежные пышные волосы она укладывала в высокую кичку. Безупречный цвет лица подчеркивала светлыми одеждами. В ушах качались крупные серьги, пальцы с неброским маникюром украшали перстни из этой же коллекции, на пальто или шубе всегда сверкала брошь в виде стрелы или большой булавки.

Высвободив из ботинок ступни с выпирающей косточкой, Зоя Венедиктовна поправила шарфик цвета переспелой сливы и поплыла на кухню. Отсканировав пространство, стряхнула со стула несуществующую пыль и села.

Положив перед собой руки, стиснула пальцы и шевельнула фалангами, как паук, поджидающий добычу.

— Анечка, детка, — произнесла свекровь. — Ванюша мне всё рассказал. Эта новость меня убила.

Я едва сдержала усмешку. Судя по цветущему виду, смерть Зое Венедиктовне явно не грозила. Развела руками, словно подтверждая, что да, новость не самая приятная. Меня она не убила. Меня она насадила на иголку. Как глупую бабочку. Прошла сквозь сердце и пришпилила к стене.

— Нужно что-то делать! — патетически воскликнула Зоя Венедиктовна. — Нужно искать причину.

Я сложила руки на груди и привалилась к холодильнику. Что тут искать? Причина на виду. Или Ваня не осмелился представить любовницу матери? Тогда я уж тем более не полезу в эту грязь.

Свекровь нервно забарабанила пальцами по столу.

— Ты нормально его кормила? — впилась глазами она в лицо.

Мне стало смешно, так спрашивает, будто подарила мне хомячка, а я плохо ухаживала, и он сдох.

— Да, конечно. Всё, как всегда.

— Но, может быть, твоя работа не давала приготовить вкусный ужин? — не оставляла попыток свекровь.

Я качнула головой. Всё было: и биточки с рисом, и отваренная цветная капуста, морепродукты, салат, овощи и, конечно же, первое! Знаменитый ленинградский рассольник.

— А рассольник ты варила? На почках? — тут же подозрительно поинтересовалась свекровь.

— Нет, Зоя Венедиктовна. На говяжьем бульоне.

— Ну вот же! Вот! — всплеснула она руками. — Я же тебе говорила, что настоящий рассольник варится только на свиных почках!

О, эти почки! Когда мы только поженились, Зоя Венедиктовна явилась к нам и плюхнула на стол пакет с чем-то склизким. Я заглянула внутрь и зажмурилась — то ли вымя, то ли еще какая-то требуха.

— Что это? — попятилась я.

— Свиные почки. Надевай фартук, я сейчас научу тебя, как готовить знаменитый ленинградский рассольник!

А дальше начался ад. Зоя Венедиктовна, вооружившись ножом, лихо вскрывала части тела свиньи, вырезая оттуда мочеточники. Вся кухня наполнилась запахом аммиака, а я еле сдерживала рвотные позывы.

Смотрела молящими глазами на Ваню, но он, посмеиваясь, скрылся в комнате.

— Обязательно вымачиваем в молоке, — Зоя Венедиктовна любовно погружала почки в миску. — Первый бульон сливаем… Так делала моя прабабка, бабка и мамочка.

Дальше я даже не старалась запомнить, мысленно поклявшись, что никакая сила не заставит меня повторить это действо. Зое Венедиктовне я отчитывалась, что рассольник варится неукоснительно по этому рецепту, но витрины с субпродуктами обходила в магазине стороной.

— Аня! — отвлекла меня от воспоминаний о супе свекровь. — Присядь.

Я послушно села. Проще потерпеть, чем выставить ее вон.

— Аня… — свекровь зарделась, как майская роза и опустила густо прокрашенные ресницы. — Эм-м-м… Мы женщины, поэтому можем поговорить откровенно.

Я напряглась, не понимая, к чему она клонит.

— Бывает, что между мужем и женой наступает э-э-э… эра отчуждения.

Она выпрямила указательные пальцы и постучала ими друг о друга. Я заворожено наблюдала за жестикуляцией.

— И тогда… нужно проявить фантазию. Понимаешь?

Я отрицательно потрясла головой, и Зоя Венедиктовна поморщилась. Мне стало интересно, какие фантазии она мне сейчас предложит. Жуть какая! Сижу с почти бывшей свекровью и обсуждаю альковные утехи!

— Может быть, Ваня что-то хотел, о чем-то тебя просил, а ты… Ты отказывала?

И тут меня осенило, как можно избавиться от родственницы. Вот прямо сейчас.

— Да, — потупилась я. — Просил. И я отказывала.

— Но как же так, детка… — укоризненно молвила свекровь. — Как можно? Он же мужчина. Это же его, так сказать… Инстинкт!

Я вздохнула, изображая раскаяние.

— Неужели это было что-то… невыполнимое? А? — глаза свекрови заблестели в ожидании подробностей.

Старая извращенка!

— Почему же… выполнимое. Наверное. Дело в том, что ваш Ванечка давно просил, чтобы в постели было две девушки. Чтобы я привела кого-нибудь. Причем желательно постарше…

Зоя Венедиктовна вытаращила глаза. Еще мгновение, и они бы выкатились из орбит. Я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться.

— Безобразие! — вдруг гаркнула свекровь. — Как это? Еще одну? Постарше? Это возмутительно!

Она подхватила сумочку и помчалась в прихожую. Я поняла, что с Иваном она эту тему обсуждать не станет. А значит, моя ложь не всплывет. Вот пусть Зоя Венедиктовна сидит и соображает, как при ее идеальном воспитании получился эдакий развратник.

Глава 15

Анна

Я подошла к зеркалу: пора снимать красоту. Консультант сказала, я могу безбоязненно ходить с системой неделю, но я предпочитала всё же по вечерам снимать. Так я возвращала себе свою жизнь. Пусть и в не самом привлекательном виде.

Лысая болванка на туалетном столике ждала своего преображения. Перед сном мы с этой безликой женщиной менялись местами. Она превращалась в красотку с густыми каштановыми волосами, а я общипанная, как курица, начинала колдовать с растворами, втирая их в проплешины. Раз в два дня уколы. Очень болезненные, от которых выступают на глазах слезы. И я снова начинаю злиться на себя и на Ивана.

— Анна Михайловна, не поделитесь телефончиком вашего мастера? — слышала я на работе.

Все, кто давно меня не видел, начинали ахать и говорить комплименты. Я чувствовала себя обманщицей, шла пятнами, но коллеги, уверенные, что я просто кокетничаю, продолжали петь оды.

Если бы вы знали, — с горечью думала я. — Если бы вы только знали. Ни одна из вас и на метр бы не приблизилась к месту, откуда выходят вот такими вот красавицами. Вы бы побежали в обычный салон красоты, колдовать с биозавивкой и мелированием, окрашиванием и бустапом, стрижками и наращиванием, но не водрузили бы позорную накладку.

Всё-таки, не случайно у всех народов женская сила скрыта в волосах. И когда их теряешь, само собой, из генетических глубин всплывает чувство ущербности.

— Ань, ты на работе еще? — позвонила мне на следующий день Лиля. — Ты сразу не убегай, я к тебе заскочу. Дело есть.

Мы договорились