Апорт - М. Вайолет

Я пристраиваюсь сзади, прижимаясь грудью к её спине, и покачиваюсь вместе с ней в такт музыке. Она начинает оборачиваться, но я хватаю её за бёдра и удерживаю на месте. Слышу, как у неё сбивается дыхание.

— Идут на горку Джек и Джилл, несут в руках ведерки … — тихо напеваю ей на ухо.

Она замирает.

— Блядь, — шепчет она.

Я прижимаю свою маску к её щеке.

— Свалился Джек и лоб разбил, а Джилл слетела с горки, — продолжаю шептать.

Бас долбит из соседнего зала, а в этом из динамиков льётся глубокая мелодия, прошитая какофонией скрипок и фортепиано. Я обвиваю рукой её талию и притягиваю ещё плотнее к своей груди.

С её губ срывается тихий всхлип.

— Джек?

Мой член дёргается.

— Ммм… правильно.

— Чего ты от меня хочешь? — хрипло спрашивает она.

Я обвожу другой рукой её грудь, а затем сжимаю за горло.

— Хочу, чтобы ты поклонялась мне на коленях.

Она резко втягивает воздух.

— О боже…

— Я теперь твой грёбаный бог, — я скольжу рукой вниз к её талии и задираю подол платья, пока не нахожу внутреннюю сторону её мягкого бедра. Хватаю его и сжимаю. — Я хочу, чтобы твои ноги были широко раздвинуты... и прижаты к плечам... руки связаны... соски, опухшие... пока я пожираю твою киску, будто это мой последний, блядь, ужин на этой земле.

Ещё один стон вылетает из её приоткрытого рта. Она плотно сжимает ноги, зажимая мою ладонь между бёдер.

— Как ты нашёл меня, Джек?

Я медленно продвигаю руку выше, заставляя её ослабить мёртвую хватку.

— Куда бы ты ни пошла, я тебя найду, Рокси.

Свет снова гаснет, погружая нас в ещё более глубокую тьму. Музыка меняется; электронные синтезаторы захватывают динамики. Стробоскоп вспыхивает над нами, пульсируя так же сильно, как ноющая боль в моём члене.

Она такая мягкая. Такая, блядь, податливая. Я шагаю вперёд, втискивая её глубже в угол, пока она не оказывается лицом к стене.

— Теперь ты моя.

Я усмехаюсь, когда она прогибает спину, прижимаясь ко мне. Снова поднимаю руку, задирая её платье ещё выше, пока оно едва прикрывает задницу. Я закрываю её от толпы, и здесь так, блядь, темно, что это шоу — только для меня одного.

— Джек… ты не можешь этого делать. Я тебя не знаю. Пожалуйста… — умоляет она.

— Шшш. Руки на стену, — я наваливаюсь на неё всем телом, пока её грудь не впечатывается в бетон.

Она вздрагивает, когда я нахожу край её трусиков и отодвигаю их в сторону.

— Ты дрожишь, красавица.

— Д-да… потому что ты меня пугаешь, — заикается она.

Я провожу большим пальцем по её набухшему клитору, и мой член мгновенно напрягается. Я хочу впиться в её киску губами. Блядь.

Я тяжело дышу ей в ухо.

— Думаю, ты дрожишь, потому что у твоей киски, блядь, течка.

Она качает головой.

— Ты психопат. Как долго ты за мной следишь?

Я ещё сильнее наваливаюсь на неё, проводя пальцами по влажным складкам между её ног. Она может протестовать сколько угодно, но я чувствую, как сильно она меня хочет.

— Стряхни пыль — ты не ранена… Поднимись на холм со мной, Джилл… Пойдём за тем ведром воды…

— Нет. Отпусти меня, Джек. Или как там тебя зовут на самом деле.

То, как она извивается, пробуждает во мне что-то первобытное.

— Расслабься, Рокси. Можешь сопротивляться сколько угодно, но я тебя не отпущу.

Я резко ввожу два пальца в её киску, проталкиваю их до упора и замираю. Убираю вторую руку с её горла и заталкиваю те же два пальца ей в рот. Надавливаю на язык, заставляя её затылок вжаться в моё плечо.

Её бёдра дёргаются назад, а ладони с силой бьют по стене.

— Бля-ааа... — скулит она. Разобрать слова с моими пальцами во рту почти невозможно.

Я добавляю третий палец и начинаю двигать ими внутри неё.

— Ты не ответила ни на одно моё сообщение. Я не люблю, когда меня игнорируют, Рокси.

— Прости… — бормочет она сквозь всхлип.

Но я ей не верю. Она просто злится, что её поймали. Я вынимаю пальцы из её рта, хватаю прядь её шелковистых тёмных волос и дёргаю голову назад, чтобы она смотрела вверх на мою маску.

— Ты моя девочка, Рокси. Моя шлюшка. Никогда, блядь, об этом не забывай. Скажи ещё раз, что тебе жаль, но на этот раз так, чтобы я поверил.

Она снова дрожит. Я продолжаю кругами водить большим пальцем по её клитору, одержимый тем, как сильно он набух для меня. Чувствую, как в нём бьётся её пульс, быстрее, чем музыка в зале.

Она плачет, уткнувшись в стену.

— Мне правда жаль, Джек. Так, блядь, жаль.

Ммм. Уже лучше. Она учится. Её соки стекают по моему запястью.

— Хорошо. Хочешь кончить, красавица?

Ноги Рокси дрожат рядом с моими. Проектор гаснет на мгновение, а затем на стенах начинают плясать блики мерцающих свечей. Свет скользит по её лицу, обнажая хаотичный голод в глазах. Вижу, как она борется сама с собой.

Я прижимаю её голову к стене и рычу ей в ухо:

— Покорись своему богу, Рокси.

Она всхлипывает и судорожно выдыхает.

— Что ты со мной сделал?

Я улыбаюсь под маской, раздвигая пальцами её влажные складки.

— Я только начал.

Её бёдра дёргаются вперёд-назад, и она медленно начинает тереться о мою ладонь. Вот так, девочка.

— Вот она. Моя идеальная маленькая шлюшка, — я сильнее сжимаю её волосы и веду пальцами выше, по ложбинке между ягодиц.

Она пытается покачать головой.

— Нет. Хватит. Я не могу.

Она сопротивляется, даже когда её соки заливают ей бёдра.

Я вздыхаю, выписывая пальцем нежные круги вокруг её анальной дырочки.

— Шшш… — я задираю платье до самой талии. — Кто-нибудь уже бывал здесь раньше? — затем вжимаю кончик пальца в её дырочку.

Она резко втягивает воздух.

— Никто.

Мой стояк становится ещё больше. Блядь.

— О, это очень хорошо. Это избавляет меня от необходимости убивать ещё одного мужчину ради тебя.

— Ты сумасшедший, — шепчет она, срываясь на крик.

Меня забавляет, что в этой комнате, полной людей, ей даже в голову не пришло позвать на помощь. Это говорит мне всё, что нужно знать о моей красавице. Я точно знаю, чего она хочет. В чём нуждается.

Я убираю палец и снова спускаю его к клитору.

— Это мы оставим на другой день, — я снова вхожу в неё, на этот раз грубее. Хочу почувствовать её разрядку на своих пальцах.

Её бёдра снова начинают раскачиваться под музыку