Штормбрейкер - Ниша Дж. Тули

каждым годом, «Щит» обеспечивает и защищает лишь тех, кто этого заслужил, и от каждого ожидают подтверждения своей ценности. Тех, кто не справляется, считают сбоем самой системы.

Мой взгляд блуждает к задней части зала, где сидит группа надеющихся «винтиков» с настороженными лицами. Я не знаю, что происходит, если они терпят неудачу. Они просто отправляются домой? Или их будущее столь же неопределенно?

Стиви все еще выкрикивает в мегафон призывы отстаивать ценности Арии и напоминает о грядущих трудностях, прежде чем остальные три лидера делают то же самое. Они представляют группу людей, стоящих впереди, — это лидеры средней школы, которые будут помогать с тестированием, включая моего двоюродного брата Анана Самра по материнской линии, который радостно кричит вместе со всеми.

Он замечает меня и подмигивает, и это помогает унять часть нервозности, покалывающей кончики моих пальцев. В окружении такого счастья и восторга мне кажется, что утренняя нотация отца была целую жизнь назад.

Пока все болтают, я изучаю другие части зала. Несмотря на предписание «Щита» о сотрудничестве, Дома крайне конкурентны и скрытны друг с другом, постоянно сражаясь за положение. Фиама и Ария — самые могущественные Дома, доминирующие на большей части территории города. Они постоянно ведут борьбу за расширение своих владений в наших тесных границах, что является еще одной причиной, по которой мой отец так ненавидит Арию.

Полагаю, даже когда нам предоставлено всё, всё равно существуют природные лидеры и ведомые, а человеческую натуру невозможно подавить.

Стиви поднимает мегафон и выкрикивает еще несколько оскорблений в адрес остальных. Я не могу не восхищаться ею — единственной девушкой-лидером среди студентов. Она кажется такой бесстрашной. Я знаю, что не должна так думать о члене самого главного соперника Фиамы, но ее энергия заразительна.

Пока остальные говорят, мое внимание переключается на Одиночку, сидящего в углу. Он прислонился к стене, скрестив руки на груди, игнорирует свою еду и наблюдает за всеми с отстраненным выражением лица.

Я удивлена, что декан позволила ему остаться, но тот факт, что ему выдали форму, предполагает, что ему позволят присягнуть, если он пройдет посвящение. Если только это не уловка и они не планируют расправиться с ним позже?

Словно почувствовав мой взгляд, его глаза встречаются с моими, челюсть напрягается.

Он такой необузданный, дикий и всё же… притягательный. Совсем не похож на тех, какими, по идее, должны быть Одиночки.

Я борюсь с желанием отвести взгляд, вместо этого отвечая на его пристальный взгляд своим.

Я думаю о Рейне. О его матери, которую он так и не успел узнать.

Одиночки отняли у нас обоих.

Он отворачивается, и я замечаю, что зуд в моих руках внезапно утих, когда я возвращаю внимание к Девону. Комната скандирует, люди стучат кулаками по столам, пол вибрирует.

— Посвящения начинаются на этой неделе! — кричит Девон в мегафон. — Будьте готовы, мои маленькие претенденты, потому что ваш первый тест может нагрянуть в любой момент — днем или ночью. — Он обводит взглядом лица в зале, уголок его рта приподнимается в дерзкой ухмылке. — И я уверен, мне не нужно напоминать никому из вас, что будет, если вы все испоганите.

Глава 6

Я в ванной, чищу зубы, когда на следующее утро телефон издает короткий сигнал. Поднимаю его и прокручиваю наш групповой чат: Сильвер и Хейзел вовсю обсуждают Одиночку.

сильвер: девчонки.

сильвер: третьекурсник только что подтвердил

сильвер: новенький заявился сюда прямиком из еб**** Пустошей

хейзел: Рук

тринити: это его имя??

хейзел: странно, да?

сильвер: не знаю. . по-моему, довольно горячо

сильвер: вы видели его руки?

сильвер: 

тринити: Ты не можешь западать на Одиночку. А эти татуировки! Он, наверное, сожрет тебя после того, как трахнет

сильвер: подруга. . ну зачем ты делаешь это такой легкой добычей для меня?

тринити: Прекрати. Ты больная.

сильвер: и извращенная, детка

хейзел: Я поискала. Одиночка не пытался поступить лет десять, и тот не продержался в Эмери дольше дня

хейзел: «исчез при загадочных обстоятельствах»

сильвер: нееет. только не до того, как я увижу его без рубашки

тринити: У вас сегодня утром история?

сильвер: ага

сильвер: встретимся там?

тринити: Мы с По уже почти готовы. Скоро увидимся.

Я просматриваю переписку, пока Тринити заканчивает в ванной, посмеиваясь над Сильвер и размышляя о словах Хейзел. Если прошлый Одиночка продержался всего день, то наверняка этот Рук не пробудет здесь долго. Он — опасность для нас и для всех в этих стенах.

Когда мы готовы, мы с Тринити заходим в аудиторию на наш первый урок в этом учебном году. В огромном круглом помещении уже стоит гул, пока мы ищем свободные места. И снова мы сидим раздельно, по своим Домам.

— Где Эдвард? — спрашиваю я.

— Он проспал. Его соседи по комнате вчера решили пошутить и привязали его полотенцами к кровати, — отвечает Тринити.

Я останавливаюсь и оглядываюсь. — Ты имеешь в виду Нокса?

Она пожимает плечами. — Видимо, они просто развлекались. В конце концов, кто-то его спас.

Я качаю головой и замечаю, что Нокс машет мне рукой, но делаю вид, что не замечаю.

— Нам сюда, — говорю я, указывая в противоположную сторону, где Сильвер и Хейзел спускаются по ряду к свободным местам. Я замечаю несколько «винтиков», разбросанных по аудитории, причем пара из них сидит в секции Фиамы, и я задаюсь вопросом, означает ли это, что они собираются присягать нашему Дому.

— О, кажется, кто-то занял тебе место, — говорит Тринити. Я оборачиваюсь и вижу, как она встречается взглядом с Ноксом, который жестом зовет меня. Когда Тринити видит выражение моего лица, она морщится. — Прости. Я не подумала.

Я вздыхаю. — Тогда ты идешь со мной.

— Ладно, я это заслужила.

Я фыркаю и хватаю ее за запястье, пока ряд студентов быстро расступается, уступая нам дорогу. Я благодарю их, когда мы проходим мимо.

— Не разыгрывай Эдварда, —