Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

Николас сверлил меня своими голубыми глазами, стиснув челюсти.

Расплатившись, мы покинули магазин в неловком молчании. Я не могла долго терпеть, поэтому, когда мы подошли к машине, схватила Ника за руку, заставив посмотреть на меня.

– Эй, что с тобой не так?

Николас избегал моего взгляда, и напряжение, которое мучило меня, стремительно росло. Этот страх… боязнь быть недостаточно идеальной для него всегда преследовал меня. Я не позволяла себе думать о детях. Тема была под запретом. Просто не могла, по крайней мере пока, поскольку понимала, что роковой момент, когда я осмелюсь озвучить это вслух, разрушит меня, и не знаю, смогу ли я тогда выбраться.

– Терпеть не могу людей, которые лезут туда, куда их не просят, – ответил Ник, обняв меня и крепко поцеловав в лоб.

Я понимала: Ник что-то скрывает от меня, кроме того, точно знала, что это его действительно беспокоит… но сейчас не хотела ничего слышать.

Поэтому я тоже обняла его, прижавшись щекой к его груди, и сделала милое личико. Попыталась отбросить страх, который вот-вот грозил вырваться наружу, и села в машину как ни в чем не бывало.

Несколько часов мы были заняты покупкой мебели для детской. Заказ доставят завтра, а еще нам придется повозиться со сборкой и потратить на это сутки, если мы хотим, чтобы комната была готова к четвергу. Ник волновался. Его глаза горели, хотя, выбирая предметы мебели, он старался скрыть эмоции. Если не считать инцидент с любопытной консультанткой, было очень весело ходить с бойфрендом по магазинам: мы оба хорошо провели время.

Мы купили игрушки и синюю односпальную кроватку. Ник решил, что мы сделаем комнату в сине-белых тонах, как и в моей спальне, поскольку это было нейтральным и в то же время не слишком банальным. Когда мы вошли в пентхаус, я была жутко измотана и сразу же ничком бросилась на кровать. Почувствовала, как Ник осторожно ложится на меня, прижимая к матрасу. Его губы приблизились к моему уху, и я невольно вздрогнула.

– Спасибо, что была со мной, Веснушка, – прошептал он, осыпая мою шею горячими поцелуями.

Впечатавшись в покрывало, я не могла видеть его лица, поэтому сконцентрировалась на губах Ника, скользящих по коже. Одной рукой он собрал мои волосы в хвост и начал целовать меня в затылок…

Я вздохнула, наслаждаясь прикосновениями его рта.

– Вчера я была у Дженны, – неожиданно выпалила я.

Интересно, как он отреагирует на упоминание о моей лучшей подруге? Ник перестал меня целовать и откатился на бок. Я перевернулась на спину и оперлась на локти, чтобы наблюдать за ним. Он сел спиной ко мне, снял футболку и швырнул ее на пол.

– Я рад, – ответил он через несколько секунд.

Я нахмурилась, когда он направился в ванную комнату и закрыл дверь, почти хлопнув ей. Я бросилась за ним. Вошла, даже не думая просить разрешения.

Он положил руки на раковину и поднял голову, когда услышал мои шаги.

– Знаешь, – начала я неуверенно, – мы разговаривали.

– И что? – Ник сверкнул на меня своими небесными глазами.

«Почему ты говоришь со мной в таком тоне?»

– То, что ты защищаешься, только подтверждает, что слова Дженны о тебе – чистая правда, – огрызнулась я, подражая его тону.

Ник выпрямился.

– И что же я собираюсь делать? – раздраженно спросил он.

Мне было неприятно, когда он вот так общался со мной. Я пожалела, что подняла эту тему, но если он действительно решил участвовать в гонках…

Я посмотрела на его обнаженный торс, на еще не зажившие ссадины… Это должно закончиться.

– Ты не можешь продолжать делать то, что делаешь, Николас, – заявила я, тщательно подбирая слова. – Дженна не сомневается, что Лион хочет принять участие в гонках…

Даже не взглянув на меня, Ник вышел из ванной комнаты.

– Лион может делать все, что захочет, он уже взрослый, верно?

– Ну а ты не будешь участвовать? – настаивала я, чтобы успокоиться.

Ник смерил меня взглядом.

– Я не буду, – подтвердил он, уставившись на меня. – Если честно, Веснушка, меня совсем не интересует, что Дженна болтает обо мне и наших отношениях.

Я расстроилась.

– Дело не в Дженне, а в том, что ты никогда не должен был ввязываться в дурацкую историю с Лионом! Ты обещал мне, что все кончено!

– Так и есть! Ноа, я уже объяснил. Лион попал в беду, я хотел ему помочь. – Ник вздохнул и вернулся ко мне. Крепко обнял и прошептал: – Я не думал, что влипну, но я не собираюсь повторять ту же ошибку, Веснушка.

– Больше никаких неприятностей, Ник, и никаких опасных ситуаций. Обещаешь? – спросила я, выгибая тело, когда он принялся целовать мою шею.

– Обещаю.

24. Ник

Когда я открыл глаза утром, первое, что я увидел, это лицо Ноа в нескольких сантиметрах от меня. Ноа привалилась ко мне, ее голова покоилась на моем плече. Мне пришлось сдержаться, чтобы не рассмеяться: казалось, она пыталась забраться на меня, но заснула на полпути.

Я осторожно убрал прядь волос с ее щеки и нежно провел большим пальцем по бархатистой коже, покрытой веснушками… веснушки сводили меня с ума, эти звездочки были и на ее груди, на стройных плечах, на пояснице… Мне было приятно думать, что я – единственный, кто знает это тело. Лишь одному мне известно, где находится каждая родинка, каждая отметина, каждый изгиб и каждая царапинка.

Я посмотрел на ее крошечную татуировку ниже уха, такую же, что я сделал на руке. Когда я решился на тату, мне нравилось думать, что она придаст мне силу, если выбрать правильный рисунок. Но теперь это значило гораздо больше, и я хотел верить, что именно из-за Ноа мне набили узел в виде восьмерки… Смешно, конечно, но наивная мысль не переставала кружиться в сознании.

Мысль, что мы оба сделали татуировки, поскольку чувствовали, что в конечном итоге встретимся и будем неразлучны…

Мой телефон зазвонил. Я протянул руку и взял его. Энн – социальный работник Мэдди. До сих пор с трудом верилось, что мама решила оставить сестренку на выходные в день моего рождения, но это меня, конечно, совершенно не огорчало. Сейчас не будет вечеринок, стриптиза или чего-то подобного, о нет,