Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

День пролетел быстро. Думаю, как раз тогда, когда вам нужно, чтобы время шло медленнее, оно мчится как безумное. Поэтому не успела я оглянуться, как наступило утро. Мэдди и ее мать прилетают завтра! Я нервничала и понимала, что Николас тоже на взводе. Он прислал мне кучу фотографий, интересуясь моим мнением по подводу комнаты. Спрашивал, понравится ли она сестренке, и продолжал советоваться со мной. Он хотел переставить мебель, например, подвинуть кровать, стоящую в углу, к окну, боялся, что одного комода недостаточно, и беспокоился, что поезд с дистанционным управлением не придется Мэдди по душе.

Я весело рассмеялась.

– Ник, она будет в восторге, кстати, Мэдди хочет увидеть тебя, а не новую комнату.

Наступило молчание.

– Я очень нервничаю, Веснушка, я никогда не проводил с сестрой больше одного дня, а если она вдруг начнет плакать и заскучает по дому? Она гномик, а я взрослый дядька: я не всегда знаю, как вести себя в такой ситуации.

Я улыбнулась своему отражению в зеркале. Мне импонировало, что Ник оказался впечатлительным. Ведь обычно он всегда так уверен в себе: он жутко авторитетный и властный, но, когда снимает броню и показывает, что под ней есть нечто нежное и такое родное, мне просто хочется его обнять.

– Постараюсь быть вместе с тобой и Мэдди, – ответила я, присев на кровать и уставившись на деревянные балки потолка.

– Что? Ты останешься на выходные, Веснушка? – серьезно спросил он, резко сменив тон.

Я прикусила язык. В этот момент в дверь постучали.

– Можно, Ноа?.. – Мама вошла в комнату и теперь наблюдала за мной.

Я кивнула, впервые мысленно поблагодарив мать за то, что она прервала разговор с Ником.

– Мама хочет со мной поговорить, я позвоню позже, ладно?

Я дала отбой, но тут же пожалела об этом. Положила мобильник на покрывало, а мать начала расхаживать по комнате. Она выглядела рассеянной и немного подавленной. За последнее время у нас еще не было по-настоящему хороших событий. Мы почти не общались, и все станет только хуже, когда она узнает, что я планирую сделать.

– Сколько времени тебе нужно, чтобы собраться?

Мама явно прощупывала местность. Я никогда не собирала вещи заранее, обычно делала это за день до отъезда, а привычку унаследовала именно от нее. Мы не понимали, зачем людям нужны недели, чтобы выбрать одежду и запихать ее в чемодан. Я помотала головой, намереваясь воспользоваться ее попыткой сблизиться и сообщить, что собираюсь побыть у Ника, когда Мэдди приедет к нему в гости.

– Все почти готово. Слушай, мам… – начала было я, но она перебила меня.

– Знаю, что тебе не терпится уехать отсюда, Ноа, – заявила она, взяла одну из моих футболок и принялась складывать ее, чтобы отвлечься.

Я глубоко вздохнула и увидела, как ее глаза наполнились слезами.

– Мама, я не…

– Нет, Ноа, позволь мне сказать тебе одно: последние дни были тяжелыми, и мы не ладили еще с тех пор, как вернулись из Европы, но… поверь мне, я понимаю, что ты влюблена и просто не можешь разлучаться с Николасом. Мне бы хотелось, чтобы ты и я… – Мать указывала на нас обеих, – никогда не ссорились. У нас всегда были замечательные отношения, дочка, мы были откровенны друг с другом и ничего не утаивали, даже когда ты встречалась с Дэном…

Я поморщилась, услышав имя бывшего.

– Помнишь, как ты прибежала ко мне, чтобы рассказать, как прошел вечер и какие комплименты он тебе говорил? – продолжала мама.

Я кивнула, криво улыбнувшись и догадавшись, к чему она клонит.

– Теперь, когда пришло время самостоятельной жизни, Ноа, я скажу тебе вот что: с момента твоего рождения я пыталась дать тебе все, что могла. Я хочу, чтобы ты считала это место своим родным домом и жила здесь, используя появившиеся возможности. А когда ты была совсем маленькой, я мечтала увидеть тебя в просторной собственной комнате, в окружении чудесных игрушек и книг, чего у меня никогда не было…

– Мама, если честно, я знаю, что иногда бываю невыносима, но наша жизнь изменилась, мы уже в Лос-Анджелесе, и я теперь вижу, что всегда ты очень старалась, поэтому тебе не нужно ничего объяснять, ладно? Ты действительно дала мне все, что было в твоих силах, и я отлично понимаю, как тебе трудно видеть меня с Николасом, но я люблю его.

Мама закрыла глаза, услышав мои слова, и печально улыбнулась.

– Надеюсь, когда-нибудь ты станешь прекрасным писателем, Ноа. У тебя все получится. Я просто хочу, чтобы ты использовала каждый шанс, который у тебя есть. Учись и наслаждайся университетской жизнью: ведь это самые лучшие годы, дочка.

– Спасибо, – прошептала я, хотя чувствовала себя виноватой, поскольку не сумела полностью признаться и рассказать ей о Нике.

На следующее утро я проснулась спозаранку. Я жутко нервничала и спустилась к завтраку, пытаясь не думать о том, что собиралась сделать. Мэдди, ее мать и Энн прилетят через несколько часов, и, разумеется, Анабель не отступит. Я тысячу раз повторила себе, что делаю это ради него, а в моем поступке нет ничего непростительного, и опять задумалась. Глубоко в душе я очень хотела встретиться с миссис Грасон и узнать, чего она хочет от Ника и какие мотивы побудили ее отказаться от сына.

За завтраком я съела половину тоста, который запила латте. Ник сообщил, что встретится с Мэдди в тот же час, когда я должна увидеться с его матерью, поэтому у меня было время до того момента, как бойфренд начнет меня искать. Пока они с Мэдди будут обедать, я смогу, наконец, покончить с этой авантюрой.

Ресторан в «Хилтоне» – высшего уровня. Конечно, мать Ника обожала шикарные места. Она – одна из тех дерзких и отталкивающих жен миллиардеров, которые хвастаются тем, сколько яхт, лошадей и особняков у них разбросано по всему миру. По этой же причине и просто с намерением не привлекать внимания я выбрала светлую юбку с высокой талией и песочный топ «Шанель», который давно не надевала. Дженна подарила мне белые итальянские сандалии «Миу Миу», изящные и очень дорогие, вот и все, что нужно было о них знать. Они идеально подходили к наряду.

Думаю, то был один из немногих случаев, когда я решилась