Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

было хорошо, ты бы выглядел более счастливым и расслабленным. Таким, каким был несколько месяцев назад, когда только объявил о том, что встречаешься с Наталией. Вот тогда я видела счастье в твоих глазах. А сейчас в них даже намека на это нет.

— Я правда счастлив, миссис МакКлайф, — фальшиво улыбается Эдвард. — У нас с Наталией все прекрасно… Мне просто нужно немного поспать… Потому что я не выспался…

— Да, мама, у них с Наталией и правда все хорошо, — довольно убедительно лжет Терренс. — Ему просто нужно немного отдохнуть. Поэтому он сейчас кажется грустным и усталым.

Ребекка пару секунд устало смотрит на обоих своих сыновей и едва слышно выдыхает.

— Ох, ладно, если не хотите рассказывать, то я не стану настаивать, — хмуро говорит Ребекка. — Захотите – потом сами обо всем расскажете.

— Все хорошо… — пытается искренне улыбнуться Эдвард. — Просто я устал…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, которую снова нарушает Ребекка:

— Кстати, Терренс, я тут недавно разговаривала с твоим отцом по телефону. Должна признаться, он был довольно взволнован …

— Ты прекрасно знаешь, что мне неприятно говорить об этом человеке, — более низким голосом говорит Терренс. — Я ни за что не встречусь с ним, даже если к моей голове приставят пистолет.

— Ох, сынок, прошу тебя, прекрати быть таким упрямым, — устало вздыхает Ребекка. — Почему бы тебе просто не поговорить с отцом? Я же не прошу тебя простить и полюбить его. Хотя бы просто поговори с ним. Ты должен выслушать его и узнать кое-что очень важное. К тому же, он мог бы помочь нам в поисках твоего младшего брата.

— Я ничего не желаю про него слышать. Мне даже стыдно называть этого человека своим отцом. И во время своего разлада с Ракель меня сильно трясло от мысли, что я могу поступить так же, как он. Я буквально начал нападать на невинную девушку и перестал контролировать себя.

— Я все прекрасно понимаю, дорогой, но как бы сильно ты ни противился этому, тебе нужно поговорить со своим отцом. Он расскажет тебе обо всем, что между нами произошло, и почему сбежал из нашей семьи.

— А что он может сказать? Мне будет противно, когда он начнет смотреть на меня жалостливыми глазами и оправдываться передо мной за свой омерзительный поступок. За то, что он долгое время бил тебя, а потом бросил с одним ребенком на руках и забрал другого… Разлучил его и нас с тобой, а потом сделал на стороне еще двоих детей… Я и так все знаю и не нуждаюсь в объяснениях!

— У этого всего есть причина. И ты обязан ее узнать.

— Нет, мама! — резко отрезает Терренс. — Извини, но я не хочу разговаривать с человеком, который так жестоко поступил с нами. Ты не заставишь меня переступить через себя и встретиться с тем, кого по праву можно назвать предателем.

— Прошу тебя, Терренс, хотя бы выслушай его. Я прошу только об этом. А потом можешь отворачиваться от него, если его аргументы не убедят тебя.

— Пожалуйста, оставь все эти попытки уговорить меня. Я не хочу и не буду встречаться с тем, кто предал меня, тебя и моего брата. Которого мы можем вовсе и не найти. Ибо у нас нет никакой информации о нем.

— Не будь таким категоричным… — с жалостью во взгляде умоляет Ребекка. — Все совсем не так, как ты думаешь…

— Я все сказал, мама.

Ребекка тяжело вздыхает с грустью во взгляде, пока Эдвард смотрит на нее и Терренса и, слегка нахмурившись, вспоминает свои годы, проведенные с отцом, который всегда относился к нему как к пустому месту и своим поведением вынудил его уйти из дома в юном возрасте.

— Простите, а у вас и правда нет никаких новостей по поводу вашего младшего сына? — неуверенно интересуется Эдвард.

— Нет, к сожалению, — спокойно отвечает Ребекка. — И где нам искать моего сыночка – неизвестно.

— Как жаль… — Эдвард на секунду отводит взгляд в сторону. — Но я уверен, что вы его обязательно найдете.

— Не знаю, Эдвард, у меня уже давно нет такой надежды.

— Но мы не сдадимся! — уверенно заявляет Терренс. — Да, в последнее время я как-то мало об этом думал, ибо больше был занят своими делами. Однако вскоре я начну думать над тем, что мы можем сделать.

— Сделать это будет непросто… — задумчиво говорит Эдвард, скрестив руки на груди. — Не имея никакой информации и общих знакомых.

— Ничего, значит, найдем частного детектива. Заплатим ему хорошие деньги и попросим что-нибудь разузнать. Уверен, что для него это не составит никакого труда.

— Не думай об этом, Эдвард, это уже тебя не касается, — мягко говорит Ребекка. — Мы уж как-нибудь сами разберемся. А тебе лучше подумать о том, как восстановить свое общение с родителями. Помириться с папой и найти свою маму.

— Я к этому не стремлюсь, — хмуро заявляет Эдвард.

— Твой отец наверняка все эти годы не находит себе места и переживает, что ты ушел из дома и перестал с ним контактировать.

— После того, как он надавал мне пощечин и прогнал меня из дома? — Эдвард тихо хмыкает. — Да я лучше бездомным и безработным буду, чем буду жить с человеком, который отыгрывался на мне в случае каких-то неудач.

— Ох, Эдвард… — окинув усталым взглядом всю гостиную, тихо стонет Ребекка. — Не бери пример с моего упрямого сыночка и не будь так категоричен.

— Послушайте, миссис МакКлайф, я не буду отрицать, что моя ненависть к моему отцу чуточку меньше, чем у Терренса – к его. Даже если он никогда не любил меня, считал своей обузой и ненавидел из-за чего-то, что напоминало ему о прошлом. Но мне совсем не хочется встречать его и слушать оправдания своим омерзительным поступкам. Жизнь на улице оказалась очень суровой и тяжелой, но я счастлив , что принял одно из самых лучших решений в своей жизни.

— Если ты и твой друг встретитесь