Навсегда Чужая.Любовь Агнеса - Айрин Крюкова

зеркале я выглядела так же бледно, как и чувствовала себя. Под глазами залегли тени, губы казались слишком бледными. Я поправила причёску, надеясь, что это отвлечёт от моего утомлённого вида.

Рэймонда, как всегда, не было. Мне сказали, что он ушёл на охоту ещё на рассвете. Я не знала, возвращаться ли он сегодня, но его отсутствие стало для меня привычным. Даже не удивило.

Я пошла прощаться с императрицей. Она, как всегда, была радушна и тепло попрощалась со мной.

— Я надеюсь, что новый дворец станет для вас домом, моя дорогая, — сказала она, улыбаясь. — Ты заслуживаешь счастья.

Я благодарно кивнула, чувствуя, как тепло её слов согревает моё сердце.

С императором и Эдмондом я не успела попрощаться. Они были заняты делами, и я не хотела их беспокоить. Возможно, это было к лучшему. Вчерашний вечер был напряжённым, и мне не хотелось вновь сталкиваться с пристальным взглядом Эдмонда или холодной отстранённостью Рэймонда.

Карета, в которой я ехала, была роскошной, но даже мягкие подушки не могли унять мою усталость. Голова кружилась, а в животе была неприятная тяжесть.

Когда мы наконец добрались до нового дворца, я с трудом поднялась по ступеням. Здание было красивым, просторным, с большими окнами, через которые лился свет. Слуги встретили меня с поклонами, а управляющий торжественно сообщил, что все комнаты подготовлены к нашему приезду.

Я улыбнулась, но чувствовала, как эта улыбка становится всё слабее.

— Благодарю вас, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо. — Пожалуйста, проводите меня в покои.

Меня отвели в просторную спальню с огромной кроватью и окнами, выходящими в сад. Я машинально отметила, как красиво здесь всё устроено, но сил любоваться уже не было.

— Вы хотите чего-нибудь, миледи? — спросила горничная, с тревогой заглядывая мне в лицо.

— Нет, спасибо, — ответила я. — Просто оставьте меня одну.

Когда дверь за ней закрылась, я рухнула на кровать, чувствуя, как слабость полностью овладевает мной.

Почему я чувствую себя так плохо? Может быть, это всё нервы? Или...

Я вспомнила, как утром меня вырвало, и холод пробежал по спине. Но я тут же отогнала эти мысли. Это просто усталость. Ничего больше.

Лежа на кровати, я смотрела в потолок, слушая, как за окном поют птицы. Новый дворец, новая жизнь. Но всё это казалось пустым без единственной вещи, которой я жаждала больше всего на свете — его любви.

Лежа на широкой кровати, я безмолвно смотрела в потолок. Комната погрузилась в темноту, а звуки ночи за окном только усиливали моё одиночество. Я уже почти теряла надежду, что он вообще придёт сегодня, но внезапно услышала, как тихо открывается дверь.

Рэймонд.

Мои мышцы напряглись, но я тут же заставила себя расслабиться, закрыла глаза и сделала вид, будто сплю. Если он снова будет холоден, я не выдержу. Не сейчас.

Он зашёл в комнату, его шаги были лёгкими, почти бесшумными. Я слышала, как он снял сапоги, затем что-то положил на стол. Сердце сжалось: он наверняка пойдёт спать в другую комнату, как делал это почти всегда.

Но вдруг кровать чуть прогнулась под его весом. Я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть от неожиданности. Он лег рядом. Рядом со мной.

Я затаила дыхание, боясь пошевелиться. Сердце стучало так громко, что мне казалось, он может его услышать.

Он немного помедлил, а потом я почувствовала, как его рука коснулась моих волос. Пальцы осторожно скользили по прядям, будто он боялся их сломать. Я не могла понять, что происходит. Почему он это делает?

И вдруг я ощутила его тепло. Рэймонд приблизился, почти касаясь меня своим телом. Его лицо оказалось у моего плеча, и я услышала, как он глубоко втянул воздух, будто вдыхал мой запах.

Моё сердце готово было выскочить из груди. Он уткнулся лицом в мою шею, его дыхание обжигало мою кожу. Я почувствовала, как по телу пробежали мурашки.

Что это? Почему он так себя ведёт? Ведь он всегда был холоден ко мне. Он ненавидит меня... не так ли?

Я боялась открыть глаза, боялась испортить этот момент. Но в голове роились вопросы, на которые не было ответов.

Он шепнул что-то, но так тихо, что я не разобрала. Может, это было моё имя? Или просто вздох? Я не знала.

На мгновение мне захотелось повернуться к нему, спросить, что всё это значит. Но я не могла. Что, если он отстранится, как всегда? Что, если это всего лишь минутная слабость?

Он ещё несколько мгновений лежал так, а затем его дыхание стало ровным. Он уснул, оставив меня в полном смятении.

Я открыла глаза и посмотрела в потолок, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. Это были слёзы радости или боли — я не могла понять. Моё сердце разрывалось между надеждой и страхом.

Почему он так поступает? Почему, если он ненавидит меня, всё же тянется ко мне в такие моменты? Или... может, я ошибаюсь?

Я закрыла глаза, надеясь, что сон принесёт мне хоть немного покоя. Но знала, что утро снова вернёт мне холодную реальность.

Я проснулась с утренним головокружением, снова почувствовав тошноту. С каждым днём эти приступы становились всё сильнее. Я пыталась не обращать на них внимания, думала, что это просто стресс или переутомление, но на этот раз было слишком сложно скрывать тревогу. Моя голова была в тумане, и я не могла понять, что происходит с моим телом.

"Я должна позаботиться о себе", — подумала я, с усилием поднявшись с кровати. Мои силы уходили, и это начинало пугать. Я не могла позволить себе слабость, особенно сейчас, когда всё было так неопределённо.

Я позвала слугу и приказала, чтобы в мой дворец пришёл лекарь. Сказала, что мне нужно немедленно проверить здоровье. Внутренний голос не переставал тревожно напоминать, что это не просто усталость.

Когда лекарь, наконец, пришёл, я едва сдерживала дрожь. Он был знакомым, но я не ожидала, что он будет так внимателен. Он сразу приступил к осмотру, проверяя мои вены, пульс. Взгляд его становился всё более настороженным, и я не могла понять, что его так удивило.

"Что-то не так", — подумала я. Но когда он вдруг поднял голову и встретился с моим взглядом, я заметила, как его глаза расширились от удивления.

-Госпожа, поздравляю,— сказал он, будто изумлённый. Его слова повисли в воздухе, и я не сразу осознала их значение.

-Что? Что вы имеете в виду?— спросила я,