Эш и Скай - Нин Горман

– Если честно, я как раз собиралась пойти погулять с подругой.

– Но ведь уже поздно! Ты ведешь себя неразумно.

Я нервно барабаню пальцами по столу.

– Вот что действительно неразумно, мам, так это возвращаться в то время, когда я планирую вернуться. Не говоря уже о состоянии!

– Скай!

Я меняю тему, чтобы она перестала меня донимать.

– Ты чего звонишь? Дома проблемы?

– Нет, нет. Я хотела обсудить твой приезд на День благодарения. Мы очень рады, что наша малышка возвращается домой. Хотя после твоих слов мне уже страшно.

– Мам, не волнуйся, я прикалываюсь. Правда, не понимаю, с чего такая срочность. Зачем звонить мне сейчас по поводу приезда?

– Я несколько раз пыталась дозвониться, но тебя не поймать. С тех пор как ты устроилась на работу кассиром…

– Я работаю билетершей в артхаусном кинотеатре.

– Поистине выдающееся достижение.

Уже второй раз с начала разговора я делаю над собой усилие, чтобы сдержаться. Я не позволю матери испортить мне настроение.

– Мы с твоим отцом недавно видели Кларксов. Эдриан тоже там был, он, как всегда, очарователен. Как вспомню, какой вы были чудесной парой… С ним тебя ждало обеспеченное будущее. Если бы только ты все не испортила…

Я впиваюсь пальцами в подушку. Где-то внутри зарождается горячее желание рычать. Выпустить все накопившееся напряжение.

– Короче говоря, я хотела тебя предупредить, что мы пригласили их к нам на День благодарения. На мой взгляд, это чудесная возможность для счастливого воссоединения!

Эту индейку я вряд ли переварю… Желудок скручивается в узел, и я начинаю прикидывать варианты, как отменить свой приезд.

– Ладно, мам, мне уже пора, – с трудом выговариваю я.

– Милая, надеюсь, я тебя не расстроила?

– Спасибо, мам, благодаря тебе сегодня у меня будет отличная причина напиться, – бормочу я, вешая трубку.

Я с трудом удерживаюсь от того, чтобы швырнуть телефон об стену. Но бедняга ни в чем не виноват, так что я ограничиваюсь тем, что роняю его на покрывало. Не плакать. Я стою посреди комнаты, не в силах пошевелиться. Именно в таком состоянии меня обнаруживает Вероника, когда пятнадцать минут спустя выходит из душа.

– Ты что, еще не переоделась? Кто звонил?

– Мама.

– А… И?

Я молчу, Вероника подходит и участливо кладет руку мне на плечо.

– Ей пришла в голову замечательная идея пригласить на День благодарения моего бывшего.

– Что?! Но почему?

– Она считает, что он для меня отличная партия.

Я вижу, что моя подруга в замешательстве. Она огорченно гладит меня по руке.

– Хочешь, я все отменю? Посижу с тобой. Ты сейчас явно не настроена развлекаться.

Напротив, настроена еще решительнее, чем прежде. Я поворачиваюсь к Веронике:

– Шутишь, что ли? Я собираюсь уйти в отрыв! Сегодня будет тот самый вечер!

– Скай —

Батл

Me and my friends at the table doing shots

Drinking fast and then we talk slow (mmm)[18]

Shape of you – Ed Sheeran

Только данное мной обещание держать язык за зубами мешает матери заявиться сюда посреди вечеринки и утащить меня обратно в Либертивилл. Общежитие, работа в «Волшебном театре» – я все это выбрала сама. Мои родители были бы рады, сиди я взаперти в маленькой квартирке. Но я сказала «нет», ни больше ни меньше. Не потому, что мне просто хотелось пойти им наперекор, конечно нет.

За деньги многое можно купить, но не мое молчание. Есть вещи куда более ценные, чем пачки долларов. Например, свобода. Возможность жить вдалеке от родителей и от всего, что случилось, слиться с толпой – ради этого я готова молчать.

Если бы ты все не испортила…

Боль от этих слов никак не унять. Прошлое поднимается на поверхность, бесцеремонно прокладывая путь. Как бы я ни старалась похоронить это дерьмо под слоем пустячных воспоминаний, оно все равно дает о себе знать.

Подбадриваемая друзьями, я залпом выпиваю рюмку водки, и Вероника тут же следует моему примеру. Мы вскидываем руки в знак победы и кричим так, что дрожат стены. Вся моя ярость, разочарование, разговор с матерью… Мне нужно забыть о том, что меньше чем через две недели я снова окажусь в отчем доме, буду давиться «вкуснейшими» блюдами и делать вид, что ничего не случилось, так, словно эти люди не разрушили мою жизнь. Я хочу забыть своих родителей и семейство Кларксов. Хочу забыть Эдриана, которого мама заботливо вытащила на свет. И саму себя в угаре вечеринки и алкоголя тоже забыть.

«Каппа-Ню» устроили в резиденции братства настоящий танцпол. Если другие вечеринки больше напоминают посиделки неанонимных алкоголиков с пивом и чипсами, то сейчас у меня такое чувство, будто я пришла в ночной клуб. Ди-джей, бар с коктейлями, цветные прожекторы… и колонки, из которых гремит музыка. Студенты отрываются как в последний раз. Хотя на улице холодно, внутри царит настоящая жара. Тем легче мне будет осуществить задуманное…

В зале раздаются первые ноты Shape of You. Я ловлю взгляд Вероники и изображаю несколько танцевальных движений. Она сразу понимает, на что я намекаю, и поддерживает мою затею: у нас будет танцевальный батл! К нам присоединяются еще несколько человек, и мы делимся на две группы. У каждого есть свой нелепый трюк, который должен заставить соперника отступить. Потом мы встаем в круг: внутри танцоры состязаются один на один, и проигравший должен опрокинуть шот – выигравший, кстати, тоже, ведь нужно отпраздновать победу! – прежде чем уступить место следующим. Не знаю, сколько песен спустя я покидаю танцпол в полном изнеможении.

Господи, это пол качается или я? Я едва успеваю присесть на колени к Джошу, чтобы проверить, все ли с ним в порядке, как Вероника снова тащит меня танцевать. Джош наконец тоже к нам присоединяется: танцует, прижавшись грудью к моей спине, целует меня в шею, и я запрокидываю голову, чтобы поймать его губы своими. На языке остается вкус пива. Я поворачиваюсь, обхватываю его шею руками и принимаюсь покачивать бедрами. Как же тут жарко! Перед глазами мельтешат цветные всполохи, и мне кажется, что мой мозг слишком велик для черепной коробки, и голос – голос моей матери – снова и снова кричит в моей голове:

Если бы ты все не испортила… Если бы ты все не испортила… Если бы ты все не испортила…

Я зарываюсь лицом в шею Джоша, а он гладит меня по спине и целует в плечо так, что бретелька платья соскальзывает