Семья для босса по договору - Юлия Бонд

Оказываемся в отдельной кабинке для vip персон. Ещё бы! Я не удивляюсь ни разу. С возможностями Султанова можно арендовать хоть весь ресторан, но он не привык сорить деньгами, по крайней мере, так было десять лет назад.

Официант разливает по бокалам полупрозрачную жидкость и уходит, тихо прикрывая за собой дверь. В комнате тихо настолько, что я слышу, как тикают дорогие часы на запястье Динара.

Расправляю тканевую салфетку, чтобы лежала на коленях ровно. Ещё раз окидываю взглядом накрытый стол. Блюда здесь, конечно, шик. Не знаю как они называются, но желудок довольно урчит в унисон бахающему в груди сердцу.

— Расслабься, Алёна, — спокойно откидывается на спинку дивана, наблюдая за мной.

— Я расслабленная, Динар. Где договор?

— Сначала ужин, потом всё остальное.

Проглотив колкие словечки, спешащие вылететь из моего рта, смотрю в упор на генерального. Даже здесь, в неформальной обстановке, он не меняется. Привык, чтобы люди беспрекословно подчинялись, но со мной это не прокатит, как и десять лет назад. И я всё больше убеждаюсь: время не меняет людей, оно их только портит. Случай с Динаром тому подтверждение.

Ужинаем в абсолютной тишине, если можно так сказать. Я же, в отличие от Шамилевича, ковыряю вилкой кролика в чесночно-сливочном соусе и радуюсь про себя. Чеснок. Просто отлично. Значит, целоваться мы не будем, по крайней мере, этим вечером точно. А потом мне хочется прихлопнуть дурацкие мысли, проникшие в голову без спроса. Я вообще не буду целоваться с этой лохматой мордой, даже попрошу внести в брачный договор целый пункт. Секса и поцелуев не будет!

— Ну раз ты уже справилась, предлагаю ознакомиться с брачным договором. Я подготовил проект данного договора, поэтому у тебя будет время предложить какие-то изменения, если вдруг что-то окажется неприемлемым, — на последнем слове в чёрных глазах мелькает игривость и красная краска ползёт по моему лицу вверх до самых кончиков ушей.

Неужели Динар имеет в виду то, что я подумала? От смущения, устремляю взгляд в бедного растерзанного кролика на тарелке.

Дрожащими пальцами тянусь к бумагам, нечаянно касаюсь горячей руки Динара и меня будто электрическим током прошибает. Двести двадцать!

Жадно глотаю печатные строчки одну за другой. Чем больше читаю, тем больше кипит злость в моей крови. Не выдерживаю на первой минуте.

— Я не буду жить с тобой в одном доме, — заявляю серьёзно, но Динар усмехается.

— Муж и жена должны жить вместе. Ты понимаешь это, Алёна?

— Да, настоящие муж и жена… должны. У нас фиктивный брак. Я возражаю.

— Отклоняется.

— Ну почему? Мы с Юлькой можем приезжать к тебе, когда нужно будет для спектакля, — обрисовываю в воздухе кавычки. — Нет, не можем?

Султанов качает головой, и я обиженно поджимаю нижнюю губу.

— Фамилию я твою брать не буду! — говорю рьяно, едва не подскакивая со стула и не скидывая на пол тарелку с несчастным кроликом.

— Отклоняется.

— Ну почему? Есть браки, где жена остаётся на девичьей фамилии. Это нормально.

— Нет, Алёна. Для меня это неприемлемо. Моя жена будет Султановой.

— Иначе не поймут твои многочисленные родственники? — подкалываю, вспоминая родню Динара, которую даже сосчитать трудно. Я тогда так и не поняла, сколько у него тёть и дядь, бабушек и дедушек.

— Они тоже. Дальше читай.

— Но мы так и не выяснили по поводу фамилии.

— Ваша с Юлей фамилия будет Султанова. На этом вопрос закрыт.

Мелкая дрожь заставляет трястись мои руки, да и ноги тоже. Ощущение будто Динар в курсе, что моя Юлька наполовину его. Поэтому он ведёт себя так властно, безапелляционно приказывает. Хотя… нет. Точно нет! Знал бы, не ждал девяти лет, чтобы забрать мою девочку.

Успокоившись этими мыслями, читаю договор дальше.

— Насчёт веры ты моё мнение знаешь, Динар. Неприемлемо!

— Уверена?

— Да!

Пошарив во внутреннем кармане пиджака, протягивает мне шариковую ручку. Опять контакт, кожа к коже. Опять двести двадцать. Да твою ж мать!

Жадно глотаю белое полусладкое, осушив залпом весь бокал. Динар наблюдает за мной с интересом, молча наполняет бокал и я проделываю то же самое.

— Ещё? — спрашивает, кивая на бутылку.

Ему-то пофиг, да. Он правильный мусульманин — не пьёт. А я пью! Потому что звездец какая неправильная даже как человек, но Султанова это никогда не парило почему-то. Возможно, всё дело в том, что мы разные с ним. Как там говорят? Плюс и минус притягиваются... Вот и мы с ним так конкретно притянулись, что вышла Юлька, самая классная в мире девочка!

Строчки непозволительно плывут перед глазами. Я, конечно же, так и не поела и потому полусладкое ударило в голову, но не настолько, чтобы у меня полностью отключился мозг.

Продолжаю читать дальше. И опять меня бомбит от возмущения.

— Что это за пункт такой про аборт? — Динар иронично вскидывает бровь. Цитирую: — в случае незапланированной беременности жене запрещается делать аборт. Она обязана выносить и родить здорового ребёнка. Взамен полагается…

Тьфу!

Даже читать противно дальше!

— Что не подходит?

— Ты издеваешься надо мной, Султанов? Какая незапланированная беременность? Я с тобой спать не буду!

— Договор заключается на три года. Ты хорошо подумала, Алёна?

— Ты достал уже со своим: "Ты хорошо подумала, Алёна"? — фальшиво копирую его голос. — Я тебе там не дурочка какая-то, как… — вовремя прикусываю язык, понимая, что несёт меня далеко и туда, куда не нужно.

— Успокойся. Я спрашиваю то, что должен спросить. Ты не можешь предусмотреть, что случится за эти три года.

— Не могу, да! Но спать я с тобой точно не собираюсь! — выпаливаю в сердцах.

— Читай, пожалуйста, следующей пункт, — проигнорировав мои эмоции, приказывает в привычной спокойной ему манере.

— Жене запрещается иметь с кем-либо сексуальные контакты, кроме мужа, — произношу вслух, ощущая, как краска сползает с моего лица. — Это шутка, что ли?

Мгновение смотрим друг на друга.

Глаза в глаза.

Динар и бровью не ведёт. Серьёзный.

— Это не шутка, Алёна. Это условие брачного договора.

— Фиктивного брака!

— Но всё же брака, — поправляет он.

— Вычеркни этот пункт.

— Отклоняется. Я не буду терпеть в своём доме многоразовую женщину, — бросает пренебрежительно, будто удар под дых.

— А я не буду с тобой спать.

— Значит, ты ни с кем не будешь спать, поэтому я просил тебя подумать хорошо.

Истерически смеюсь.

Ну вот же козёл какой, а? И сам не ам, и другому не дам.

— А мне вот интересно, почему в договоре нет пункта, что муж тоже должен хранить верность жене?

— Ты плохо читала,