Невинная. Во власти бандита - Мия Бравос

— Спокойной ночи, Ульяна. Надеюсь, ты больше не будешь совершать глупостей, — произносит он у входных дверей.

Возникает желание послать его к черту. Но я понимаю, что он может в любую минуту рассказать все Глебу. Они друзья, поэтому я не питаю иллюзий. Долматов такой же убийца. Он его верный соратник. Мне не хочется, чтобы из-за моей глупости пострадал Тоха.

Стараясь унять озноб в теле, я поднимаюсь в свою комнату, напоминающую будуар французской королевы.

Долго стою под струями горячей воды в ванной. Мое сердце плачет, в душе адская боль.

Сползаю по белоснежной плитке на пол. Я не представляю, что мне делать дальше

Глава 13

Ульяна

Последующие несколько дней я продолжаю размышлять о побеге. Чем больше я думаю, тем меньше понимаю, как это сделать. Дом Нагорного настоящая укрепленная крепость. Вооруженная до зубов охрана, собаки. Мозг плывет и ничего уже не соображает.

Нагорный возвращается на третий день поздней ночью. Он заглядывает в мою комнату. Я притворяюсь спящей, но даже с закрытыми глазами чувствую его пристальный, пожирающий взгляд. Хочется стать невидимкой.

Мне делается плохо, когда он проводит пальцами по моему бедру, задирает майку и обводит по кругу пупок. Дыхание спирает, с трудом сдерживаюсь от крика.

Его прикосновения прожигают кожу, сердечный ритм учащается.

Спокойной ночи, малыш, — тяжелая ладонь ложится мне на скулу, большой палец касается губ. Единственное чувство, которое я испытываю в этот момент — беззащитность. Если я не сбегу, то сойду с ума. Еще немного и у меня не останется сил сражаться. Мы с Глебом в разных весовых категориях. Я проиграю в войне с ним. У меня нет шансов. Норманн слишком силен. Как только он уходит, я бегу в ванную. Смываю с себя его прикосновения, его запах. Ульяна Владимировна, — утром в комнату заглядывает горничная 3оя. — Глеб Олегович ждет вас внизу, — она оставляет на столе бумажный пакет и протягивает мне конверт.

Вскрываю его. На глянцевой бумаге нежно лилового цвета каллиграфическим почерком написано "Жду тебя через 30 минут. Форма одежды спортивная. Норманн" Нагорный полон сюопризов.

В оставленном пакете я нахожу лыжный костюм и зимние кроссовки.

Принимаю душ, заплетаю волосы в тугую косу. Одеваюсь, как было велено и спускаюсь на первый этаж В доме по-прежнему стоит тишина.

— Привет. Богданова, — знакомый голос раздается над ухом. От неожиданности я подпрыгиваю на месте.

Привет, — роняю глухо. Как дела, солнышко? — спрашивает, едва касаясь губами моих губ. Отлично, — выдыхаю, отхожу от него на пару шагов назад.

Я не знаю, как себя вести.

Пойдем. — хватает за руку и тянет к выходу. Куда? — спрашиваю. едва успевая переступать ногами. Полетим на романтическое свилание Что? Что он сейчас сказал? Полетим? Свидание, да еще и романтическое?

Какое еще свидание? Кукла, ты слишком много болтаешь, — недовольно хмыкает мужчина. — Сегодня я найду твоему рту более полезное применение.

Мы сворачиваем на тропинку, ведущую к вертолетной площадке. До нас доносится отчетливый звук крутящихся лопастей. С каждым шагом он становиться ближе. Прямо по курсу стоит вертолет.

— Глеб, — я одергиваю руку и останавливаюсь. — Я не полечу. Вернемся домой. Пожалуйста.

Вместо ответа он притягивает к себе, сжимает в тиски. От его тела исходит жар. Мне становится неуютно. Собственническими движениями втягивает меня в кабину. Усаживает в кресло и фиксирует мое дрожащее от страха тело ремнями. Один вокруг бедер, два защелкивает через плечи. Надевает наушники. С игривой улыбкой на лице щелкает меня по носу, и напоследок, вкладывает в руку упаковку леденцов.

— Взлетаем, — командует пилоту. Воздушное судно отрывается от земли.

Глеб невозмутимо садится рядом. В отличие от меня, он не связывает себя по рукам и ногам.

Не затыкает уши. От его самоуверенности хочется открыть дверцу и выпрыгнуть, решить все свои проблемы одним разом.

Весь полет Нагорный не обращает на меня внимание, изучает какие-то документы, печатает что-то в телефоне.

Ты как? — спрашивает, отстегивая меня от ремней, как только вертолет садится. В норме, — вру, не глядя в глаза зверю. Тошнота подкатывает к горлу, а голова бешено кружится. Хочется на свежий воздух.

Богданова, ты большая врунишка. Бледная, губы синюшные. Тебя укачало. Открой рот. Зачем? Ты невыносимая! Делай, что говорю.

Глеб достает из кармана блистер лекарств, и я размыкаю губы.

— Сейчас станет легче, — таблетка оставляет горький вкус на языке.

Я выхожу из вертолета.

Перед глазами завораживающая картинка.

Полный восторг.

Вокруг все красивое и невероятное. Кажется, я попала в сказку. Величественный и могучий лес.

Огромные снежинки падают на верхушки сосен и елей.

Я не успеваю насладиться великолепием увиденной картинки, как Глеб тянет меня в сторону.

Вертолет улетает. Я остаюсь наедине со зверем посреди зимнего леса. Кровь приливает к голове, а тело сковывает от ужаса.

Ты умеешь ездить верхом? — интересуется, выпуская мою ладонь. О чем это ты? — оглядываюсь по сторонам. Мужчина громко свистит и из-за опушки леса к нам выходит белая лошадь. Грациозная, с величественным видом и удивительно красивая.

— Знакомься, это Аврора, — дух захватывает от одного взгляда на благородное животное. Внутри разливается невероятное тепло Глеб, какая она хорошенькая, — глажу ее по гриве. Вот, покорми ее, — протягивает мне кусковой сахар и подсушенный кусочек хлеба — Она самая спокойная в моей коллекции и с удовольствием тебя прокатит.

Нагорный помогает мне взобраться в седло. Сам берется за поводья, и мы начинаем прогулку.

Я визжу от восторга. Первый раз я верхом на лошади. Невероятные ощущения. Успокаивающий процесс, как занятие медитацией. Мы сворачивает в лес. Медленно едем по хорошо вытоптанной дорожке. Прогулка проходит неторопливо и в тишине. Я задираю голову. Из-за снега не видно неба.

Мороз кусает щеки. Ловлю ртом снежинки. Стряхиваю тяжелый снег с веток деревьев. Хочется забыть про все на свете. Оказаться в уютном домике и созерцать природу.

Незаметно наступают сумерки.

Выйдя из лесной чащи, мы останавливаемся.

Глеб отпускает Аврору.

Она найдет дорогу, не переживай за нее. Спасибо тебе, очаровашка, — обнимаю ее за шею. — И тебе Глеб спасибо, за чудесный день. Я жду от тебя другой благодарности, — он ухмыляется, а мне становиться неловко.

Мы проходим несколько метров, и я открываю рот от удивления.

Внизу, под лесным массивом стоит деревянный домик.

Нравится? — обнимает меня сзади. Да, — с трудом выдавливаю из себя от переполненных эмоций. Меня охватывают смешанные чувства. Я даже не берусь анализировать происходящее. Нагорный не перестает меня удивлятьЭтот демон искушен и очень талантлив.

В следующее мгновение Глеб подхватывает и перебрасываем меня через плечо.

Отпусти. Я сама пойду. В снегу увязнешь, волчонок, —