Хорошая моя - Ирина Ваганова

— Что же это ты, Федос, взялся чужих девушек охмурять? Друг, называется!

Что началось! Кирилл, согнувшись, повалился на кровать и захохотал как заведённый. Федя запел громче, почти закричал, прибавив мощи аккордам. Вид принял насмешливый, даже издевательский. Ярослав, сжимая кулаки, медленно надвигался на гитариста. Вся эта иррациональная обстановка напугала Машу, она обошла разъярённого блондина и стала продвигаться к выходу, но была поймана за локоть:

— Погоди-ка, у меня к тебе есть вопросы.

— А у меня нет ответов! — крикнула девушка, резко рванулась и выбежала из комнаты.

Пусть между собой разбираются! Она не желает участвовать.

Вихрем пронеслась к выходу на лестницу. Пробежала пару пролётов, когда сверху послышались быстрые шаги. Погоня! Судя по звуку, Ярослав прыгал через ступеньку. Устраивать ипподром в длинном коридоре совершенно не хотелось, Достигнув своего этажа, Маша резко свернула направо и заскочила на кухню. Все занимавшиеся готовкой девушки синхронно повернулись. Надя застыла, подцепив блинчик, удивлённо наморщила лоб:

— Маша?

— Меня здесь не было! — громко прошептала та и нырнула в угол с мусорным баком, спрятавшись за выступом стены.

Надя успела перевернуть блин и потрясти сковороду, выравнивая его, как в дверном проёме появился следующий персонаж. Зрительницы перевели взгляды на него, едва сдерживая ехидные улыбки.

— Ясик? — с той же интонацией произнесла Надя.

— Где Маша?

Девушка фыркнула:

— Я за ней не присматриваю. А что?

Другая девушка — яркая и шумная Зоя — сняла с плиты большую кастрюлю и двинулась на мнущегося у порога парня:

— Посторонись! Ошпарю.

— Куда она делась? — растерянно бормотал Ярослав. — Не могла так быстро по коридору пробежать. Может, в туалете прячется?

— Так по третьему, наверное, — с издёвкой ответила Зоя, — по той лестнице спустилась, да и делов. Тут никто не мелькал.

— Точняк! — голос Ярослава удалялся.

Надя поспешно сняла последний блин, бросила его на горку готовых, схватила тарелку и побежала догонять:

— Ясик! Глянь, сколько я блинников напекла! Зайдёшь чаю попить?

Маша, продолжая прижиматься спиной к холодному кафелю, облегчённо вздохнула, улыбнулась оставшимся девушкам:

— Спасибо!

— Слышь? — Зоя успела отнести кастрюлю и вернуться. — Идём ко мне.

— А? — Маша выбралась из-за мусорного бака.

— Он у твоей двери торчит, — пояснила Зоя.

Осторожно выглянув. Маша увидела стоявшего спиной к ним Ярослава и застрявшую на своём пороге Надю, пока не успевшую заманить парня в гости. Пришлось Маше воспользоваться Зойкиным приглашением и шмыгнуть за ней в комнату напротив кухни.

* * *

Это была двушка, вторая кровать в разобранном виде стояла у стены, завешенная общежитским покрывалом.

— Одна живешь? — удивилась Маша, усаживаясь в торце стола, невольно потянула ноздрями пахнущий томатом пар над кастрюлей.

— Ага, — Зоя достала с полки глубокие тарелки, отложила в сторону крышку и начала разливать ярко-бордовый очень густой суп. — Здесь ещё одна жиличка прописана. Она к мужу переселилась, на всякий случай место держит.

— На какой случай?

— Чего только не бывает, а тут как-никак угол, — подав гостье ложку и ломоть белого хлеба, хозяйка уселась напротив и подмигнула. — Ты чего от Ярослава бегаешь? Приставал?

Маша смутилась, понимая, как нелепо выглядела, стоя за мусорным баком на кухне:

— Сама не знаю. Слышу, догоняет меня, вот и рванула.

— Так, может, надо было, чтобы догнал?

— Может, и надо, — пожала плечами Маша, помешивая горячий суп.

— Ты на него особо не рассчитывай. Ясик у нас такой.

— Какой?

— Только новенькая заселяется, он тут как тут.

— Дон Жуан?

— Чего?

— Ну… коллекционер?

Зоя шумно хлебнула из ложки, подняла взгляд, прислушиваясь к ощущениям:

— Не кисло?

— Очень вкусно. Рецепт запишешь?

— Легко. Тут ещё ломтик лимона нужен и маслины, но я жадничаю, и так сойдёт.

— Вполне. И так отлично.

— Он, скорее, искатель.

— Кто?

— Ярослав. Всё ищет одну единственную, а знакомится со всеми. Пока, понимаешь ли, не нашёл.

— Эм-м-м… — Маша сделала паузу и качнула головой. — Что-то такое я и предполагала.

— Хм… — Зоя взглянула на гостью лукаво. — Бегать от Ясика не вариант, только распалишь. Лучше сразу послать.

Совет несколько припозднился, от осознания этого стало неприятно. Поиграв бровями, Маша спросила:

— К тебе тоже подкатывал?

— Не, — с самым серьёзным видом ответила Зоя, — ко мне никто не подкатывает.

— Да?

Не очень-то верилось, что симпатичную, похожую на киношную колдунью девушку обходят вниманием.

— Я мужиков ненавижу. Они это кожей чувствуют.

— Чего вдруг? Э… феминистка что ли?

— Козлы. Я лучше одна останусь, чем свяжусь хоть с кем-то.

— Не все же козлы… — попыталась возразить Маша, гневный тон собеседницы несколько обескуражил.

— Двуличные твари, — распалялась Зоя. — Пока охмурить пытаются, одно отношение, а как получат своё, совсем другое.

— Тебя кто-то обидел?

— Меня?! Ха-ха-ха… — Зоя зло рассмеялась и покрутила указательным пальцем перед Машиным носом. — Со мной такие номера не проходят. Ты всё?

— Да. Спасибо, — Маша поднялась и потянулась к тарелкам. — Схожу, помою.

— Сиди, — махнула ей хозяйка, — ты в гостях. Я потом сама помою.

Маша послушно вернулась на место. Заметила, что собеседница хочет поделиться своей историей, приготовилась слушать.

Детство и юность девушки ей испоганил собственный отец. Он колотил жену, доставалось и дочурке. Правда, маленькая Зойка быстро научилась улавливать папашин агрессивный настрой и убегала к соседям. Маму ей, конечно, было очень жалко, но та стоически терпела мужа-буяна, на развод не подавала.

— Так и загнал её в могилу, стервец.

— Почему? — у Маши слёзы на глаза накатили, такой подавленный вид был у рассказчицы. — Неужели без всякой причины?

— Решил, что мама изменяла ему, а я так вообще чужая. Видишь? — Зоя провела рукой по пышным кудрям. — Такого костра на голове ни у кого из родни нет. Вот и придумал. Мамка божилась, всеми святыми клялась, до толку-то… Папаша как выпьет, так и пускает кулаки в ход. Не выдержала она. Померла. Мне тогда шестнадцать исполнилось.

— А после… Он одумался?

— Не знаю. И знать не хочу. Как только похоронили, я документы и кое-какие вещички схватила и дёру. Сюда вот приехала, в строительный колледж поступила. Общагу мне дали. Что ещё надо?

— А сейчас?

— Чего?

— Работаешь? На стройке?

— Не… — Зоя улыбнулась с превосходством. — В администрации. Архитектурный отдел. О как! Карьерный рост, ёшки-матрёшки. А ты где? — Услышав ответ, она захлопала рыжими ресницами. — Так ты из этих, из Лобачевских?

Маша засмеялась:

— Знаешь Лобачевского?

— Не… просто здесь институтских так называют. Их мало, парни на пятом живут, тебя-то к нам на этаж как занесло?

— Наверное, на пятом не было свободной однушки. Мне обещали отдельную комнату.

— А… понятно. Сразу скажу, это к лучшему. Там что ни день, пьянка, переходящая в диспут. Учёные — в луже мочёные, ёшки-матрёшки. Тут спокойнее.

Маша