Хорошая моя - Ирина Ваганова

— Девушка, а как вас зовут? Вы из какой лаборатории? — подпевал второй.

— Ребята! Не мешайте.

— А вы будете выступать?

— Не буду. Дайте послушать.

Прямо хоть отсаживайся! Маше, действительно, был интересен доклад Озерцовой. Именно потому, что это Колина сестра. Катя не была высокой, скорее, миниатюрной в противоположность брату. В чертах прослеживалось фамильное сходство, но выражение лица было абсолютно другим. Катя лишь вначале посмотрела в зал несколько растерянно, словно искала кого-то и огорчилась, не обнаружив. Сразу же справилась с минутной слабостью, взгляд её стал уверенным, даже дерзким. Ни малейшего волнения, ни смущения. Держала себя так, будто читала лекцию школьникам. Притом что среди руководителей представляемых проектов было немало весьма именитых учёных.

«Надо же, — удивлялась Маша, — какие они разные! Коля не сумел выучить таблицу умножения, а сестра тарахтит о сложнейших вещах так, будто пересказывает параграф учебника по природоведению. Он скромен, предупредителен, добр до крайности, а она самоуверенна настолько, что даже не затушёвывает своего превосходства. Откуда бы взяться таким качествам у молоденькой аспирантки, спрашивается?»

Дослушать доклад не удалось, в кармане завибрировал мобильник. Достала, чтобы сбросить вызов, но, увидев, что звонит мама, решила ответить. Откладывать разговор с мамулей себе дороже. Потом придётся оправдываться полчаса, если не больше. Стараясь не стукнуть откидным сидением кресла, встала и крадучись пошла к выходу. Дверь предательски скрипнула, Маша торопливо выскочила в холл, нажала кнопку ответа.

— Мам, привет, мне сейчас неудобно разговаривать…

— Что с твоей ногой?!

— С ногой?

— Сломала? Лежишь в больнице?

— Откуда такие предположения? — Маша пересекла холл, остановилась около окна, прислонившись спиной к подоконнику. — Всё нормально с моей ногой.

— Почему тогда неудобно разговаривать?

— Ма-а-а…

— Признавайся! У тебя гипс?

— Не фантазируй, пожалуйста. Я на конференции, здесь люди доклады делают. Пришлось выйти из зала, понимаешь? Хорошо, что я сбоку сидела…

Замолчала, выслушивая долгие мамины рассуждения о том, как она волнуется, и вообще, это ненормально, когда о здоровье дочери приходится узнавать из её блога.

— Ты читаешь мой блог? — удивилась Маша и зависла с открытым ртом.

Дверь конференц-зала снова скрипнула, выпуская Макса и Дена. Дурной пример заразителен, парни последовали за Машей. Синхронно махнули ей руками, прощаясь, и стали спускаться по лестнице. После них вышло ещё несколько человек. Н-да, неудобно получилось. Послышались жидкие аплодисменты, вероятно, аспирантка Озерцова завершила своё выступление. Что ж, придётся последовать примеру беглецов. Маша тоже пошла к лестнице. В данном конкретном случае убедить маму, что с ней всё в порядке, было важнее всех докладов на свете.

Мобильная связь, конечно, изобретение хорошее. Порой даже полезное. Однако иногда Маше хотелось, чтобы этого не было. Раньше ведь обходились люди как-то… письма слали друг другу. Мамино стремление контролировать каждый шаг смотавшейся в другой город кровиночки здорово мешало жить. Вот, кажется, всё выпытала, о мельчайших подробностях расспросила, пора завершать разговор, так нет, откуда-то берутся всё новые вопросы, всё новые предположения. В общем, разговор с мамой прямо как ремонт, закончить невозможно, можно только отложить.

Так Маша и сделала, сославшись на неустойчивую связь. Пообещала перезвонить из общежития. Теперь, когда рабочий день закончился, перспектива бесконечной беседы портила настроение. Шла, еле переставляя ноги, будто грузчик после трудовой смены. Обрадовалась, увидев Николая. Парень светился, не спуская с неё глаз. Она подошла, остановилась рядом с ним.

— Маша…

Как же это тепло прозвучало!

Он хотел что-то ещё сказать, но отвёл взгляд. За Машиной спиной послышался бодрый стук каблучков и звонкое:

— Колюньчик! Ты на машине? — Это подошла Катя. Смерила Машу насмешливым взглядом и спросила. — Так вот кто твоя секретная пассия?

* * *

Николай ответить не успел, сестра дёрнула плечиком, развернулась на пятках и пошагала прочь. Маша проводила её недоумённым взглядом. А познакомиться? Не?

Коля моргнул раз, другой, потом посмотрел на Машу:

— Это Катя. Она хорошая.

Не сразу ответила. Залюбовалась. Какой же он всё-таки красивый! Как ему идут джинсы классического кроя и рубашка в мелкую сине-голубую клетку. Эти оттенки отражаются в глазах, тоже делая их синими. Хотя на самом деле они серые. Понятно, что хорошо сложенного мужчину и спецовка не портит, но так гораздо лучше! Зажмурилась, собирая мысли, кивнула:

— Угу… Пойдём, что ли? Проводишь меня? Ты ведь хотел поговорить.

Как он обрадовался! Даже не пытался скрывать свои эмоции. У Маши возникло чувство, что перед ней человек, умудрившийся сохранить в себе милого доверчивого ребёнка, открытого к людям и до сих пор не осознавшего, насколько те бывают злы. Никогда! Никогда она не позволит себе поступить по отношению к Николаю дурно. Напротив, постарается быть с ним хорошей — именно такой, какой он её видит.

Сама взяла Колю под руку. Он приосанился, стал немного похож на молодого артиста, идущего за наградой — гордого выпавшей честью и сомневающегося в том, что она заслужена.

Шли по тротуару вдоль проезжей части. Мимо проносились автомобили, обдавая лёгким запахом бензина. С другой стороны тянулись глухие кирпичные стены гаражей. Коля, отвечая на вопросы, с удовольствием говорил о машинах. О людях можно было и не спрашивать. Все хорошие. Что ты с ним поделаешь? Маша немного рассказала о себе. О родном городе, о родителях, друзьях, соседях по общежитию. Как-то так получилось, что на ум шли только положительные характеристики. Даже мама с её неудержимым стремлением всё контролировать вызывала сочувствие и понимание. Колина позиция заразна?

Уже подходя к общежитию, Маша выяснила, что Николай не знает, любит ли он что-нибудь кроме автомобилей.

— Как это не знаешь? — она остановилась и посмотрела на провожатого, широко раскрыв глаза. — А музыку? Что-то ты ведь слушаешь? Джаз, поспу, рэп, классику… Хоть что-то.

Коля с виноватым видом пожал плечами:

— Нет. Как-то не довелось.

— Погоди, на концертах ты ведь бывал? Хотя бы в детстве. Наверняка здешним школьникам устраивают посещения музыкального театра Натальи Сац, например.

— Бывало. Меня не отпускали.

— Почему?

Коля опять пожал плечами.

— Я не знаю.

— А выставки, музеи…

— Ездил с папой в Политехнический.

— Предсказуемо… А здесь, в городе? Сюда ведь приезжают гастролёры.

— Н-нет. Приезжают, но я не ходил.

Вот это ничего себе! Парень вырос в двух шагах от несметных сокровищ культуры, а родители не потрудились его приобщить.

— Вот что! В эту субботу поедешь со мной в Москву. Согласен?

Какая же солнечная у него улыбка!

Коля так обрадовался, что когда Маша попросила назвать номер телефона, не сразу понял, о чём речь.

— Восемь четыреста девяносто шесть…

— Погоди! Это домашний?

— Да.

— Мобильный нужен. У тебя есть трубка?

— А-а-а… — Николай поспешно вытащил из кармана джинсов простенький кнопочный «Samsung», — этот я