Развод. Обязана стать сильной - Вера Свобода

ни в какую. Но мужик и не планировал сдаваться. Как итог, в начале декабря ожидаем появления на свет нового человека. Пол решили не узнавать, так сказать, пусть будет сюрпризом для всех.

По всему дому валяются игрушки, какие — то кубики, фломастеры. О тишине в этом доме остались только воспоминания. Одним словом хаос.

Но кто бы знал, как я завидую этому хаосу и этим разрисованным обоям. Приходя сюда, я отдыхаю. После службы в горячих точках, где столько повидал дерьма… Не смотря на то, что уже четыре года я дома, ужасы прошлого всё ещё посещают меня во снах. Не помню когда последний раз спал нормально. Ощущение тревоги со мной непрерывно и только здесь, на каких — то пару часов, я забываюсь. Здесь я любимый пони, холст, манекен, дядя, брат.

Голова выключает режим тревоги автоматически, как только переступаю порог.

Милка, моя первая жена… Нам было по шестнадцать, когда мы познакомились. Золотая медаль, после красный диплом в универе, умница, красавица. Она всегда знала, чего хочет от этой жизни. Мечтала стать журналистом. Я же… Не скажу, что совсем уж раздолбаем был, просто сама школьная программа мне была не интересна. Единственное, что было для меня увлекательным это физика и спорт. Странное сочетание, не так ли? Но именно благодаря второму, школу я окончил на четверки.

Трудно объяснить, что нас связывало. Мы были абсолютными противоположностями, что однажды притянулись и пробыли вместе девять лет.

Я служил, она в разъездах, сбор материала, интервью. Она таки стала журналистом. В конечном счете, мне пришла смс, в которой она просит дать ей развод и не чинить препятствий. Она встретила другого, то ли редактора, то ли оператора. Это было не важно. Просто он был рядом с ней, в отличии от меня. Злился ли я? А то как же. Рвался домой, хотел набить рожу этому оператору — редактору, посмотреть в глаза жене. Никто домой уехать мне не дал и сейчас я за это благодарен. Таких бы дров наломал с горяча. Но шло время, злость утихла, да и времени на неё особо не оставалось. На войне наступает переоценка ценностей. Я подписал документы и отпустил.

Мы изначально шли разной дорогой, оба ушли в работу. Семьей оставались лишь на бумаге. Не мне её было винить.

Спустя пару лет, я познакомился с Ксюхой. Мы в основном переписывались, на тот момент, это была единственная возможность общения. Как вернулся домой, сразу расписались.

Но и тут не сложилось. Пять лет и снова развод.

— Значит так, красавица — обращается ко мне сестра. Ну да, тут и не поспоришь. С такой — то прической и таким боевым раскрасом от малых. По — любому завидует. — Я тебе плов положила, котлеты и пюреху. — с пустыми руками от неё не уйдешь. Мне уж точно ни разу не удалось.

— Ты думаешь у меня еды нет дома?

— Пф, а то я не знаю. — я же говорю — Валера. — В общем, приедешь домой и сразу в холодильник всё поставишь.

— Ну ты уже совсем, как с маленьким.

— А кто ж ты? Взрослый мне тут нашелся. — я на минуточку, на семь лет старше и на голову выше. Но для неё это не аргумент. — О контейнерах молчу. — махнула она. Это да, будем честны, для них, это билет в один конец.

— Спасибо. Поеду уже. Мужу привет.

— Мг, ты только для начала в зеркало глянь и смой свой грим, красотка.

Ехал в машине, мимо шли люди, семьи. Мимо проносилась жизнь, а я ехал в свою холостяцкую берлогу. Мне тридцать семь. И вроде не старик но… Что толку? Кто со мной жить сможет? Псих без намека на выздоровления.

Психолог развел руками, таблетки оказались полностью бесполезны. Тело тут, а в голове всё так же война. Мечта, а не мужик. Кто от такого детей захочет?

— Да куда ж ты…? — ору на весь салон. Выбегаю из машины. — Тебя не научили по сторонам смотреть, когда дорогу переходишь? — говорю одно, а сам осматриваю её на повреждения. Сам тоже хорош. Раньше тормознул бы и ничего этого не было. Идиот. Кто знал, что она на светофор не смотрит. Хотя, судя по заплаканным глазам, она в целом ничего не видела. Сжалась вся, трясется, зубами чечетку отбивая. Меня испугалась? Надо было оставить пару заколок… С ними лицо добрее.

— Простите меня. Это всё моя вина. Это я… Я виновата. — смотрит на меня своими глазами… Пиздец. В самую душу проникает. Я застыл на пару секунд. Вот поверите, но во круг, как будто солнце засияло, отгоняя всю мою тьму. Кажется, я пропал.

Знак? Или как ещё это назвать? Ещё не зная о ней нихрена, даже имени, но уже знал, это ОНА. Это она, она станет моим исцелением.

У меня нет объяснения. Это не поддается логике. Ты просто чувствуешь своего человека.

— Как звать то тебя? — спросил уже в машине, очень стараясь немного приглушить свои эмоции да бы не напугать.

— Нина. — Нина… Повторял про себя. Как ей идет это имя. Нина.

— Я Арсений или просто Арс. А теперь, Нина, мы едем в больницу. Сейчас боль может глушить адреналин от происходящего но и он вскоре отпустит. Поэтому, будь хорошей девочкой и послушай взрослого дядю.

— Мне двадцать девять. — а в глазах столько боли и чую не в ДТП тут дело. С этим я тоже разберусь.

— Я и говорю. Девочка. — девочка, только бы ты свободна была. Хотя, кольца нет. На это я сразу внимание обратил. Но кто их сейчас носит? Бля… Моё будет носить. Приклею, пришью, тату набью! И себе! Как же меня кроет…

Но она никому не звонила, а в таких случаях, разве не мужу стоит звонить в первую очередь? И всё же надо проверить. Благо ресурсы имеются.

В больнице врач подтвердил то, что я и так уже знал. Насмотрелся за время службы и на переломы, и на всё остальное.

Пока нес по ступенькам, только и крутилось в голове, как я не хочу выпускать её из рук и ещё, что надо бы откормить этот Лучик. А то так и ветром сдует. Про себя, кроме как Лучик её не называл. Мой Лучик света.

Встреча с её мамой, дала понять, что мужа там нет никакого, а дети есть. Что я почувствовал? Честно? Необъяснимое тепло и счастье. Как будто вот оно, всё о чём я когда либо мог мечтать. На расстоянии «вытянутой руки». Необходимо только