Кровавая смена - Кэсси Александер

Вольф, впрочем, оставался всё тем же Вольфом в кожаном жилете и футболке, скорее мускулистый, чем мужественный. А Рэйвен по-прежнему оставался Рэйвеном, вальяжно раскинувшимся на диване в наряде пурпурно-черного цвета с ног до головы, именно такой оттенок приобретают перья некоторых птиц при правильном освещении. На нем было пальто, которое на ком угодно другом смотрелось бы как театральный костюм, спадая волнами до самых колен. Джексон подтолкнул меня вперед, чтобы я встала рядом с Ларсом, который был одет в черный деловой костюм и замер по левую руку от Рэйвена.

Ларс не выглядел пострадавшим после нашей драки, собственно, как и я. Он всё еще злился на меня, я видела это в его глазах и почти физически ощущала исходящую от него ненависть. Мне стало интересно, не переживает ли он, что я настучу на него нашему общему Хозяину.

— Кто ее в это вырядил? — спросил Рэйвен вслух, едва я заняла свое место. Я заметила, что ко мне он не обращался.

Джексон сделал шаг вперед:

— Другой одежды не нашлось, Хозяин.

Тонкие губы Рэйвена брезгливо сжались:

— Она не может убирать в туалетах в таком виде. Даже на первом этаже.

Вампирша с королевской осанкой перевела взгляд на Селин, которая извиняюще поклонилась, указав на свою более миниатюрную фигуру:

— У меня нет ничего ее размера.

Мне было трудно не закатить глаза, но я сдержалась.

Рэйвен вздохнул, словно мои проблемы с гардеробом были ниже его достоинства:

— Джексон…

Джексон шагнул вперед при упоминании своего имени:

— Если позволите, Сир моего Сира…

Рядом со мной Ларс напрягся. Возможно, он думал, что Джексон окажется слабым звеном и сдаст его. Рэйвен взмахнул рукой в воздухе:

— Сделай милость, — произнес он с максимальной иронией.

Джексон продолжил, видимо, привыкший к подобному тону:

— Я вообще не думаю, что ей стоит подниматься наверх. До того как попасть сюда, она была медсестрой.

Настала моя очередь напрячься. Я не учла, что Джексон может выдать меня вместо Ларса.

— Вполне возможно, она окажется полезной для Наташи.

Рэйвен издал задумчивый звук, пока я оглядывала комнату в поисках человека, с которым еще не была знакома. И жестокая улыбка тронула губы Рэйвена, когда он посмотрел на дверь у меня за спиной. Я оглянулась через плечо на вошедшую девушку.

— Легка на помине.

Ее черные волосы были завязаны в высокий хвост, который густой волной ниспадал на спину. У нее были отцовские ледяно-голубые глаза, его мыс вдовца на лбу и такой же орлиный нос. Одета она была, на удивление, в скромную черную водолазку, которая, как я поняла, скрывала ее шею и джинсы. На ее правом запястье висел простой браслет с покачивающимися шармами. Несмотря на ее молодость и этот повседневный наряд в стиле «свободной пятницы», я узнала ее мгновенно. Она выглядела как ее отец, Натаниэль — психопат, который заразил, а затем пустил ко дну «Мараскино». Он принес в жертву четыре тысячи невинных людей в своей попытке вырастить монстра, чтобы стереть с лица земли вампиров, похитивших ее.

Когда она увидела Рэйвена, ее лицо озарилось самой широкой улыбкой в мире. Это выглядело совершенно жутко.

— Привет, малыш, — сказала она и пересекла комнату, направляясь к нему так, словно всех остальных здесь не существовало.

— Дорогая, — ответил он, протягивая к ней руки.

Она запрыгнула на диван и свернулась под его боком, и он прижал ее к себе точно так же, как Ашер иногда прижимал меня, закрыв глаза.

Я понятия не имела, что об этом думать. Ее сходство с отцом бросало в дрожь, а ведь именно из-за него я оказалась здесь в ловушке. Но наблюдать за тем, как она нежится в объятиях Рэйвена, а он ласкает её в ответ, было всё равно что смотреть передачу про дикую природу, подглядывая за интимными повадками неведомого зверя: это одновременно ужасало и не позволяло отвести взгляд. Рядом со мной Ларс напрягся. Мне стало интересно, знал ли Ларс ее отца и пытался ли он когда-нибудь убить и ее тоже.

— Как идут дела сегодня, дорогая? — заботливо спросил Рэйвен, проводя рукой по ее волосам.

— Хорошо, я уже близко, всё почти готово, — ответила она Рэйвену, отстраняясь, чтобы улыбнуться ему. — Мне просто нужны еще два подопытных. Я хочу быть уверена.

— Конечно. Я ценю твое стремление к совершенству. — И он улыбнулся ей сверху вниз, довольный, обнажив зубы. Казалось, будто всех остальных в комнате больше не существовало. Хотя он не мог дать ей тепла или настоящей любви, я поняла, что он мог подарить ей свое абсолютно безраздельное внимание, особое умение вампиров, и она грелась в нем, как цветок на солнце. Я быстро огляделась и увидела, как скривился незнакомый мне вампир-мужчина.

Джексон пошел еще дальше. Он застонал. Она повернулась от плеча Рэйвена и посмотрела на него с раздраженным выражением лица:

— Я бы не просила их, если бы мне не было нужно.

— Ты говорила то же самое на прошлой неделе, — отозвался Джексон. Вольф едва заметно двинул рукой, останавливая его от дальнейших слов, и я буквально видела, как Джексон прикусил язык.

— Джексон просто расстроен из-за того, что ты подкидываешь ему столько лишней работы, — извинился Вольф, словно Джексон сам был не в состоянии за себя сказать.

— Вот и славно. Мне бы очень не хотелось, чтобы наши цели больше не совпадали, — произнес Рэйвен, и его тонкие губы расплылись в опасной улыбке над головой Наташи. Он снова бросил на меня взгляд, затем сжал девушку в объятиях и указал подбородком в мою сторону. — Тебе бы пригодились услуги медсестры в твоей лаборатории?

Она пожала плечами:

— Я могла бы использовать её, — сказала она, — и тогда ленивому Джексону пришлось бы искать для меня всего одного…

— Нет, она нужна мне живой, по крайней мере, пока. Я имел в виду в качестве помощницы. Я переживаю, что ты слишком много работаешь.

— Разумеется. Я хочу, чтобы для тебя всё было идеально, — сказала она без малейшего намека на коварство.

— Знаю. Но если она тебе хоть немного поможет, у тебя появится больше времени для меня.

Выражение её лица стало умилительно нежным.

— Мне бы этого хотелось.

— Значит, решено. — Рэйвен перевел взгляд на меня. — Ты будешь делать всё, что велит тебе Наташа, — приказал он. Я почувствовала, как этот приказ прошил моё тело, словно он только что высек его на моих костях.

Наташа повернулась, чтобы разглядеть меня, и мой пульс бешено заколотился. Я