Красный Сокол - Аврора Пайель

на коленях перед смуглым юношей. А вот и раненый боец. Я осматриваюсь по сторонам. Странно… Ян сказал: «ребята столкнулись», но здесь только один. Где же остальные? Вот черт. Меня посещает неприятная мысль. Я пытаюсь не думать об этом, но не могу. Я не видела, чтобы Вест выходил.

– Смотрите, кого я привел! – кричит Ян. – А вот и доктор Чарли!

Немного смущенная, я натянуто смеюсь. Как-то мне не по себе. Я здесь еще не была… Так, пути отступления – две двери. Глазами умоляю брата о помощи, но он только улыбается и кивает.

– Это Чарли, моя сестра, – говорит он тренеру. – Она учится на медсестру.

Заметив наконец мое беспокойство, Билл подходит ко мне.

– Не волнуйся, Чарли, тут безопасно, – шепчет он мне на ухо.

Я стараюсь держать себя в руках. Манила расписывает присутствующим мои медсестринские таланты. В двери вдруг появляются две фигуры. Я быстро оборачиваюсь. Вот черт. Кажется, это кто-то с темно-голубыми глазами. Притворюсь, что меня это не волнует.

– Спасибо, что пришла, Чарли, – говорит Малкольм. – Мне удалось дозвониться до нашего спортивного врача, но она сейчас в другом конце кампуса: кто-то из чирлидерш ногу сломал. Она согласилась поставить диагноз по видеосвязи, но я вряд ли смогу провести осмотр. Может, ты попробуешь?

Малкольм набирает номер врача. Я склоняюсь над Джорджем. Вдруг рядом появляется Вестон с каким-то рыжим парнем.

– Как это произошло? Ты упал? – спрашиваю я, словно опытный медик.

– Нет, получил клюшкой. Вот сюда.

Я осторожно беру руку Джорджа, чтобы осмотреть ее. Порез чистый, удар, судя по всему, был сильным.

– Какое точное попадание – прямо между перчаткой и налокотником, – шепчу я себе под нос, продолжая осмотр.

– Спортивный азарт, – устало вздыхает тренер. – Вот что бывает, когда игроки слишком увлекаются.

Я бросаю взгляд на Веста и его рыжего приятеля. Кто из них? Конечно, кое-кто бывает слишком импульсивным, но не значит, что в произошедшем виноват он.

Вест ловит мой взгляд, и я тут же отворачиваюсь. Так, Чарли, не отвлекайся. Ты осматриваешь пострадавшего.

Наконец из телефона тренера звучит голос доктора Аманды. Дальше все просто: она говорит – я делаю. Через несколько минут я встаю, вполне уверенная в диагнозе.

– Это просто порез. Довольно глубокий, но швы накладывать не нужно. Антисептик, бинт – и все заживет. Тем не менее боль может сохраняться в течение нескольких дней. Если заметишь какие-то ухудшения – сразу к врачу.

Джордж благодарит меня.

– Хорошая работа, Чарли, – замечает тренер. – Кажется, на третьем курсе у вас должна быть практика. Ты еще не решила, где будешь ее проходить? Может, пойдешь к нам, в «Хаски»?

– Как это – «к вам»?

– У врачей при университете высокая загруженность. Нам не помешает толковый медик. Разумеется, под руководством доктора Аманды. У нее полно дел: баскетболисты, бейсболисты, легкоатлеты, чирлидерши… Ее не дождешься. Думаю, она будет рада помощнице. Мы как-то с ней говорили об этом. Она давно хочет нанять стажеров, чтобы они помогали ей с разными клубами. Ну, что скажешь?

Вроде неплохо, но как быть с Вестом? Нет, мне, наверное, стоит немного подумать…

– Отличная идея! – восклицает Билл.

О нет…

Билл, сам того не зная, только что подписал мне смертный приговор.

– Тебе же нужно где-то пройти практику, – говорит Билл. – А я здесь всех знаю, они парни хорошие. Уверен, тебе у нас понравится.

В ответ я улыбаюсь, хотя хочется кричать. Мне стыдно даже смотреть на Вестона – не то что проводить с ним по два часа несколько раз в неделю.

Наконец тренер отпускает Джорджа в раздевалку. Билл, как настоящий капитан, предлагает ему помочь, а Манила, как идеальная подруга, несет их вещи. Итак, все уходят, и я остаюсь одна с Вестом и этим рыжим парнем – тренер попросил их сложить снаряжение. Замечательно. Пытаюсь смотреть куда угодно, лишь бы не на Веста. Эх, умела бы я телепортироваться…

– Так ты сестра нашего капитана? – спрашивает рыжий, собирая пластиковые шайбы. – Чарли, верно?

Я молча киваю.

– Команда Крофт в полном составе. А что, клево! Я Джимми.

Пожимая ему руку, говорю, что счастлива принять предложение Малкольма. От пристального взгляда Вестона у меня по позвоночнику пробегает дрожь. В надежде поскорее уйти отсюда принимаюсь помогать с уборкой.

– Я думала, вы все время на льду, – говорю я.

– Нет, тренер считает, что смена обстановки может быть полезна. Кроме того, Вестону пока нельзя играть на льду. А ему тоже надо тренироваться.

Я поворачиваюсь к Вестону – в горле стоит ком. Интересно, о чем он сейчас думает?

– Долго еще продлится отстранение? – нарушаю я неловкое молчание.

Если нам придется видеться… Надо как-то сгладить углы.

– Три дня. С субботы он снова сможет играть, – поясняет Джимми.

Я киваю.

– Так… Что же случилось с Джорджем?

– Да так, бывает, – пожимает плечами Джимми и выходит в коридор, волоча за собой мешок с собранными шайбами. Мое сердце вдруг начинает стучать быстрее, грудь сжимает тревога. Теперь здесь только мы. Я и Вест.

Осталось убрать с пола обручи. Я подбираю их, чтобы занять руки и мысли, а потом останавливаюсь, почувствовав, что Вест стоит у меня за спиной. По коже пробегают мурашки. Не дыша, я оборачиваюсь. Он угрюмо смотрит на меня.

– В чем дело?

– Джордж… Ты подумала, что это я?

В его мрачных голубых глазах – страшное бушующее море.

Он делает шаг вперед, и мне приходится поднять голову.

– Разве не так?

Какое-то время мы молча смотрим друг на друга, пока он не издает нервный смешок. Я раздраженно вздыхаю:

– Что ты хочешь мне доказать, Вестон?

– Ничего. Ты ответила на мой вопрос.

Он собирается уйти, но я останавливаю его:

– Нет, не так. Доволен?

Он стоит напротив меня, сложив руки на груди.

– Да ну? Ты ведь сразу подумала, что это я – так бы решил любой на твоем месте. Ты же слышала, что обо мне говорят? Я будто избил беднягу Марка. Кто, если не я?

Я качаю головой и говорю тихо:

– Почему ты так себя ведешь?

– Как?

– Как полный придурок! Сколько можно – перестань!

Его губы растягиваются в кривой ухмылке. Он подходит и наклоняется ко мне:

– Может, это лучше кому-то перестать сплетничать?

– Мне просто было любопытно… Я не сплетница! Если тебе интересно, мне плевать, что о тебе говорят. Я не верю в это. Иначе зачем бы стала преследовать какого-то отморозка? Сам подумай.

Вестон хмурится. Он замолкает и даже, кажется, немного успокаивается.

– Тебе было любопытно, хм. С чего бы это?

– Не знаю. А что, это запрещено?

Он смеется, и на