Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Мы тоже очень скучаем по тебе и не забываем о тебе. Нам всегда неспокойно, когда мы уезжаем так далеко и оставляем тебя одну.

— Все в порядке, мама, у меня все прекрасно, — скромно улыбается Наталия, заправив за ухо выпадающие из забранных на верх волос тонкие пряди. — Не в первый же раз остаюсь одна… Деньги у меня есть, и я всегда смогу что-то приготовить и найти чем занять себя.

— Ты же знаешь, что нам нужно было уехать, чтобы подготовить твою бабушку к переезду и сходить с ней к некоторым врачам.

— Конечно, знаю… Кстати, как там бабушка поживает? С ней все хорошо?

— Слава богу, да. Твоя бабушка держится стойко и, как всегда, смотрит на жизнь с оптимизмом.

— Здорово, — с легкой улыбкой выдыхает Наталия. — А как папа? Как ты сама?

— У нас тоже все хорошо, — скромно улыбается Летиция. — Не беспокойся о нас.

— Я никогда не скрывала, что мне небезразлично то, что происходит в моей семье, и искренне беспокоюсь за тебя с папой и бабушкой.

— Не надо переживать, дочка. Очень скоро твоя бабушка поправится. А когда мы привезем ее сюда, то ты сможешь видеться с ней сколько пожелаешь и сможешь помогать мне и отцу, когда мы будем работать.

— Жаль, что вы так и не согласились взять меня с собой. Вместе мы бы быстрее справились со всем, и вам бы не пришлось возить кучу вещей, которые я могла бы перевести сама.

— Нет, солнце мое, не думай об этом. Тебе незачем посвящать все свое время бабушке и забывать о своих подружках и возлюбленном. Ты молодая и должна хорошо проводить время и общаться с людьми своего возраста.

— Я знаю, но для меня это было бы совсем не в тягость.

— Мы знаем. Но если ты захочешь помочь, то сделаешь это, когда твоя бабушка уже будет жить с нами.

— Ну хорошо… — тяжело вздыхает Наталия. — Пусть будет по-твоему…

В разговоре на пару секунд воцаряется пауза, во время которого Наталия окидывает грустным взглядом всю гостиную.

— Что-то ты какая-то тихая… — задумчиво отмечает Летиция. — С тобой все хорошо, дорогая? У тебя какой-то голос грустный и подавленный.

— Э-э-э, да, со мной все хорошо, — энергично кивает Наталия, пока ее голос слегка дрожит.

— Неужели твое настроение так и не улучшилось с того дня, когда мы с твоим отцом прощались с тобой в аэропорту?

— Нет, мама, у меня хорошее настроение, — неуверенно лжет Наталия, проведя рукой по своему усталому, слегка бледному лицу. — Мне просто надо немного поспать… Я не очень хорошо выспалась сегодня…

— Да? А вот я не думаю, что ты в порядке! Для меня и твоего отца не секрет, что с тобой уже давно что-то происходит! И ты знаешь , что я имею в виду.

— Мама, пожалуйста, давай не будем об этом, — устало вздыхает Наталия, встает с дивана и идет к себе в комнату.

— Нет, Наталия, мы не закроем этот разговор, пока ты не расскажешь, что с тобой случилось, — уверенно заявляет Летиция. — Прекрати так откровенно лгать! Я – твоя мать и могу понять, когда ты лжешь, а когда говоришь правду.

— Но я не лгу! Со мной все в порядке!

— Если хочешь, ты можешь продолжать лгать своим друзьям и знакомым. Но меня и Энтони ты точно не обманешь! Ты прекрасно знаешь, что лжешь, но пытаешься сделать вид, будто ничего не происходит. Только вот ты совсем не умеешь это делать и никогда не могла скрыть свои эмоции и чувства.

— Нет, мама, не говори так! — с жалостью во взгляде умоляет Наталия. — Я никогда не лгала тебе и всегда рассказывала все, что со мной происходит.

— Однако сейчас ты ничего не говоришь. Даже слепой и глупый мог бы понять, что ты что-то скрываешь. Уже все твои друзья давно заметили, что с тобой что-то не так и видят, как откровенно ты лжешь им. Только ты отказываешься это признать и продолжаешь упорно молчать по какой-то причине.

— Мама…

— Что ты так усердно пытаешься скрыть? Зачем тебе надо обманывать всех и заставлять думать, что ты – лгунья? Я не понимаю!

— Но я не…

— Учти, Наталия, когда я и твой отец вернемся домой, то мы заставим тебя объяснить то, что произошло с тобой около четырех-пяти месяцев назад, — резко перебивает Летиция. — Мы не сомневаемся в том, что именно с того момента и начались все твои проблемы. До того времени ты была нормальной и переживала только лишь из-за своей бабушки Адрианы.

Глаза Наталии бегают из стороны в сторону, а она сама начинает слегка дрожать, вспоминая что-то, что как раз произошло в то время.

— Э-э-э, п-пять месяцев назад? — дрожащим голосом неуверенно переспрашивает Наталия. — Но, мама… Почему ты считаешь, что со мной что-то произошло именно пять месяцев назад?

— Потому что так оно и есть! — немного раздраженно, со злостью бросает Летиция. — Уж твой отец прекрасно видел все изменения, ибо в тот момент он был рядом с тобой. А ему уж точно незачем лгать, да и я сама прекрасно вижу, как ты пытаешься увернуться от ответа.

— Прошу тебя…

— Сейчас я даже не говорю про твои отношения с Эдвардом, в которых тоже не все гладко. Меня они волнуют гораздо меньше. Пока что для меня самое важное – это узнать, что ты скрываешь так долго, и почему все это время молчишь.

Наталия нервно сглатывает, чувствуя, как сильно у нее сжимается сердце. Мысленно она уже несколько раз дала себе пощечину за то, что она врет своей матери. Девушка всегда старалась говорить ей правду, но сейчас есть что-то, что мешает ей назвать причину, по которой она вынуждена молчать.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — с испугом в широко распахнутых глазах дрожащим голосом врет Наталия.

— Не зли меня,