Клыки - К. Л. Спир

— Ты выбил дерьмо из Зипа, когда я сидела в одиночке?

Он улыбнулся, но от мрачной жестокости в его улыбке у меня перехватило дыхание.

— Да.

— Ты не выглядел раненым… под сторожевой башней.

— Я и не был ранен. Он даже не попал в меня. — Он сказал это так небрежно. — Но я должен был убить его. Не думай, что я повторю эту ошибку снова.

Я вздрогнула и увидела, как расширились его зрачки, когда он проследил за этим. Затем он резко наклонил голову, его взгляд стал отстраненным.

— Сэм идет посмотреть, почему так чертовски долго.

— Что? — прошептала я, моя голова все еще кружилась.

— Предполагалось, что я отведу тебя обратно в лечебницу. — Он встал и протянул руку.

Я взяла ее и позволила ему поднять меня на ноги, но он не отпустил меня. Мой пульс участился, когда он поднес мою руку к своему лицу и нежно прижался губами к костяшкам пальцев. Я чувствовала бушующее море в его глазах у себя в груди, эмоции и магию, сталкивающиеся друг с другом. Его глаза резко расширились, дыхание перехватило.

— Твои глаза светятся, — пробормотал он с чем-то похожим на благоговейный трепет в голосе.

Я забыла, как дышать.

— Ты уверен?

Его губы дрогнули.

— Чертовски уверен. Они похожи на жидкое золото.

Казалось, все мысли вылетели из моей головы, оставив только стук моего сердца, эхом отдающийся в пустой комнате.

— Это, наверное, самая красивая вещь, которую я когда-либо видел, — сказал он, подходя ближе и наклоняя голову, чтобы изучить их. — Такое когда-нибудь случалось раньше?

Его лицо было так близко к моему, что у меня задрожали ноги.

— Пару раз, — сумела сказать я хриплым голосом.

Его глаза сузились, и я приготовилась к новым вопросам. Затем он выпрямился и отпустил мою руку, делая шаг назад. Секунду спустя я услышала, как к двери приближается звук сапог. Сэм просунул голову и нахмурился, глядя на нас.

— Мак, какого хрена? Мы все ждем вас двоих.

Мак ухмыльнулся, и это выглядело немного застенчиво. Это было очаровательное выражение на его обычно серьезном лице.

— Извини, отвлекся на разговор.

Сэм закатил глаза:

— Ну, давай.

Когда мы последовали за ним к двери, я опустила щит достаточно, чтобы спросить Мака:

— Мои глаза все еще горят?

Он взглянул на меня.

— Нет, они снова зеленые.

— Не могу дождаться, когда увижу твое лицо, Пирожок, — сказал Сэм, отступая назад и обнимая меня за плечи.

— Почему? — спросила я с подозрением.

— Вот увидишь, — ухмыльнулся Сэм.

43

Сэм уговорил меня позволить ему повязать платок на глаза, прежде чем мы подойдём к лечебнице. Он взял меня за руку, чтобы вести, но после того, как я несколько раз споткнулась о разные препятствия, а он «не заметил», Мак взял меня за вторую руку — переплёл свои пальцы с моими, и у меня ёкнуло сердце. Его ладонь была тёплой и шершавой от мозолей. Сэм всё ещё болтал, но я не слушала — всё моё внимание было сосредоточено на руке Мака в моей. Словно догадавшись об этом, он медленно провёл большим пальцем по тыльной стороне моей ладони, и всё тело покрылось мурашками.

Сэм остановился, и я, настолько поглощённая своими ощущениями, едва не врезалась в него.

— Ну что, готова? Постой, Мак, можешь снять повязку? Хочу увидеть её лицо.

Я понятия не имела, что сейчас увижу, и от этого нервничала ещё сильнее. Мак обошёл меня сзади и положил руки на плечи.

— Готова? — тихо спросил он, наклонившись к самому моему уху.

Моё тело точно было готово к чему-то — я чувствовала, будто вот-вот вспыхну, и это ужасно меня смущало, — но всё же кивнула. Мак начал развязывать платок, повязка упала, и я уставилась на открывшуюся передо мной картину, приоткрыв рот от изумления.

Моя команда, Вольф и «Клыки» стояли у лечебницы и улыбались мне, а я не знала, на что смотреть в первую очередь. Лечебница стала больше — к ней пристроили целое чёртово крыло! Похоже, добавилась как минимум одна комната, а само здание стало в два раза больше. С другой стороны аккуратный выбеленный деревянный забор окружал огород с ровными грядками. В углу примостилась небольшая теплица с прозрачными стенами и жестяной крышей.

Я смотрела и смотрела, разум отказывался верить в увиденное. Где-то вдалеке я слышала, как Сэм что-то спрашивает, но не могла сосредоточиться на словах.

— Эм? — большие ладони сжали мои плечи, и перед глазами возникло лицо, заслонившее обзор.

Я сфокусировалась на Маке: его брови были нахмурены, а взгляд изучающий — он явно волновался. Только тогда я осознала, что по лицу у меня текут слёзы.

— Это слёзы радости? — мягко спросил он.

Я кивнула, всё ещё слишком потрясённая, чтобы говорить. Сэм с другой стороны театрально вздохнул и протянул мне платок.

— Хочешь подойти поближе посмотреть?

Я снова кивнула, вытирая лицо, и он улыбнулся.

— Пойдём. — Мак снова переплёл наши пальцы и потянул меня вверх по небольшому склону.

Мне хотелось не отпускать его руку, но Вольф тут же обнял меня, едва я к ним подошла, и оторвал от Мака.

— Сначала загляни внутрь, — с улыбкой сказал Вольф.

Он повёл меня внутрь, а я по-прежнему только и могла что таращиться по сторонам. Они прорубили ещё два окна, и тёплый солнечный свет лился сразу с нескольких сторон.

— Все окна открываются — летом здесь будет хорошая вентиляция, — объяснил Вольф. — А вот и пристройка.

Он подвёл меня туда, где раньше стоял вольер, но стену убрали, устроив широкий проход в новое крыло. Я оглянулась на большое пустое пространство слева от входной двери — там, в углу, теперь стоял вольер и стопка деревянных стульев. В новой пристройке был коридор, от которого отходили три двери. Вольф открыл первую и ввёл меня внутрь. У стены стоял мой комод, а на новом самодельном каркасе — мой матрас. Здесь тоже было окно. Пахло свежеспиленным деревом.

— Это твоя комната, — сказал Вольф. — Мы сделали замок изнутри, чтобы у тебя была возможность уединиться, когда понадобится.

— Мы ещё и новый каркас для кровати сделали, — добавил Мак, прислонившись к дверному косяку. — Потому что Мадам забрала старый, когда ты ушла.

— А под кроватью выдвижная койка, — Вольф присел, приподнял одеяло Трея и показал, как из-под моей кровати можно выкатить ещё одну. — Я не знал, переберется ли Роу к тебе насовсем, но так у тебя будет запасное место, если понадобится.

Это была только первая из трёх комнат, а я уже едва