Файрс-Крик - Д. М. Хендерсон

Джонас показал Ривер, как проверить предохранители, а я пошел взглянуть на нашу временную подпорку, поставленную прошлой ночью. К счастью, там оказалось не так уж плохо, ветер не был таким разрушительным, как во время прошлой бури. Похоже, горы в этот раз защитили наш маленький уголок мира.

Я встретил их у конюшни. Алекс трусил рядом, не отходя от пяток Ривер, — он явно к ней прикипел. Я распахнул ногой дверь амбара и зашел внутрь проверить лошадей. И тогда я это увидел. Едва заметное пятно крови на перегородке соседнего стойла. Стойла Скаута. Лошади, которая предназначалась для Ривер. Какого блять хуя?

— Джонас! Иди сюда. Смотри. Кровь.

Когда он поспешил ко мне, звук, ударивший нам в уши, заставил нас обоих замереть на месте. Этот знакомый, высокий, звонкий ржущий зов. Да ну нахуй.

Джонас мгновенно поднял засов стойла Скаута, и, конечно, блять, вот она. Лежит, совершенно измотанная, а ее изящная шея мягко изгибается вокруг темного силуэта. И там, прямо перед нами, уютно прижавшись к матери, лежал крошечный серый жеребенок.

— Охренеть, — пробормотал Джонас. Он медленно шагнул вперед, входя в стойло с открытой ладонью, протянутой к кобыле.

— Похоже, теперь понятно, почему она вела себя как капризная сучка, — рассмеялся я. Ривер шлепнула меня по руке и осторожно зашла в стойло, чтобы проверить Скаута.

— Ты знал, что она была беременной? — спросила она.

— Понятия, блять, не имел. Похоже, это делает нас бабушкой и дедушкой, — ответил я, качая головой в полном недоумении.

Джонас провел рукой по белой проточке на морде Скаута, нежно поцеловал ее в мягкие губы и только потом повернулся к выходу.

— Оба выглядят здоровыми. У нас мальчишка. Нужно будет позвать Хадсона, чтобы он их осмотрел, но пока давайте дадим им отдохнуть, — сказал он и вышел из стойла.

Мы втроем, и Алекс Всемогущий, пошли за ним и взялись за проверку изгородей на границе участка. Густая грязь облепила мои Ariats, пока я шагал через загон. Джонас шел следом за мной, а Ривер замыкала цепочку, и ее новый напарник держался прямо у ее ног. Солнце беспощадно жгло плечи, и капли пота начали выступать у меня на лбу. Мы уже провели здесь несколько часов, но впереди оставалось еще немало работы. В спешке, убирая последствия, мы напрочь забыли поесть. Не знаю, как у остальных двоих, но мой желудок злобно урчал, и мне срочно нужно было вцепиться зубами в один из Ханниных огромных завтраков. Завтрак на обед — всегда уместен.

— Я вернусь в дом и проверю скот. Ты справишься с оставшимися заборами? — спросил Джонас, подходя ко мне вдоль линии ограды.

— Да, иди. Забери с собой Пич. Она сможет проверить Скаута и жеребенка, — ответил я.

Джонас кивнул, снял акубру и провел рукой по волосам, уже влажным от пота. Он сократил расстояние между нами, его стойка была расслабленной, когда он наклонился чуть ниже, чтобы встретиться со мной взглядом. Он был выше меня всего на пару дюймов, но телосложение у него было почти вдвое мощнее. Я был подтянутым и мускулистым, но он был ебаный качок.

— Ты что, командуешь мной, Тедди? — спросил он с ухмылкой, игриво приподняв брови, вторгаясь в мое пространство.

— А если и командую? — парировал я, дыхание перехватило, когда он опьянил мои чувства. Он был так близко, что я чувствовал, как его член дернулся в джинсах.

— Это очень плохая идея, детка.

Его глаза потемнели, и его руки вцепились в мои волосы, когда его рот жадно завладел моим. Поцелуй был неаккуратным. Голодным. Первобытным. Он не был нежным, он был ебически властным.

Наконец он оторвался. Мы оба стояли, тяжело дыша, и безмолвно смотрели друг на друга. Я скользнул взглядом мимо него и увидел Ривер, которая запросто облокотилась на ближайший столб изгороди и лениво чесала Алексу за ухом.

— Добро пожаловать обратно на землю, вы двое, — хихикнула она. Ее брови забавно заходили вверх-вниз, пока она качала головой. — Не останавливайтесь из-за меня, я увижу тебя дома, — она ткнула пальцем в Джонаса и с лукавой ухмылкой повернулась, чтобы уйти, а Алекс тут же засеменил за ней. Ее шаги постепенно стихли, и вскоре она скрылась из виду.

Руки Джонаса обхватили мое горло, и он наклонил лицо так близко, что наши губы слегка коснулись друг друга. Только на этот раз его глаза были темными и безумными, хотя все так же блестели из-под густых ресниц.

— Хочешь узнать, кто здесь главный? Встань на колени, — приказал он, и хватка на моем горле ясно показала, в каком направлении он хочет меня опустить. Его властная сторона сводила меня с ума, превращала меня в дикого, неуправляемого зверя.

Не колеблясь ни секунды, я сделал то, что он сказал. Возможность оказаться во власти Джонаса, позволить ему полностью контролировать меня, была слишком соблазнительной, чтобы ее упустить. Ему даже не пришлось приказывать мне расстегнуть пряжку ремня или молнию на джинсах. Нет, это я сделал сам, выпуская его член из-под белья прямо к своему лицу.

Грубая рука Джонаса скользнула с моего горла и ласково провела костяшками пальцев по моей щеке.

— Такой хороший мальчик для меня. А теперь соси.

И. Я. Сосал. Потому что я должен был доставить ему удовольствие.

Мелкие капли пота выступили у него на лбу, когда он начал загонять себя глубже в мое горло.

— Господи, ты такой. Блядь. Охуенный, — выдохнул он с каждым мощным толчком. Его член пульсировал, полностью уходя в меня. Я сжал его мускулистую жопу, чувствуя, как она напрягается при каждом движении. Глаза защипало от слез. Он был, ебать, здоровым. И таким, пиздец, вкусным.

Джонас вырвал свой член из моего рта. Его тело затрясло, когда из него хлестанули густые струи спермы, осыпая землю у наших ног. Я уже собирался подняться, когда его руки крепко схватили меня и рывком поставили на ноги. Господи, какой же он сильный.

Его глаза потемнели, и я ощутил, будто он пожирает меня одним взглядом.

— Ты нужен мне, детка.

Мои руки сами потянулись к его члену. Влажный след спермы и моей слюны, покрывавший его длину, делал каждое движение ладони легким и скользким. От этого ощущения кровь с новой силой хлынула к моему и без того стоявшему члену. Даже после того как он только что кончил, его размеры все равно могли соперничать с моими.

— Я, блять, обожаю твой член, — простонал я, дыхание было рваным и отчаянным. Желание гнало кровь