Сойтись с герцогом - Белла Джеймс

— Простите, я перепутала комнаты.

— В этом доме проще простого. Где, черт возьми, сейчас Рори?

— Я здесь, — раздается сдержанный, низкий голос.

Я оборачиваюсь и вижу его за дверью — руки заложены за спину, выражение лица непроницаемое. Щеки заливает румянец стыда, и мне внезапно мерещится, что у него где-то есть пульт с камерами, следящими за каждой спальней и ванной. Я опускаю взгляд, пытаясь прийти в себя, а потом снова смотрю на него — его зеленые глаза кажутся темнее обычного. Наверное, от злости.

Появляется бородатый мужчина с подносом и расставляет блюда на столе, когда мы садимся. Он отступает на шаг и ждет, пока Рори коротко кивает.

— Иди, мы сами разберемся. Передай Шоне наш привет.

— И удачи, — добавляет Джейми, прежде чем дверь закрывается. — Его жене завтра делают операцию, — поясняет он, намазывая хлеб маслом.

Значит, не совсем лишен человечности, думаю я, когда Рори пододвигает мне блюдо. Это что-то вроде ягненка в таджине, рядом — щедрая горка кускуса с рубиновыми зернами граната и салат, украшенный свежей мятой. Запах просто умопомрачительный.

— Ну вот, это уже приятно, — говорит Джейми. — Вы смотрели «Йеллоустоун»? Сидеть здесь за столом — почти как там, только нам не хватает Бет, чтобы эффектно уйти посреди ужина.

Рори приподнимает бровь и смотрит на Джейми, а тот на секунду ухмыляется.

— Ладно, своя Бет у нас есть.

— Не уверен, что Финну понравится такое сравнение, — сухо говорит Рори.

— Финн — это ваш брат? — осторожно спрашиваю я. Я не уверена, что выдержу три месяца натянутой вежливости и попыток не издать странный звук, когда глотаю.

Джейми кивает.

— Сложный средний ребенок. Долгая история.

— Никакой истории нет, — говорит Рори. Его пальцы сжимаются вокруг бокала.

— Он живет здесь, в поместье?

— Нет. Он на Бенруаре, делает виски и приручает тюленей.

— А.

— Финн — загадка, — говорит Джейми, жуя. Потом указывает на Рори. — Он у нас помешан на контроле, а я — расслабленный.

— Ты помнишь, что Эди — писательница и вполне может делать заметки под столом, да?

Я вскидываю обе руки.

— Нет, честно, не делаю.

— В платье может быть спрятано записывающее устройство.

Взгляд Рори скользит по мне чуть дольше, чем нужно, и у меня на затылке встают дыбом волоски. Я на секунду прижимаю ладони к столу, пытаясь удержать равновесие.

— Никаких устройств, — бодро говорю я, делаю большой глоток вина и стараюсь не подавиться. Мне невольно вспоминается последний раз, когда он смотрел на меня так же. — Так вы сказали, ваш брат спасает тюленей?

Джейми накладывает себе еще картофеля.

— Ага, он ветеринар по морским млекопитающим. Слишком много букв «м» для человека, который подбирает детенышей тюленей и спасает их, когда их выбрасывает на берег или бросают родители. Наверное, в этом есть какой-то глубокий символизм, — добавляет он, зарабатывая еще один убийственный взгляд Рори.

Я изо всех сил стараюсь поддерживать вежливые попытки Джейми удержать разговор на плаву, а его брат отвечает резко и сухо, не сводя с меня глаз, словно я — неразорвавшаяся бомба на противоположном конце стола.

— Джейни показала тебе дом?

Я наклоняю голову набок.

— Ну… отчасти. Она показала нижние этажи и дала карту замка, но сказала, что тут еще много всего.

— Конюшни видела?

— Конюшни? — я качаю головой. — Мы на улицу не выходили.

— Ты верхом ездишь? Могу завтра тебя вывезти, если хочешь, показать окрестности с лошади. Так проще почувствовать местность.

— Я не ездила верхом с подросткового возраста, — признаюсь я, и в животе собирается тревожный трепет. — Но, думаю, это как с велосипедом, да?

— Только если мы не посадим тебя на Раса, жеребца, — ухмыляется Джейми. — Он скорее как болид «Формулы-1», а не велосипед.

— Ничего подобного не будет, — ровно говорит Рори.

Он тянется через стол и медленно наливает себе воды, прежде чем продолжить:

— Я тебя вывезу. После завтрака.

— Тогда по дороге скажу Кейт, — невозмутимо говорит Джейми. — Она, наверное, будет рада женской компании. Подозреваю, я ей смертельно надоел, торча во дворе каждый день.

Я продолжаю есть, не находя, что сказать. Рори подливает мне вина.

— Или хочешь шампанского?

Он смотрит на меня, и его брови едва заметно приподнимаются. Я не понимаю, мерещится мне подтекст или нет.

— Красное вполне подойдет, спасибо.

— Кейт тебе понравится, — спустя мгновение говорит Джейми. — Она чертовски крутая. Только не думай, что она просто конюх. Она отвечает за весь племенной фонд, работает с лошадьми стоимостью в сотни тысяч фунтов, продает их по всему миру. — Он откидывается на спинку стула и делает глоток. — Она знает их родословные от и до. Это впечатляет.

— Эди сама все увидит завтра, — говорит Рори. — У тебя есть все необходимое? Джейни обычно держит все под контролем.

Я киваю.

— Даже блокноты.

— Она золото, — говорит Джейми. — По сути, именно она держит это место на плаву.

— Так и есть, — соглашается Рори. — Каждому поместью нужен кто-то вроде Джейни. Она на вес золота.

— И должна быть, — добавляет он. — Половину времени мне кажется, что она единственная, кто действительно понимает, какой здесь на самом деле бардак.

В его голосе слышится искренняя теплота — первая трещина в броне, которую я замечаю. Может, он и правда не совсем чудовище.

— Она держит нас в узде, — говорит Джейми, предлагая всем вино и наливая себе еще, когда мы с Рори качаем головами. — Не говоря уже обо всех остальных работниках. В общем, если тебе что-то нужно, первым делом иди к Джейни. Не знаю, как она это делает, но она держит руку на пульсе круглые сутки.

— С вами иначе нельзя, — говорит Рори, впиваясь в него прищуренным взглядом.

Джейми поднимает бокал в насмешливом тосте.

— Кто-то же должен поддерживать семейные традиции. Винный погреб сам себя не опустошит.

Рори откидывается на спинку стула и складывает руки на груди, глядя через стол с холодным презрением. Рукава его дорогой белой рубашки снова закатаны, обнажая темные волоски на предплечьях и линии татуировки с чертополохом. Я водила по ним пальцем. От этого воспоминания живот сводит.

— Право первой ночи осталось в темных веках, братишка, — отрезает он.

Джейми развалился на стуле, расслабленный, с бокалом в руке. Мой писательский мозг тут же дорисовывает сцену: он появляется со своим легким обаянием и широкой улыбкой, предъявляя права на древнее феодальное правило, по которому лордам позволялось все.

Повисает долгая пауза, а потом уголки губ Джейми дергаются.

— Я просто возвращаю в поместье атмосферу «Игры престолов».

Рори закрывает глаза и качает головой.

— Это было бы смешно, если бы я