Постскриптум: (не)люби - Юлия Вернер

Причем тут вообще я?

— Шутишь? — из моего рта вырывается нервный смешок. — Уля, я никогда не претендовала на твоих бой-френдов! Какая муха тебя укусила с утра пораньше?

Подруга снова смотрит на меня и недовольно поджимает губы.

— Думаю, тебе лучше съехать отсюда, чтобы сохранить со мной отношения.

Гляжу на подругу и не понимаю, что с ней произошло. Она ведь меня вчера сама к себе привезла и сказала, чтобы я оставалась на столько, на сколько нужно, а сейчас гонит из-за того, что на меня обратил внимания какой-то никчемный парень!

— С ума сойти, — я поднимаюсь на ноги. — Я не узнаю тебя, Ульян. Я бы с тобой так никогда не поступила, — сказав это, выхожу с кухни и иду собирать вещи, хорошо, что не все успела разобрать.

Куда мне теперь идти?

Возвращаться к отцу? Да ни за что! Уж лучше я буду жить на улице!..

Хватаю со стола телефон, я начинаю набирать номер Дмитрия, надеясь, что он подкинет мне денег на первое время, и я смогу хотя бы снять комнату в какой-нибудь обшарпанной общаге.

— Алло? — слышу сонный голос. Кажется, я его разбудила.

— Привет, — начала я, нервно расхаживая по комнате и собирая в сумку разбросанные вещи. — Прости, что разбудила, но я не могу ждать.

В трубке слышится возня и зевок мужчины.

— Что у тебя уже случилось за это утро, Катастрофа?

Черт, неужели все так очевидно?

Вздохнув, прикрываю глаза.

— Мне деньги нужны, — говорю и морщусь от того, как жалко это прозвучало. — Ты обещал заплатить мне пораньше.

— Зачем они тебе?

Я уже начинаю жалеть, что вообще ему позвонила, но просить помощи было попросту не у кого.

— Нужно снять жилье.

Мужчина хмыкает.

— Ты ведь живешь с подругой. Разве нет?

Поджимаю губы и сажусь на кровать.

— Уже нет, — отзываюсь. — Она попросила меня съехать.

На том конце слышится тяжелый вздох.

— Понятно все с тобой. Я сейчас приеду.

— И привезешь деньги? — оживилась я.

— Нет. Я заберу тебя к себе.

Я растерянно открываю рот.

— Зачем? Не надо…

— Надо. Я сейчас приеду за тобой, — и отключился.

POV. Дмитрий

Кажется, меня записали в ангелы-хранители к этой белобрысой дурехе, потому что вот который раз мчусь к ней на помощь через половину города, хотя мог просто послать подальше и продолжить спать. И чего она мне так в душу запала-то? Обычная девчонка с массой проблем, таких как она сотни, но когда смотрю в ее глаза или слышу голос, у меня сносит крышу. Снял с моста, дал работу и вот теперь ехал, чтобы забрать Полину из дома ее подруги, потому что та, кажется, выгнала ее. За что, интересно.

В который раз зевнув во весь рот, подъезжаю к дому, у которого высадил блондинку сегодня ночью и набираю ее номер, прикладывая телефон к уху.

— Вещей много? Какой этаж? — спрашиваю, не давая ей и слова сказать.

Девчонка быстро отвечает, и я отключаюсь, а затем выхожу и уверенно двигаюсь к подъезду, из которого как раз вышла молодая парочка, давая мне возможность заскочить внутрь не набирая код.

К моему удивлению Полина уже стоит под дверью квартиры в окружении сумок и нервно кусает губы, а когда видит меня, замирает, смотря на меня во все глаза.

— Чего ты на меня уставилась? — ворчу. — Бери что можешь и пойдем! — я подхватываю максимум сумок.

— Но я не могу поехать к тебе! — пытается возмутиться блондинка. — Это не правильно!

Смотрю на нее, приподнимаю бровь.

— А у тебя есть еще куда податься? Думаю, нет.

Девушка опускает голову, хватает сумку и пакет, а потом нехотя плетется следом за мной в лифт, будто на эшафот.

Она расстроена, это видно невооруженным взглядом, но я пока не тороплюсь спрашивать у нее, почему судьба в который раз дает ей пинка.

Погрузив вещи в багажник, усаживаю Полину на пассажирское сиденье, а затем прохожу и сажусь за руль, решая по пути заехать в шаурмичную, потому что есть хочется зверски.

— Рассказывай, подруга, — завожу двигатель и не спеша еду по городу. — Что опять у тебя случилось?

Отвернувшись от окна, Полина переводит взгляд на меня.

— Нечего рассказывать. Подруга выгнала меня из-за ревности к совершенно незнакомому парню, которого она притащила к себе после клуба.

Удивленно вскидываю брови.

— А у тебя с ним было что-то?

— Дурак что ли⁈ НЕТ! — возмущенно кричит девушка. — Я не сплю с кем попало!

Смеюсь, потешаясь ее реакцией.

— Успокойся, ладно? — поворачиваю налево. — Это жизнь. Теперь-то ты знаешь, что подруга у тебя фальшивая. Хорошая никогда бы с тобой так не поступила. Ругаться по таким глупостям и выставлять на улицу человека, которому в принципе некуда идти — это весомый аргумент так считать, ты не находишь?

Полина отвернулась.

— Может ты и прав, но я не заслужила, чтобы со мной так обращались, — в ее голосе слышатся слезливые нотки. — Я не виновата, что отец променял меня на новую семью и выставил за дверь. Виновата лишь в том, что не усмотрела за мамой и позволила ей убить себя. Если бы она была жива, то все оказалось бы иначе!

Я ничего не говорю. Просто продолжаю вести машину и прокручивать в голове слова Полины.

Выходит ее мать тоже покончила с собой.

— Почему она это сделала? — наконец спрашиваю, не узнавая собственный голос. — Что ее подтолкнуло сделать это?

Блондинка шмыгает носом.

— Я не хочу об этом, — говорит она. — Не сейчас, хорошо?

Пожимаю плечами, поворачивая к киоску с шаурмой.

— Как хочешь, — отвечаю, меняя тон и отстегивая ремень. — Классическую или с сыром? Не думаю, что ты успела позавтракать.

Девушка бросает на меня взгляд и на ее лице мелькает едва заметная улыбка.

— На твой вкус, — говорит она. — Спасибо.

Киваю и подмигиваю ей, направляясь к киоску.

Так вот оно что. Похоже, я просто увидел в Полине родственную душу и именно поэтому каждый раз прихожу ей на помощь. Девушка с такой же побитой судьбой, как и моя собственная, но я-то сумел преодолеть все трудности и свыкнуться, а она еще нет. Кто ей поможет, если не я? В свое время мне помог Станислав Викторович, которого у меня до сих пор не поворачивается язык назвать отцом, хотя я ему очень благодарен.

Не знаю, что послужило причиной самоубийства матери Полины, но не считаю, что она поступила правильно — эгоистка, оставившая на произвол судьбы родную дочь. Точно так же поступила и моя мать: после гибели отца, она просто убила себя. Именно я нашел ее в ванной, залитой