Диагноз на двоих - Марисса Эллер

Теперь, когда я его заметила, я не могу остановиться. Я не помню, помахала ли я в ответ, но он уже вернулся к разговору с тренером, так что, если нет, я упустила свой шанс. Белоснежные высокие конверсы Гранта выглядят на поле неуместно, как будто они так и просят измазаться в грязи. У них с тренером одинаковые спортивные футболки – белые с красными рукавами. На груди написано «Слаггерс» стандартным бейсбольным шрифтом с петлями.

Это он научил Итана скользить. Это он говорил плохие слова. Это из-за него Итан однажды пришел домой с грязью на лице.

Это про Гранта я думала, что он ничему хорошему не научит.

Они собираются в кучу, а затем начинают бегать по кругу. Я не могу не смотреть на Гранта: на то, как он стоит, на то, как смеется над чем-то, что сказал тренер.

Я смотрю на его руки – пальцы, предплечья, запястья. Я знаю, что его суставы разваливаются точно так же, как мои. Он отталкивается от забора, и левое колено его не слушается, когда он переносит на него вес тела. Он морщится, и я тоже. Я прекрасно знаю эту боль, это состояние.

Грант бросает на меня взгляд через все поле, словно смог почувствовать, чем заняты мои мысли. Он так широко улыбается, что можно сосчитать все его сияющие зубы. Мне ничего не остается, кроме как улыбнуться в ответ.

Необычно видеть его здесь, в реальном мире, где мы смешиваемся со здоровыми людьми и стараемся слишком сильно не выделяться. Грант вообще не выделяется, в смысле из-за болезни. У него очевидно есть куча поклонников в команде. Каждый ребенок смотрит на него с трепетом, как будто он по-своему завораживает. Я знаю это чувство. (Чувствую то же, что и двенадцатилетние мальчики. Фантастика.)

Они в кругу, бросают друг другу мяч. Мальчик через два человека от Итана бросает мяч Гранту, и он с легкостью ловит его. Затем он бросает его другому ребенку. Его рука образует идеальную дугу. Движение такое естественное и знакомое, как будто он был рожден для подобных бросков. В этот момент я кое-что понимаю. Грант даже гораздо любопытнее и вне контекста – вне нашей группы.

Через час тренировка заканчивается так же, как и началась, – все собираются в кучу, а затем Итан бежит назад к нам. Кэролайн встает и всасывает остатки коктейля через трубочку. Она проверяет время на телефоне и крутит ключи на указательном пальце.

– Если поедем прямо сейчас, успеем застать дома папу.

Я тоже встаю, разминая спину и слегка наклоняясь, чтобы хрустнули бедра. Крестцово-подвздошные суставы встают на место, и я начинаю двигаться. Я держусь за прутья забора, когда иду. Итан несется к воротам так быстро, что почти сбивает меня, а спустя мгновение Кэролайн снова толкает меня в плечо. Видимо, они хотят, чтобы я упала лицом в грязь.

– Смотри, – шепчет она. – К нам приближается кое-кто милый.

Сердце пропускает удар. Я к этому не готова, и часть меня надеется, что он просто пройдет мимо. Но он не проходит. Он останавливается недалеко от нас по ту сторону от забора, и пальцы, которыми я сжимаю прут, напрягаются, как будто мыслят сами по себе.

– Не знал, что вас еще больше, – говорит Грант, указывая на Итана неподалеку от Кэролайн, который размахивает бейсбольной сумкой.

– Ага. Мы не упоминаем здорового ребенка. – Кэролайн толкает Итана в плечо.

Я смеюсь и прислоняюсь головой к забору. Наверное, это совершенно неуместная фраза, но, кажется, Гранту все равно.

– Давайте быстрее, я хочу увидеть папу, пока он не уехал, – ноет Итан, уже пятясь к машине Кэролайн, Кэролайн идет за ним. Оставшись с Грантом наедине, я не знаю, что сказать, и опускаю руки вдоль тела.

Грант тоже выглядит так, словно не знает, что делать. Он просто стоит, переминаясь с ноги на ногу, как будто не уверен, какая нога его удержит.

– Что ж, увидимся во вторник, – говорю я, делая шаг назад от забора. Я все-таки уговариваю себя посмотреть ему в глаза.

Это того стоило.

– Да. До вторника. – Он оглядывает меня, и внезапно мне кажется, что мне стоило приложить больше усилий. В объемной футболке и коротких штанах для йоги выгляжу я не очень; если бы я знала, что окажусь так близко к нему, надела бы что-то получше.

Я делаю два шага, разворачиваясь на каблуках поношенных ортопедических сандалий.

– Айви? – зовет он. Его голос звучит нервно, что не помогает моей собственной сверхактивной нервной системе.

– Да? – Я разворачиваюсь и делаю шаг к нему. Снова это притяжение, совершенно невидимое и совершенно нелепое.

– Давай я запишу тебе свой номер, – говорит он, почесывая затылок. – На случай чрезвычайной ситуации на тренировке или еще чего.

Что-то внутри меня вспыхивает. А что-то другое в животе сжимается.

– Хорошо. – Я передаю ему телефон, и наши пальцы слегка соприкасаются, когда он делает то же самое. Не знаю, чего я ожидала, но его пальцы слишком теплые и идеально грубые.

Я набираю свой номер на экране и пытаюсь вспомнить, как пишется моя фамилия. Хардинг. Как у президента, который умер в должности. Х-А-Р-Д-И-Н-Г. Его фамилия – моя фамилия. Все просто, но почему-то не для меня.

Он отдает мне телефон, и я все еще ощущаю тепло его пальцев. Я снова машу рукой, потому что мой мозг и рот больше не способны производить слова. Слава богу, хоть ноги решают начать двигаться.

Когда я добираюсь до машины, Итан уже сидит на переднем сиденье.

– Ну… и что это было? – с хитрой ухмылкой спрашивает Кэролайн.

– Да ничего не было. Ничего особенного. – Я смотрю в окно, чтобы не встречаться с ней глазами в зеркале заднего вида. Включается двигатель, и бейсбольное поле исчезает.

– Айви? – спрашивает Итан, поворачиваясь ко мне. Это небезопасно. Я хочу развернуть его плечи обратно.

– Что? – отвечаю я, уверенная, что он собирается попросить меня приготовить что-нибудь странное на ужин.

– Я знаю, что Грант дал тебе свой номер. Поделишься?

– Нет. Совершенно исключено, – говорит Кэролайн, убирая одну руку с руля, чтобы развернуть Итана на место. Слава богу. – Зачем тебе его номер?

– Не знаю. – Итан пожимает плечами. – Просто он такой крутой.

– Обойдешься, – говорю я рассудительно. – Он только для чрезвычайных ситуаций.

Кэролайн усмехается.

Глава двенадцатая

Вторник, 15 сентября, 16:59

Рори: А какой картофель ты используешь для пюре?

Рори: Мама спрашивает.

Айви: Красный. Давай я лучше рецепт пришлю

Рори: Стой, существует красный картофель?

Айви: Как будто ты