Однажды и на всю жизнь - Фрида Ли

— Вы ведь не уйдете? — снова я услышал голос медсестры за моей спиной.

— Нет, — сурово отрезал я в ответ.

Девушка тяжело вздохнула и практически бесшумно закрыла дверь с обратной стороны.

Я слишком долго ждал и чтобы не произошло, я должен быть рядом со своей малышкой…

Я стоял над телом Мии, которая всё ещё находилась в медикаментозном сне и ждал, когда она наконец-то откроет свои глаза и снова наградит меня своей теплой улыбкой. Я ждал ее. Я реагировал на каждый шорох вокруг, боясь упустить этот момент.

Я хотел быть первым, кого она увидит, когда откроет свои глаза!

— Зачем ты пугаешь моих медсестер? — услышал я знакомый мужской голос за спиной.

— Саймон! — выкрикнул я, обернувшись. — Что с ней? Твои медсестры не пускали меня к ней!

— Но ты ведь всё равно здесь, — улыбнулся мне в ответ Саймон и с серьезным видом стал изучать жизненные показатели Мии на экране монитора.

— Что с ней? — прорычал я, еще сильнее взбесившись от его поведения.

— Алек, ты можешь выдохнуть. Серьезных повреждений нет. Немного истощена и ослаблена. Есть небольшое количество ушибов внутренних тканей. С девушкой все будет хорошо. Пару дней пробудет еще здесь под моим контролем и я думаю, что на этом мы завершим.

И я бы облегченно выдохнул, если бы не его тон… Он мне не понравился. Он странно повышал голос на словах: “хорошо”, “повреждений нет”. Я знал Саймона давно. Слишком давно и не менее хорошо, поэтому с легкостью мог заметить, когда он говорил мне правду, а когда нет.

— Саймон, я знаю тебя больше десяти лет и ты никогда мне не лгал. Тогда почему сейчас решил это сделать?

Не надо лгать, если не умеешь делать это виртуозно!

— Я сделал всё, что мог, Алек, — тяжело вздохнул Саймон, а у меня в этот момент холодок пробежал по коже. — И я не солгал о состоянии девушки, но вот…

Саймон замолчал и перевел свой взгляд с моего лица на бледное лицо Мии.

— Но вот, что? — как можно тише рявкнул я, не в силах больше ждать.

— Но вот сохранить беременность мы не смогли. Слишком маленький срок и удары пришлись ровно в то место, где…

— Что ты сказал? — перебил я Саймона, схватив его за воротник белого халата.

— Алек… Послушай меня, — произнёс он, стараясь сохранить спокойствие. — Она совсем еще молодая и я думаю, что произошедшее никак не повлияет на её возможность ещё иметь детей.

— Что ты несешь? Какая беременность? — спросил я, не веря своим ушам.

Этого не может быть! Моя голова пошла кругом от того, что сказал мне Саймон. Этого не может быть!

— Мне жаль, Алек, — тяжело вздохнул Саймон и мягкая ткань его халата выскользнула из моих рук.

Я хотел остановить его, задать еще вопросы, спросить его о том, всё ли он сделал, но зачем? Это ничего бы уже не изменило. Саймон мог многое, но как и любой другой человек не был всемогущий.

А вот в отличии от него, мой брат Фрэнк, кажется почувствовал себя именно таким. Он отобрал жизнь у моего ребенка, который даже еще родиться то не успел!

Мой ребенок… Чёрт! Наш ребенок…

— Твою мать! — выкрикнул я, резко сбив все горшки с растениями, которые стояли на подоконнике в коридоре больницы. — Твою мать!

Перед глаза встало детское лицо с большими зелеными глазами и забавными завитушками, которые покрывали всю маленькую головку и которую мне никогда не удастся намотать на свой указательный палец. Никогда! Потому что его больше нет! Он уничтожил то, что породила наша любовь! Он уничтожил самого безвинное существо в этой истории!

Я услышал скрежет своих зубов…

Возможно, он сейчас выиграл, возможно, он решил что действительно стал всемогущим, но он всё еще оставался смертным.

— Тебе принести воды? — услышал я голос Саймона, который все это время стоял рядом и наблюдал за тебя, как я пытался осознать всё то, что произошло с моей жизнью.

Отрицательно помотал головой и еле слышно спросил:

— Она могла знать о… ребенке?

— Думаю, что нет. Слишком маленький срок. Возможно, только первые симптомы могла чувствовать.

Она не знала, так же как и я. Я вынес ее обессиленное тело из машины, но даже понятия не имел, что в тот момент нес и своего ребенка, который так и не сумел появиться на этот свет.

Он мог уничтожить меня, но не их! Его руки слишком далеко залезли ко мне в душу...

— Ты должен дать мне слово, что она об этом не узнает! — прошипел я сквозь крепко стиснутые зубы.

— Но, Алек, я не могу.

— Пообещай мне, Саймон! Мия не должна знать об этом! С неё хватит!

— Но это неправильно! Я как доктор не могу так поступить! — возмутился Саймон.

— Поступи ни как доктор, поступи как мой друг! Прошу тебя, Саймон. — Мои слова были полны отчаяния. Это была не просто просьба, это было моё последнее желание и я хотел лишь защитить Мию от ещё одной боли.

Саймон замялся, он стал метаться между нашей дружбой и мыслями о профессиональной этике. А я хотел, чтобы он увидел, как сильно я желал уберечь мою малышку от страданий.

— Хорошо, Алек, — согласился Саймон и опустив голову и быстрым шагом ушёл в одну из палат.

Я кивнул, чувствуя, как груз немного спал с моих плеч. Взяв себя в руки и немного отдышавшись, я аккуратно приоткрыл дверь палаты, в которой находилась Мия и быстро открыл окно. Мне было жизненно необходимо сделать глоток свежего воздуха.

— Дерьмово выглядишь, Алек, — услышал я ее ослабленный голос и мурашки пробежали по всему телу.

Бросился к ее кровати. Она провела рукой по моей щеке и улыбнулась мне, а я увидел то, чего больше всего боялся — она улыбалась мне, но в её глазах больше не было того огонька, в который я когда-то влюбился. Глаза Мии потухли.

— Тебе следовало бы побриться, — прошептала она мне, проведя рукой густой щетине на моей щеке.

— А ты как всегда прекрасна, — ответил я, почувствовав как края моих глаз намокли.

— Ты лукавишь.

— Хорошо! — не смог сдержать я своей улыбки. — Мы оба выглядим дерьмово!

Мия осмотрелась вокруг и слегка приподнялась с постели. Я помог ей это сделать и заботливо поправил подушку за ее спиной.

— Больница... Ненавижу больницы...

— Твой доктор сказал, что тебе следует побыть здесь еще два дня.

Мия нахмурила свои бровки и надула губки.

Как же я скучал по ней...

— Нет, — стальным