Рыжий-бесстыжий - Наталья Александровна Буланова

Ее или свою кончину?

— Угу, — промычала я.

Еще ночью я мечтала встретить еще раз своего рыжего героя, и вот… Как говорится, будьте осторожны со своими желаниями.

Но я заметила удивительную вещь: стоило мне сесть с ним в машину и остаться наедине, как страх и паника стали отступать. Я не боялась Арсения. Мне даже стало казаться, что, если бы кто-то сейчас начал убеждать меня, что все это были галлюцинации, я бы поверила.

И только поварская форма напоминала о том, что одежда моего водителя лохмотьями валялась на полу, после того как он превратился в зверя.

— Ты что такая молчаливая? Нехорошо? — Арсений посмотрел на меня, поворачивая на светофоре, и я заметила, как он резко отвел взгляд в сторону и сдавленно спросил: — Укачивает, ядрен батон? У тебя токсикоз?

Какой токсикоз?

А-а-а, тот самый, клубный!

Я же тогда про беременность соврала, а бородачи приняли моего спасителя за отца ребенка, о чем ему и сказали. Недоразумение, которое может стать моим шансом на спасение.

— Ты мог бы остановиться? Тошнит, — попросила я.

Арс тут же припарковался, а уже через миг открыл мне дверь, поднялся на ступени пикапа и перегнулся через меня.

На секунду он замер, посмотрел мне в глаза.

Мать моя женщина, какой же он нереальный! И пахнет от него так приятно, что хочется на миг прижаться и подышать им.

Я даже ощутила разочарование, когда он щелкнул замком ремня и встал около машины с протянутой ко мне рукой.

— Возьми мою руку, ядрен… — Он запнулся, а потом продолжил: — Я помогу выйти.

А его зацепило замечание Казимира про паразитов! Тигр, кстати, не стал парковаться за нами, а со свистом шин уехал дальше.

Отказываться от руки не стала. Во-первых, чтобы не провоцировать, а во-вторых — мне просто хотелось до него дотронуться, вопреки всем страхам.

А дальше я смотрела с открытым ртом, как он провел меня в ближайшую кофейню, заказал мне чай с лимоном, которого у них не было в меню, и имбирное печенье.

Интересно, откуда он знает, чем облегчить токсикоз?

— Это поможет, ядрен ба… — начал Арс.

— Меня не смущают твои ядреные батоны, — сказала я, держа двумя руками кружку чая с лимоном.

Арсений засиял в ответ на мои слова. А потом посмотрел вниз, в район моего живота, и улыбка погасла.

По движениям губ я видела, что он хочет что-то спросить, но словно не может превозмочь себя. Он минуту боролся с собой, после чего выдавил:

— Кто отец?

Обаятельному рыжему так не хотелось врать. Особенно когда он так взволнованно на меня смотрел. И я чуть было не сказала, что соврала про ребенка, но перед глазами встал зверь с белой полосой по хребтине. Я вмиг вспомнила, что мы не два флиртующих человека. Он — непредсказуемый оборотень, который играет в неизвестную игру. Моя жизнь может быть в опасности, как и жизнь Ксю.

Вдруг у мохнатых есть кодекс чести и правило сохранения жизни беременным? Или еще что? Я должна воспользоваться возможностью спастись.

Я несколько секунд смотрела в глаза, в которых, казалось, светилась надежда на отношения, и прибила возможность романа и у себя в фантазиях, и у него:

— Тебя это не касается.

Нам нельзя, нельзя, нельзя.

Ведь, возможно, это я трактую себе его поведение как интерес ко мне. Что, если оборотни забавляются, а после съедают своих человеческих девушек? Ведь ни об одном счастливом браке не трубят в СМИ. Хотя об оборотнях вообще ничего не слышно.

Жизнь у меня одна. И я не хочу ее оканчивать так рано, какой бы харизматичный соблазн ни сидел рядом.

Рыжие брови парня оскорбленно поднялись в ответ на мои слова. Арс выпрямился и отвернулся, разглядывая прилавок с десертами. Его задело, и очень сильно. Но почему?

Я действительно нравлюсь ему? Иначе зачем он пришел в ресторан, верно? Или у оборотней может быть все по-другому и совсем другие мотивы? Например, я заказала Доборотня, а значит, подписалась быть бесплатной игрушкой для них.

Точно! Ведь все началось с моей заявки. Надо было читать условия оферты!

Так что сейчас я буду молчать, пока не разберусь в ситуации.

Неожиданно Арс так резко повернулся ко мне, что я вздрогнула и прижалась к спинке стула. А следующие его слова заставили вжаться в нее сильнее:

— Касается, ядрен батон! Если ты еще любишь отца ребенка, считай, разлюбила с момента, как встретила меня. И вы расстанетесь. В любом случае.

Он бы еще кулаком по столу стукнул, категорично и громко, но остановился в миллиметре.

— Потому что смерть нас разлучила? — сипло спросила я.

Это он таким образом говорит, что я больше не буду жить? Что он устранит всех свидетелей тайны оборотней? Что мне лучше сразу расстаться с отцом ребенка, если я хочу, чтобы папаня был жив, чтобы не вмешивать его в тайну?

Арсений посмотрел на меня, нахмурив брови:

— Возможно, ядрен батон.

Я в шоке отвернулась, стараясь не паниковать. Вот тебе и спаслась от бородачей, а попала в пасть оборотню!

Что делать-то?

Я положила руку на живот и повернулась к Арсению. Почему-то у него был вид побитой собаки.

— Убьешь меня и ребенка за то, что узнала о вас?

У рыжего глаз дернулся.

— Я, ядрен батон? — Арсений положил руку на грудь и еще раз громко переспросил: — Я?

А потом встряхнул головой, придвинул стул так, что стал развернут ко мне всем телом, и, четко чеканя слова, сказал:

— Я жилы на нити порежу тому, кто про тебя даже плохо подумает. И знаешь почему?

— П-почему?

— Потому что ты моя истинная, ядрен батон.

Что? На каком языке он говорит? Что это значит?

Я медленно покачала головой:

— Не понимаю.

Арсений достал телефон, открыл приложение «Доборотень».

— Вот смотри. Эта штука придумана для того, чтобы сверхи нашли свои пары среди людей. Там есть шкала совместимости.

— Приложение, в которое я обратилась для спасения?

— Да.

— И что за совместимость? Как для разведения, что ли?

Ужас. У них как у животных. Тут никакое обаяние рыжего не спасет. Мне хотелось бежать от него с ором.

Арс удивленно захлопал глазами, а потом так громко и заразительно рассмеялся, что меня отпустило. Как тут не улыбнуться в ответ?

— Нет, конечно! Истинная — это идеальная пара, ядрен батон. Люди этого не чувствуют, но сверхи, встретив свою половину, даже без приложения узнают ее. Как я узнал тебя.

Какие приятные вещи он говорит! Зачем же такую ковровую бомбардировку