Мой железный босс. Любовь вопреки - Анна Варшевская

— Так, трещотки, — выглядывает из своего кабинета Наталья Петровна, — вам заняться нечем?

— Наталья Петровна! — заискивающе тянет одна из девушек. — А вы же были на том благотворительном вечере! Вы ведь тоже из высокого руководства! Ну, где Марк Давидович танцевал со своей помощницей… правда, видели, да?!

— Даже если и видела, что из того? — моя начальница пожимает плечами, но я вижу, как довольно у неё блестят глаза.

Тоже та ещё любительница сплетен.

— Ой, Наталья Петровна, расскажите?! Какие они там были?!

— Да нечего там рассказывать, — она отмахивается. — А вообще… на корпоративный портал зайдите да посмотрите, там вроде выложили уже фотографии с того вечера.

Девиц как ветром сдувает. Наталья Петровна, поправив причёску, снова убегает куда-то. А я, не выдержав, лезу на портал.

Там ведь и Феликс был, я же именно там его нашла после того телефонного звонка, когда вернулась в компанию… Но не помню про эту пару. Или они ушли раньше? Хотя... я толком никого и не замечала ведь. Мне важно было с Феликсом поговорить.

Просматриваю несколько фотографий, зависая на одной. Девушка в белом немного посвёркивающем платье с полностью открытыми плечами и мужчина в чёрном костюме. Наверное, это они и есть — танцуют среди остальных гостей, собравшихся в большой круг. Феликса на фото я не нахожу и уже закрываю страничку, когда очередной вопль заставляет меня вздрогнуть.

— Аврора!

Господи, да что теперь-то не так?!

К моему столу подлетает как-то слишком быстро вернувшаяся Наталья Петровна.

— Ты что наделала?!

— Ничего, — с трудом сдерживаюсь, чтобы не поморщиться.

Что-то мне это уже надоело. Не то чтобы работа непосредственно на Феликса меня привлекает сильнее, но работать с истеричкой, которая постоянно обвиняет во всех грехах своих сотрудников — тоже удовольствие значительно ниже среднего!

— Твой отчёт!

— Что мой отчёт?

— Марк Давидович просил совсем не это! Посмотри, какой ты ужас сделала!

— Так, — решительно уперевшись ладонями в столешницу, поднимаюсь из-за стола. — Наталья Петровна, у меня нет ни малейшего понятия, что именно просил, как вы говорите, Марк Давидович! Потому что я выполняла ваше — ваше! — поручение! Я сделала то, что вы мне сказали! Какие ко мне претензии?!

Начальница краснеет так, что меня на секунду посещают опасения, что её сейчас бомбанёт гипертонический криз.

С другой стороны, если она меня уволит, всем будет легче. Или нет?

Интересно, думаю флегматично, а Феликс, если Наталья Петровна меня уволит за профнепригодность, всё-таки скажет мне оставаться при нём? Ну, как наживке?

Вот лезет же чушь в голову…

— Совсем обнаглела?! — тем временем повышает голос чуть не до уровня ультразвука Наталья Петровна. — Твоё счастье, что мне сейчас не до тебя! Быстро переделывай, чтобы всё было нормально!

И уносится в кабинет, шарахнув дверью.

— Да вашу же мать! — цежу сквозь зубы.

Что именно мне переделывать?!

Поднимаю папку, которую начальница шваркнула мне на стол, листаю. Ну и что тут не так? Понятия не имею…

— Ладно, — давлю вздох. — Пойдём другим путём.

Очень надеюсь, что у неизвестного мне, но пугающего всех вокруг Марка Давидовича вменяемый секретарь, а не второй экземпляр Марины. Но в любом случае, попытка не пытка.

Подхватив папку, выясняю, где кабинет второго по важности после Феликса человека в корпорации, и топаю туда.

— Здравствуйте, — постучав, заглядываю в просторную приёмную и поёживаюсь.

Прохладно тут, кондиционер что ли так шпарит?

— Добрый день, — девушка, сидящая за столом, поднимает на меня взгляд от экрана ноутбука, приветливо улыбается. — Я могу вам чем-то помочь? Вы к Марку Давидовичу?

— Э-э-э-э, нет, — качаю головой, прохожу внутрь.

Она вроде милая. Да и за спрос не платят. Самое плохое — просто откажет и скажет, что не знает и не может помочь. Тогда придётся терроризировать на тему правок Наталью Петровну с риском быть выгнанной к чёрту.

— Мне… — делаю глубокий вдох, решаясь. — …очень нужна ваша помощь. Моя начальница только что была у Марка Давидовича, и его не устроил отчёт… А делала его я. Вот и… а никто объяснить мне толком не может, что именно его не устроило! Может быть, вы мне можете подсказать, на что конкретно обратить внимание и что исправить?..

Девушка вдруг усмехается, но так по-доброму и с юмором в глазах, что мне как-то сразу становится легче.

А потом до меня доходит! Это же она! Она была на той фотографии, она танцевала с тем мужчиной в чёрном костюме! Значит, это и есть Марк Давидович, тот самый монстр, про которого сплетничали, и его помощница!

— Давай свой отчёт, — протягивает руку. — Ничего, если я на ты? Я Ева!

— А я Аврора, — с облегчением улыбаюсь ей. — Конечно, да, давай на ты!

— Садись, — Ева кивает на кресло рядом со столом, открывает папку. — Так, уже сразу вижу проблему, — поджимает губы. — Сейчас сначала пробежимся по самому отчёту, если я правильно поняла, что у тебя здесь. А потом я тебе подскажу по требованиям именно Марка Давидовича.

Ева действительно быстро и чётко указывает на основные моменты, которые я упустила. Я быстро записываю себе то, что нужно сделать. Какое же удовольствие слушать человека, который говорит тебе конкретику, и всё по делу! Неудивительно, что она секретарь и помощник у руководителя такого высокого уровня! Мне до неё абсолютно точно далеко!

С другой стороны, я же никогда и не хотела быть секретарём или помощницей… да и вообще не люблю все эти финансы, бухгалтерию, отчёты и прочую скукотищу.

— Давай теперь подойди ко мне сюда, за стол, я тебе покажу на электронной версии документа!

Я киваю, встаю за спиной Евы, вглядываюсь в экран ноутбука.

— Смотри и запоминай, — она щёлкает мышкой, пока я быстро чиркаю себе информацию в заметках. — Форматирование, вот это. Полуторный интервал, шрифт только такой. Отступ делай обязательно. И столбцы в таблице должны быть выровнены строго по одному уровню. Глаз тогда не цепляется за неровности, это экономит время на просмотр.

— Серьёзно? — недоверчиво смотрю на документ, покачав головой. — Господи, да сколько тут сэкономить-то можно…

— Ну, знаешь. Три секунды на столбец в день превращаются в полчаса в месяц!

Голос Евы как-то меняется, в нём даже как будто проскальзывает… нежность? Я, не сдержавшись, закусываю губу, глядя на то, как у неё смягчается выражение глаз, даже лицо кажется другим. А она объективно очень красивая, думаю вдруг. Ни косметики, ничего, это не яркая красота, но какая-то очень… элегантная, настоящая. Мне даже на секунду становится немножко завидно. Видимо, танец — это действительно не просто так. Похоже,