Дочь друга для доминанта - Чарли Энн Маар

мне нужна ты… Отвечу так — у тебя большой потенциал. Ты делаешь это, потому что нравится, ты действительно всего этого хочешь. Немного пока зажимаешься и слишком ударяешься в мораль, но в целом — это твоё. Именно такой формат отношений тебе подходит.

Он не сказал чего-то такого, чего я бы сама о себе не знала. Мне давно известно, что для продолжительной связи мне нужен кто-то особенный. Про романтические отношения и брак я уже вообще молчу.

Просто никто и никогда не видел этого во мне настолько открыто и не принимал полноценно и без осуждения.

— А если бы вы узнали, что я сплю с другими мужчинами? Это допускается? — я сощуриваю взгляд.

Вообще, я не собираюсь ни с кем спать, но просто хочу услышать ответ. Что Кавил думает по этому поводу?

— С другими мужчинами ты можешь спать с моего разрешения. И, желательно, в моем присутствии. Я люблю смотреть и люблю контролировать, поэтому делать что-то у меня за спиной не рекомендую. Но условия нашей с тобой связи мы обсудим более подробно за завтраком. Он будет готов, — Эдриан смотрит на наручные часы, — через полчаса. У тебя как раз будет время принять душ, если хочешь.

Условия?

Вот оно. Об этом говорила Кайла. И я уже думала, что никогда не дождусь.

Оказывается, дело было не в моем отце и не в том, что я недостаточно хороша, а в том, что со мной непросто заключить договор в ценовом ключе.

Но, прежде чем согласиться, я хочу послушать всё, что он скажет. Мне важно знать, что именно меня ждёт. Его страсть к фото и видео мне теперь известна, к сексу втроём тоже… Что ещё я получу? Насколько расширены его границы морали?

— Я бы не отказалась принять душ.

— Отлично, — кивает Кавил и допивает свой кофе в два глотка. — Идём, я провожу. После завтрака я бы хотел сделать несколько фото.

— Моих?

Он выгибает бровь и забирает пустой бокал из моих рук.

— Не своих же. Разумеется, твоих. Мне нужны макрофотографии твоей промежности и…

— Ясно-ясно, — я краснею.

Вроде ничего такого, ведь люди часто фоткают свои интимные части тела и отправляют друг другу. Всё дело в том, что Кавил собирается фотографировать меня сам.

И я так понимаю, если мы сойдёмся на всех условиях, делать он это будет часто…

Глава 23

Эль

Душ в доме Кавила выдержан в таком же стиле, как и все остальное. Такое ощущение, будто ты не в ванной, а в центре грозового шторма. Вода льёт прямо с потолка как дождь, стены светятся красным и синим, имитируя вспышки молнии. Очень красиво. Я бы даже сказала — это самый захватывающий душ в моей жизни.

У этого мужчины всё более чем в порядке с воображением и с потребностью в острых ощущениях даже в том, что касается обычной жизни и быта.

Приняв душ, я надеваю банный халат. Догадайтесь, какого цвета?

Хоть Эдриан и сказал, что предпочёл бы видеть меня голой, всё же сразу после ванной я предпочитаю какое-то время быть в одежде. Под халат, разумеется, ничего не надеваю, да у меня и нет здесь сменного белья. Естественно, зная возможности и заскоки босса, я бы не удивилась, если бы он сейчас привез сюда магазин шмоток или что у него уже есть отдельная комната под одежду моего размера.

Выхожу из душа и направляюсь по памяти в сторону столовой. Кавил показал, где и что находится на первом этаже. Дом, конечно, шикарный. Жить в таком — просто мечта. Мне кажется, даже ездить отдыхать особо никуда не надо. Тут всё есть. Пятизвездочные отели нервно вздыхают в сторонке.

Столовая — это, наверное, единственное помещение в доме, которое не выдержано в красном цвете. Здесь его по факту нет. Только металлик. Глаза сразу успокаиваются, как только я пересекаю просторную столовую зону.

Эдриан уже сидит во главе стола и что-то читает на планшете.

— Как душ? — спрашивает, не поднимая глаз.

— Прекрасно. Как в центре торнадо побывала.

Я топчусь у стола, не зная, какое место выбрать, хотя свободных стульев предостаточно. Нос улавливает вкусные ароматы, и честно говоря, хочется наплевать на условности, просто сесть и спокойно позавтракать.

— Присаживайся, куда душа пожелает. Не можешь стул выбрать? — он выгибает тёмную бровь и на этот раз смотрит на меня, затем резким движением отодвигает стул рядом с собой.

— Спасибо. — Я усаживаюсь за стол и складываю руки на бёдрах, снова ощущая жуткую неловкость.

Ну надо же как странно. Голой перед ним я стоять не стеснялась, а сесть и поесть без разрешения смущаюсь?

У моего мозга какие-то явно уникальные представления о скромности.

— Можешь есть, — произносит Эдриан, заметив моё торможение.

— Спасибо.

Я сегодня до чёртиков красноречива.

Двигаю к себе кофе, апельсиновый сок и фрукты с рисовой кашей и орехами. Беру ложку и немного зачерпываю. Очень интеллегентно кладу ложку с кашей в рот.

Щёки горят, потому что Кавил всё это время неотрывно смотрит на меня.

— Что?

— Ты так ешь, как будто, если ты будешь есть нормально, я скажу что-то вроде «ну, нет, она слишком много ест и мне это не выгодно, так что возьму другую».

— Это просто мой первый завтрак в вашем доме.

— Хорошо, что ты осознаешь, что он первый и будут другие. Так что привыкай.

— Ну, не сразу же я привыкну.

Кавил хмыкает, возвращает взгляд в планшет, что-то пролистывает нахмурив брови, затем отпивает чёрный кофе.

Благодаря тому, что он теперь на меня смотрит, я немного расслабляюсь и ем уже более спокойно, откровенно наслаждаясь вкусной едой и напитками.

— Вещи, я думаю, перевозить не нужно. Купишь новые. Расходы я возьму на себя. И это, кстати, не плата, а просто подарок.

Я давлюсь соком, который только начала пить.

— В каком смысле, вещи перевозить не нужно? Куда перевозить⁈

— Сюда, разумеется.

— К вам⁈ — я тычу пальцем в пол. — Но зачем мне перевозить сюда вещи⁈

— Чтобы жить здесь, конечно же. Рабочий график слишком плотный. Мне было бы удобнее, если бы ты была всегда в моем распоряжении.

— Вам удобнее? А меня вы не хотели сначала спросить⁈ И как я объясню это отцу⁈

— Зачем тебе что-то объяснять отцу или кому бы то ни было ещё? — спокойно спрашивает Кавил, снова отпив кофе. — Просто будешь жить здесь. Афишировать эту информацию не надо. Это исключительно для удобства.

— Да… Но… Ээ… — я даже заикаться начинаю. — Вы что, всё время вот так