Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

«Я злюсь, потому что он не ведет себя с другой девушкой, как дикарь? Да, черт побери!»

– Блядь, все, сама напросилась, – без лишних слов он подхватил ее и забросил себе на плечо.

Эви возмущенно стукнула его по спине, повиснув вниз головой.

– На место поставь.

«Клянусь, если мы останемся здесь еще на одну гребаную секунду, я за себя не ручаюсь», – пронеслось у него в голове.

– Туда и поставил. Твое место – быть на мне. Или подо мной, – не обращая внимания на окружающих людей и ее слабые протесты, Дамиан унес девушку к выходу.

«Кучка богатых идиотов. Словно меня волнует чье-либо внимание. Похрен», – подумал мужчина.

Все, что имело для него значение сейчас – это добыча в руках.

Огонек, которая решила испытать его терпение.

Взгляды, которые бросал наего женуэтот ублюдок, вызвали в Дамиане непреодолимое желание разбить ему голову и оставить истекать в собственной крови.

Мало было ему трахать ее глазами, сукин сын посмел еще и коснуться руки Огонька.

Жажда крови буквально затмила все перед его взором. Если бы не Эви, подошедшая к нему, он бы, бесспорно, лишил Стерлинга пары пальцев. Ничтожная плата за такую наглость.

«Я стал слишком добрым. Но ничего, это поправимо. Он все равно понесет наказание».

– Куда ты меня несешь?! Машина в другой стороне! – Эви в который раз попыталась соскользнуть с его тела, но мужчина шлепнул ее по заднице.

– Тихо. Я знаю.

– Дамиан, мать твою, Йохансен, немедленно отпусти меня! – прошипела она в ярости. – Ты не можешь вести себя, как пещерный человек! Что теперь о нас подумают?! На нас все пялятся!

– Мне глубоко наплевать. Это они пускай волнуются, что о них подумаюя. А их мнение… – он насмешливо и брезгливо скривился, – Настолько ничтожно, что не заслуживает даже места в моих мыслях, – мужчина ускорил шаг. – Тебе следует лучше подумать о своем отвратительном поведении, жена. Не вижу раскаяния.

– Моем поведении?! – она ущипнула его за спину и снова ударила, но он не реагировал ни на царапанье, ни на удары, сыпавшиеся на него градом.

«Шкаф проклятый».

– А на твое мы закроем глаза? Отпусти! – закричала девушка, все еще вися вниз головой, пока мужчина неумолимо нес ее по темной дороге к океану. Ее длинные рыжие волосы едва не касались земли.

Он раздраженно цокнул языком и развернул Эви, подхватив на руки, лицом к себе.

– Не заставляй мне закрывать тебе рот, – бросил Дамиан, мрачно глядя на ее губы.

– Отпусти меня! – повторила она громко.

Мужчина прижал плотно ладонь к ее рту, заглушая звуки.

– Если не прекратишь, то я использую ткань.

Эви помотала головой, промычав что-то в ответ. Он не сомневался, что это были проклятья в его адрес.

– Тогда веди себя тихо. Дыши носом, – его рука надавила сильнее. – И только попробуй меня укусить.

Конечно, она сразу укусила.

Мужчина только усмехнулся.

Другого он и не ожидал от своей дикой жены.

– Ты выглядишь так красиво, когда борешься с неизбежным, Огонек, – проворковал он, но его голос был полон мрачного обещания. – Жаль только, что это тебя не спасет, – его рука лишь крепче прижалась к этим порочным губам, не позволяя кричать.

– Ни звука.

Она смотрела на него с такой яростью, гневом и огнем в глазах, что ему немедленно захотелось бросить ее на голую землю и вытрахать это провоцирующее упрямство, выбивая из нее каждым безжалостным толчком. Никакой нежности. Он бы сделал это так, как любила она. До слез в этих голубых, как дождливое небо, глазах.

«Скоро».

Она до сих пор воевала с ним, и он не мог не наслаждаться этим.

Не сдержавшись, Эви толкнула его в грудь и чуть не ахнула от боли – как она могла забыть, что тело ее мужа словно было высечено из чертового камня?

– Ты не поранилась, Огонек? – Дамиан прижал маленькую ладошку к своим губам, нежно целуя.

Горло перехватило от всеобъемлющего чувства теплоты.

«Не смягчайся!»

Тонкие руки обхватили его шею, чтобы не упасть. Красные острые ногти до боли впились в кожу ниже затылка.

Дамиан извращенно улыбнулся.

– Царапайся, сколько тебе угодно, моя дорогая жена. Боль от тебя в тысячу раз приятнее чужой нежности. Я приму твой гнев, я приму все, – промурлыкал он.

Наконец, оказавшись у океана, он очень бережно опустил ее на каменистый берег.

Ночью здесь было особенно красиво. Луна отражалась в бесконечности синих вод, словно серебристое зеркало. Шум прибоя ласкал воздух, словно желая рассказать о тайнах, которые хранились на дне его бездонных глубин. Легкий ветер ударил им в лицо.

Эви вытерла губы тыльной стороной ладони, замечая на ней размазанную кровь.

«Не рассчитала силу…»

– Тебе больно?

– Ох, запоздалая совесть проснулась? – съязвил он. – Поцелуй, может пройдет.

– Надеюсь, что больно, – прошипела она в ответ, заставляя его рассмеяться, что только раззадорило девушку. – А теперь объясни, что за сумасшествие ты творишь!

Он скучающе скрестил руки на груди и наклонил голову набок, наблюдая за ней.

– И это моя искренняя благодарность?

– За что же?

– Я был великодушен и отстрочил ему казнь.

– Отсрочил…– непонимающе повторила она за ним и тут же напряглась, когда до нее дошло осознание. – Оставь его в покое, Дамиан. Он не сделал ничего…

– О, ты правда хочешь меня вывести из себя, да, сегодня? Потом не жалуйся, – он провел татуированной рукой по волосам, раздраженно убирая отросшие пряди назад.

«Черт бы его пробрал, гада такого красивого, как из манхвы вылез…»

Он был идеальным воплощением ее типажа.

Зеленые глаза прищурились, прожигая ее насквозь, темные волосы непослушно спутались, он спрятал руки в карманах, глядя на нее так, словно желал поглотить целиком.

– Вовсе нет.

– Тогда прекрати защищать этого недоумка, – несмотря на то, что Дамиан никогда на нее не повышал голоса, угроза в его голосе была ощутимой. Она почти чувствовала ее острый вкус на языке.

– Я не защищаю его. Дами, ты не можешь пытать людей просто потому, что тебе этого захотелось!

– «Нельзя то», «нельзя это», надоело, – он начал невозмутимо расстегивать рубашку.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась она с подозрением.

– Мм? – промурлыкал мужчина, бросив одежду и обувь на землю. – Да так, жарко стало, – он шагнул к ней, вынуждая попятиться к воде.

– Ты хотя бы слушаешь меня? – капризно спросила Эви, остановившись, когда ее ног коснулась прохлада.

– Разве я могу не слушать мою дорогую жену? – прошептал Дамиан, мягко скользнув ладонью по ее щеке. – Твой голос – моя погибель. Ты моя любимая одержимость, объект поклонения, – он провел носом по виску Эви, горячее дыхание опалило ее