Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Кровью? Значит, ты опять набил кому-нибудь лицо или зашел слишком далеко?

— Да нет же, Ракель, пожалуйста, выслушай меня! — чуть громче и холоднее произносит Терренс. — Я никого не избивал и никуда не влип! Со мной все в порядке. И я сейчас нахожусь в больнице.

— В больнице? — округляет глаза Ракель. — Но что ты там забыл? Ты же сказал, что с тобой все хорошо!

— Я здесь из-за Питера.

— Из-за Питера? А что с ним произошло? Он что попал в больницу?

— Питер пытался покончить с собой, — с грустью во взгляде отвечает Терренс и нервно сглатывает. — Его только что привезли в больницу.

Ракель с ужасом в широко распахнутых глазах прикрывает рот рукой.

— Что? — ужасается Ракель. — Питер? Пытался покончить с собой?

— Он в очень тяжелом состоянии. Врачи сказали, что Роуз потерял очень много крови.

— О, господи… Но почему? Почему он это сделал? Каким образом?

— Он перерезал себе вены… — довольно тяжело дыша, чуть дрожащим голосом отвечает Терренс. — Мы с Даниэлем нашли Питера в его квартире без сознания в луже собственной крови. Парень так изрезал себя, что на нем живого места не осталось.

— Ты пугаешь меня, Терренс… — Ракель прикрывает рот рукой, с ужасом во взгляде покачав головой. — Мне страшно даже представить подобное.

— Однако это правда. Мы с Даниэлем сразу же поехали к нему домой после того, как Питер позвонил нам и попросил прощения. У нас возникло опасение, что он что-нибудь сделает с собой, и решили забыть обо всех сомнениях и остановить его. Но, к сожалению, не успели.

— Ничего себе… — Ракель снова качает головой, приложив свободную руку ко лбу. — Мне очень жаль… Я… У меня нет слов…

— Мы с Даниэлем сейчас ждем новостей. Но ты должна понимать, что мы можем ждать очень долго.

— Да, конечно… Я понимаю… Оставайся сколько нужно.

— Кстати, а Анна сейчас не с тобой? Даниэль отошел сообщить ей о Питере.

— Да, мы сейчас дома у Наталии.

— Вы дома у Наталии?

— Да. Подумали, что ей было одиноко, и решили навестить ее.

— Кстати, как она выглядит? Что ты можешь сказать? Все так плохо, как говорил Даниэль?

— Полагаю, что да. — Ракель бросает короткий взгляд в сторону и как раз видит, что Наталия, слегка согнувшись пополам, задумывается о чем-то своем. — Мне не нравится ее внешний вид. Ее состояние заставляет меня всерьез беспокоиться за нее.

— Черт! Неужели настолько плохо?

— Похоже, что да. Мы с Анной отвлекаем ее как можем и вроде бы справляемся с этим. Однако Наталия по-прежнему довольно тихая и не такая активная и громкая, как раньше.

— Надеюсь, хоть ее это состояние не доведет до желания свести счеты с жизнью.

— Сделаем все, чтобы этого избежать. Когда ты вернешься домой, то мы обсудим это.

— Хорошо. Но я уже сказал, что не знаю, когда вернусь домой. Мы с Даниэлем не покинем больницу до тех пор, пока не узнаем хоть что-то о состоянии Питера. И хотим быть рядом с ним, чтобы он знал, что может рассчитывать на нас.

— Не беспокойся, возвращайся домой когда сможешь. Думаю, Анна тоже поймет Даниэля и будет терпеливо ждать его.

— Кстати, я чуть не забыл сказать, что нам все-таки удалось разыскать его подруг, которые сейчас тоже приедут в больницу.

— Подруг? Но ты же говорил, что у него только одна подруга была… Та, которая говорила с Джорджем.

— Оказывается, что у Питера не одна подруга, а две. С одной девушкой он учился в одной школе, а другую встретил несколько лет назад через свою одноклассницу.

— Но как вам это удалось? Вы же не знали, как найти их!

— Они сами нас нашли. И мы поделились друг с другом всем, что знали. Кстати, когда я сказал одной из них, что Питер пытался покончить с собой, то она впала в сильную истерику и не могла ничего сказать. Второй подруге пришлось успокаивать ее и говорить со мной.

— Вот как! — округляет глаза Ракель, и прикрывает рот рукой. — Бедняжка… Неужели она так близка с Питером, раз отреагировала на его попытку суицида столь тяжело?

— Мне показалось, что она буквально сделала его центром своей Вселенной, и весь ее мир крутится вокруг него. Та девушка очень боится потерять Питера и буквально готова все время быть возле него. — Терренс медленно выдыхает. – Однако даже ей не удалось уследить за ним, и сейчас мы вчетвером с ужасом ждем новостей.

— Пожалуйста, держи меня в курсе того, что у вас происходит, — тихо вздыхает Ракель. — Телефон всегда при мне – так что можешь звонить в любое время.

— Хорошо, я сообщу, если что-то узнаю, и расскажу побольше про этих девушек, когда приеду домой. А пока ты не дома, то будь осторожнее на улицах.

— Я знаю. И не беспокойся, пока что все хорошо.

— Это меня определенно радует.

— Кстати, прости меня за то, что я устроила сегодня утром, — с легкой улыбкой извиняется Ракель. — Я знаю, что ты хотел как лучше, но все получилось наоборот.

— Все в порядке, милая, — дружелюбно отвечает Терренс. — И ты меня прости за то, что я пытался удержать тебя дома против твоей воли.

— Не переживай, я не обижаюсь.

— С моих плеч определенно упал груз.

— Да и с моих тоже… — Ракель бросает короткий взгляд на сидящую на диване Наталию и видит, как та все больше погружается в раздумья и становится все грустнее и грустнее. — Э-э-э, ладно, пожалуй, я пойду. А то Наталия опять уйдет в себя и будет думать о чем-то плохом.

— Хорошо, я понял, — отвечает Терренс. — Если будут проблемы – я всегда на связи.

— Я поняла. И я тоже… На случай, если что-то нужно сказать.

—